Обратный отсчет - Токацин

Айзек вздохнул.

— Исключено, атомщик. Мы строим в Сфене Земли. Вопрос в том, на каком расстоянии от Сердца, и где конкретно, — но со Сфеном всё решено.

— Почему? — спросил Гедимин, глядя ему в глаза. — Если ты не видел местности…

— Я много чего видел, — Айзек слегка сощурился. — Достаточно споров, атомщик. Только в Сфене Земли можно рассчитывать хоть на какую-то стабильность. Минимум потрясений и катаклизмов… Определяйся с пластом. Вся Равнина ждёт нашего решения.

Последнее прозвучало так пафосно, что Гедимин фыркнул в респиратор, но Айзек уже отошёл за переборку и сделал вид, что ничего не слышит.

«Минимум катаклизмов…» — сармат вспомнил металлический ливень и многометровый слой вулканического шлака под ногами. «Придётся поверить. Надеюсь, станция выстоит. Мы с Иджесом всё-таки старались.»

…Боёк опустился на каменную пластинку. Когда звон затих, Гедимин его поднял и вгляделся в верхние, отделившиеся и лопнувшие, слои. «Область поражения глубже, чем для местных образцов. Видно невооружённым глазом. Но лучше проверить…» — он направил на камень сканирующий луч. «Да, так и есть. Слои толще, но более рыхлые. Похоже, что формировались под меньшим давлением… А это что?»

Он вгляделся в симметричные образования, отличающиеся от камня только формой и структурой, и еле слышно хмыкнул.

— Вепуат, тут окаменелые споры. Хочешь посмотреть?

— Да? Показывай! — Вепуат, оживившись, завис над экраном сканера. — Надо бы извлечь и сравнить с современными видами. Что-то в них знакомое…

За его спиной кто-то презрительно фыркнул.

— Палеонтологи, мать моя пробирка! Они ещё и палеонтологи… — услышал Гедимин бормотание Гварзы. Когда он развернулся на звук, Кенен уже выходил в шлюзовую камеру. Вепуат, еле слышно хмыкнув, пожал плечами.

— Работал бы он, что ли… Ходит и ходит, и всё ему не так. У тебя ещё есть такие камни? Давай сюда, я их сам на споры проверю.

8 день Мрака, месяц Металла. Равнина, Дальний Край, Сфен Земли

— Так и не придумал?

Гедимин покачал головой.

— Не подобрать достаточно пластичную основу. Без неё изоляция лопнет на сгибе.

Под ногами шуршало — в темноте из-под гравия пробивались новые огнелюбки. Цвет их листьев ещё было не различить, но Гедимин уже научился распознавать, когда долгая равнинная ночь переходит в утренние сумерки. Через восемь часов на горизонте должен был вспыхнуть зелёный гейзер.

«Свет из Сердца Пламени идёт сюда восемь часов. Мы позавчера добрались за считанные минуты,» — Гедимин беззвучно усмехнулся. «Значит, посланцы с образцами тоже дойдут быстро. Может быть, уже сегодня.»

— Смотри! — Вепуат, подняв голову, разглядывал что-то в небе. Гедимин посмотрел туда же — и удивлённо мигнул. Среди пёстрых светящихся пятен и полос, ничуть не похожих на привычные звёзды и очертания галактик, медленно разгорались три объекта — большой полукруг с накинутым вперехлёст полукольцом, три слипшихся шара и равносторонний треугольник с торчащими из углов выростами. Объекты светились всё ярче, постепенно меняя цвет и сдвигаясь в разные стороны. Через пять минут они замерли — синевато-серебряный полукруг точно над горизонтом, треугольник — в зените, тройной шар — в стороне от них, на выпуклой складке неба.

— Это что, сегодняшние солнца? — Вепуат нервно хмыкнул. — Интересная форма.

Гедимин пожал плечами.

— Если это голограмма для украшения неба, можно придать ей любую форму. Когда там висит одна и круглая, на солнце она всё равно не похожа.

— Хотел бы я знать, для кого такое небо привычно и приятно, — пробормотал Вепуат, глядя на замершие «солнца». — Или нет… не хотел бы.

Что-то еле слышно гудело; звук приближался, становясь всё громче. Гедимин оглянулся на лабораторию и увидел в небе над ней среди хаотичных размытых пятен чёткую белую черту. Она стремительно удлинялась и всё больше походила на инверсивный след.

— Кейланн! — Вепуат вскинул руку над головой, прикрывая и себя, и Гедимина защитным полем. — Интересно, он сюда или…

Его последние слова потонули в оглушительном рёве — Кейланн вынырнул из небесной складки прямо над холмом, широко раскинув нелепые крылья и хвостовой веер. Каким-то чудом они не отломались, и сам он не грохнулся, затормозив на сверхмалой высоте, — только ураганный порыв ветра ударил в защитное поле, разметав мелкий гравий и повыдирав с корнем огнелюбки. Гедимин успел разглядеть, что Кейланн прижимает к бронированному брюху какие-то сплющенные шары; ещё секунда — и существо разжало лапы, и три «бомбы» рухнули на холм, оставив в слое гравия обширные воронки. Кейланн взмахнул хвостом, изменил форму крыльев — и, оттолкнувшись от воздуха, взмыл на пару сотен метров вертикально вверх. Когда ошеломлённый Гедимин выбрался из-под защитного поля и промигался, инверсивный след уже дотянулся до края неба и медленно таял.

— Воздушный обстрел, sa has— sulesh! — Вепуат встряхнул головой, прижимая к груди успевшие нырнуть под купол дроны. — Это он промахнулся или целился не в нас?

Гедимин резким жестом велел ему залечь. Три предмета лежали неподвижно на дне воронок, не светились и не издавали никаких звуков — и «чутьё ремонтника» говорило, что это не механизмы, и что никакой опасности это не представляет. Сармат осторожно прощупал приплюснутые шары лучом сканера — и не удержался от усмешки.

— Heta! Ничего опасного. Это образцы минералов. Воздушная доставка…

— Эй! — раздался из-за шатров встревоженный голос Айзека. — Вы здесь? Целы?

— Выходи, — отозвался Вепуат. Он успел добраться до сброшенного груза и теперь разглядывал многослойный плетёный кожух, проложенный грубым волокном. Шары казались большими из-за амортизационной оболочки; мешки, спрятанные внутри неё, были меньше раза в четыре.

— Два слоя лопнуло, а третий цел, — заметил Гедимин, вскрывая «посылку». Он смутно надеялся на пластичные материалы, но в оболочках не было ничего, кроме примитивного плетения и набивки волокном. Внутри лежал зашитый мешок из шкуры, также набитый волокном; в небольших полостях, обложенных мягким материалом со всех сторон, Гедимин нашёл свёртки из белых листьев и надписи, идущие сверху вниз.

— Это привёз Кейланн? — Айзек выдернул образец из его руки и всмотрелся в значки, подсвечивая их лучом фонаря. — В такую рань?.. Да, всё верно. Камни прислали из Тогота. Окрестности Сердца Пламени…

Вепуат еле слышно хмыкнул.

— Видимо, очень спешили. С этих зверьков только бомбы бросать. Такая скорость и высота, — без взрывчатки разнесёт…

Айзек недовольно посмотрел на него и протянул свёрток