"Фантастика2025. 194". Компиляция. Книги 1-27 - Алекс Холоран

Теперь пришел мой черед смотреть на него с подозрением.

– Так что ты тогда имел в виду?

– Хм... – сделал вид, что задумался, – имел в виду то, что без амулета чувствую себя действительно странно. Словно... м–м–м... сбросил с плеч тяжелый груз.

Вот оно что, а я уже успела придумать тысяча и один диагноз.

– Конечно, – выдохнула с облегчением, – твой организм, наконец-то, больше не подвержен чужому пагубному влиянию.

Я отошла от него на шаг, увеличив расстояние между нами, и прошла вперед. Но тут же остановилась, услышав его вопрос:

– Ты не передумала? – голос прозвучал глухо, словно Райт приготовился меня отговаривать от этой затеи. Вот только он опоздал, теперь я отступать не намерена.

– Нет, – и пока он не успел ничего сказать, добавила: – И не передумаю!

Винс поймал мой взгляд и долго пытался что-то в нем рассмотреть. И, наконец, сдался:

– Хорошо.

До столовой мы дошли, рассуждая на вполне безобидные темы. Мужчина поинтересовался, как прошла первая лекция у целителей, а я справилась о здоровье профессора Диам. Оказывается, ее уже отпустили домой, правда, прописали больничный на ближайшие пару дней.

– Надеюсь, она живет не одна? – спросила обеспокоенно. Мало ли какие последствия могут последовать после отравления, оставаться наедине с самой собой пока не стоит.

– Не одна, – усмехнулся Райт, покачав головой.

– Что? – нахмурилась.

– Ничего, – отмахнулся неопределенно. Он отодвинул стул, предлагая мне сесть.

Хм, хорошо, не хочет говорить – не надо.

Сегодня повар расстарался, помимо стандартного набора из первого, второго и компота, подали сливочное мороженое с кусочками фруктов. На мой вопрос, не слишком ли холодно для этого лакомства, Винс лишь усмехнулся и попытался отобрать у меня вазочку.

– Но-но! – пододвинула мороженое к себе ближе. – Только без рук.

Вот так, за приятными шутками и ничего не значащими фразами, прошел обед. А потом, распрощавшись с Райтом я отправилась на лекцию к третьему курсу целителей. Хорошо, что там не будет Мики, вторая встреча за день с этой вредной девчонкой – это уже слишком.

За папкой с темами для третьего курса пришлось идти в преподавательскую. К счастью, Нианы там не оказалось, только профессор Прос сидел за столом, уплетая очередной огромный бутерброд.

– Шфетлофо дня, профессорф! – с набитым ртом прошамкал он, и я постаралась приветливо кивнуть.

 На самом деле, профессор Прос выглядел довольно комично – эдакий шарик на ножках. И ходил он, переваливаясь с бока на бок. Но с чем тяжело было смириться, так это с его неряшливостью. Кажется, он понятия не имеет, что такое личная гигиена.

Прошла к шкафу, достала нужную папку и уже собралась уходить, как мужчина окликнул меня:

– Аделия, подождите, – говорил он уже не с набитым ртом, потому речь не напоминала детский лепет.

– Вы что-то хотели? – обернулась.

– Я же могу называть вас Аделия? – пыхтя, как паровоз, поинтересовался мужчина, и я кивнула. – Хорошо, так вот, Аделия, у меня к вам вопрос, как к целителю...

Стоило ему произнести последнее слово, как мои глаза сами собой поползли на лоб.

– Видите ли, – профессор замялся, – я часто мучаюсь болями в спине, и... Знаете ли, мне мазь изготавливает Тиана, так вот...

Кажется, я начала догадываться, куда именно он клонит. А потому мысленно усмехнулась.

– Не могли бы посмотреть эту мазь, может она того... И меня отравить может?

Нет, ну после случившегося с профессором Диам, опасения Проса вполне обоснованы, но до чего же смешно это слышать.

– А что за мазь? – кашлянула пару раз, скрывая смех (привычка Винса очень пригодилась).

– О, это... – мужчина задумался, силясь вспомнить название. – Это мазь на основе корней пайлата.

Ничего необычного. Самая простая мазь с обезболивающим эффектом. Пайлата вовсе не входит в список ядовитых растений и любое количество его в мази ничем не грозит. Разве что помогать будет хуже, если концентрация будет ниже нормы.

– Не беспокойтесь, профессор Прос, этой мазью отравиться не возможно.

Вновь повернулась к двери, как мужчина проворно схватил меня за локоть и заискивающе заглянул в глаза:

– Аделия, дорогая, а у вас нет более эффективной мази? Что-то эта мне помогает не особо.

Вот с этого и стоило бы начинать, а то вздумал какого-то отравления бояться.

– Есть, зайдите вечером ко мне, я вам ее отдам, хорошо?

Широкая улыбка озарила круглое лицо с тремя подбородками и меня, наконец-то, отпустили.

Все еще усмехаясь себе под нос, вышла из преподавательской и отправилась к аудитории. Правда, до нее не дошла. Меня перехватили незнакомые мне студенты.

– Профессор Лоусон? – заговорил высокий парень с каменным лицом и размеренным голосом.

– Да, вы что-то хотели?

– Поблагодарить, – на этом слове он поклонился, и все, кто стоял за ним, сделали точно так же. – За то, что помогли профессору Диам.

«Законники», – мелькнула запоздалая мысль, и я обвела ребят растерянным взглядом.

Студентов правового факультета объединяет одна черта – они довольно редко проявляют эмоции и довольно часто похожи на бездушные машины, без чувств и эмоций. Впрочем, это вовсе не удивительно. В законники не идут те, у кого взрывной характер. Это негласное правила, хотя и тут случаются исключения. В столичной академии я знала, как минимум, двух студентов права, которые прекрасно разбирались в законе и в то же время не прочь были нарушить его. Но чаще всего за нарушения им ничего не было – они могли найти любую лазейку и вывернуть все так, что из обвиняемых превращались в пострадавших. Особенно это срабатывало со старым профессором зельеваренья, у которого они частенько заимствовали из теплиц курительную траву. В итоге получалось так, что профессор Этар незаслуженно бросил тень на лучших студентов факультета.

– Ребята, я... – голос охрип от волнения, и я замолчала, пытаясь выровнять его, – не стоит благодарить, я сделала то, что должна была.

Студенты переглянулись, и вперед вышла невысокая девушка, кажется, она ростом даже ниже Одри.

– Возможно, но от этого ничего не меняется. Мы вам все равно благодарны.

Я сжала руки так, что ногти впились в ладони. Что им сказать? Даже нужные слова подобрать не получается. Только кивнула, чтобы не оскорблять их порыв.

А ребята, будто только и ждали этого – развернулись,