"Фантастика 2026-76". Компиляция. Книги 1-35 - Константин Николаевич Буланов

Плюс, кобольды. И прочие бойцы гарнизона. Эти — вооружённые до зубов. С грудой огнестрела и боеприпасов.

Бараз ждал. Я увидел его издалека. Старый дарг стоял у края площадки — руки заложены за спину, спина прямая, челюсть чуть выдвинута вперёд. Рядом — двадцать его поединщиков. Ну и оператор, естественно. Куда без него. А ещё — те самые тяжелые штандарты, которые я видел на экране.

Знаете, что мне всё это напомнило? Там почти то же самое — свита, камеры, напряжённые лица, и два мужика, которые вот-вот будут ломать друг другу лица. Только музыки не хватало. И девочек с табличками «Первый раунд».

Хотя нет. Девочки у меня были. Только все какие-то шальные и немного япнутые на голову. Собрать бы из трёх одну нормальную. Жаль это так не работает. А болгарская орчанка, которая под это определение вполне подходила, предпочла остаться в Екатеринбурге.

Процедуру я в общих чертах знал — Варнес объяснил ещё вчера, между тренировкой печатей. Двое выходят и озвучивают имена. Каждая сторона называет судью — дарга, который будет следить за правилами. Судьи осматривают обоих участников дуэли. Потом активируют защиту. Потом — бой.

Просто? На первый взгляд, да. Если смотреть через трансляцию, сидя на диване и прихлёбывая пиво — тоже просто. Как и везде — сложно только тем, кто задействован в процессе.

Бараз шагнул вперёд первым.

— Хреш, — он коротко указал на одного из своих. — Он будет судьёй от меня.

Здоровый даже по меркам даргов. Лысый, с многократно сломанным носом, который полностью не зажил даже под воздействием врождённой даргской регенерации. И таким выражением лица, будто заранее недоволен тем, что ему предстоит. Молча вышел из строя, кивнул и встал слева от площадки.

— Фрос, — оглянувшись, я назвал имя дарга, который идеально подходил на эту роль.

Орк шагнул вперёд из строя. Вышел и занял позицию справа. Как будто всю жизнь этим занимался. Впрочем, зная его послужной — не удивлюсь, если он и с таким сталкивался.

Хреш и Фрос переглянулись. Коротко, оценивающе. Два дарга, каждый из которых должен был проследить, чтобы второй не подсунул своему подопечному что-нибудь запрещённое.

И приступили к досмотру.

Логика проста. Каждый судья проверяет противника своего бойца. Фрос идёт прохлопывать Бараза, Хреш — меня. Смысл понятен. Свой своего покрывать будет, а чужой — нет. Древняя система, работающая тысячи лет.

Что ищут? В первую очередь — огнестрел. Стволы на дуэли запрещены. В обычной жизни дарги к огнестрелу относятся отлично, но на поединке — нет. Нельзя. Традиция. Дальше по списку — яды, взрывчатка, стимуляторы. Всё, что может дать нечестное преимущество или превратить поединок в бойню.

Хреш подошёл ко мне. Окинул взглядом. Принялся прохлопывать. Букварь я в этот раз оставил с Гамлетом. Строго приказав хранить, пока не закончится поединок и я не заберу артефакт. А в случае моей гибели — решать, как с ним быть самостоятельно. Если быть до конца точным — предоставить такую опцию Йорику, Гоше и Арине. Разум хотел добавить к списку имён Фроса. Но слишком уж коротким был период нашего с ним знакомства.

Вот «ядерная бомба», купленная у Потапа, была на месте. Но такое формально не запрещено. Нет нигде запрета на странные штуки из-под Мглы, которые работают по непонятному принципу. Их даже не отследить ведь по сути. Это не магический артефакт.

Обыск они закончили через минуту. Обменялись взглядами, кивнули друг другу и двинулись к барьеру. К его разным сторонам.

Каждый держал в руке камень — тёмный, гладкий, размером с кулак. По периметру площадки я заметил ещё несколько таких же, вбитых в грунт на равном расстоянии друг от друга. Это базовая составляющая трёхкомпонентной системы защиты. Ещё две её части сейчас в руках у судей. Совместить — и готово.

Дарги остановились около периметра. Снова глянули друг на друга. Чуть помедлили. И совместили свои «ключи» с периметром — оба приложили свой камень к установленному.

Я почувствовал это раньше, чем увидел.

Воздух стал плотнее. Пространство вокруг площадки будто замкнулось, стянулось в кокон. Ощущение — как если бы кто-то аккуратно вырезал кусок реальности и запечатал его в банку. Никакого света, никаких спецэффектов. Просто мир за пределами площадки стал — другим. Отдельным. Чёткое такое ощущение. Которое очень сложно описать словами.

Барьер для поединков астральных воителей. Чтобы случайный выброс не уложил зрителей штабелями. Разумная штука. На боксёрских матчах такого не требуется. А здесь — ещё как. Легко можно зацепить своих же, если разойдёшься. Или «случайно» убить чужих.

Бараз стоял напротив. Метрах в пятнадцати. Расправив плечи и смотря на меня.

— Ну вот, — произнёс Бараз Бивень. Негромко. Но его голос прозвучал так чётко, будто он стоял в полуметре. — Теперь поговорим.

Я повернул голову.

Гоша. За линией барьера — метрах в двадцати. Гоблин орал. Я видел — рот открывается, руки машут, Сорк рядом тоже шевелит губами. По жестам было понятно — ушастик что-то спрашивает. Скорее всего какую-то херню. Но куда интереснее был иной факт. Я его не слышал. Ни звука.

Ни голоса, ни ветра, ни шелеста. Тишина за пределами барьера была абсолютной — мёртвой, непроницаемой. Такая бывает в глубокой медитации внутри медальона Варнеса. Когда мир полностью выключается и остаёшься ты один.

Зато голос Бараза внутри — кристально чистый. Каждое слово — как будто его озвучивают прямо в моё ухо.

Я повернулся обратно к даргу. Ну что ж. Значит, поговорим.

Бараз не двигался с места. Стоял в пятнадцати метрах. Уверенный — взгляд, как у человека, который точно знает, чем закончится разговор. Так и хотелось хорошенько въехать ему по морде, чтобы сбить спесь.

— Ты знаешь, зачем я здесь, — сказал он. Не вопрос. Констатация.

— Догадываюсь, — невозмутимо кивнул я.

— Ты подорвал авторитет клана, — продолжил Бараз, как будто зачитывая список покупок. — Вы с братьями едва не привели нас к катастрофе. Вытащили на свет то, что мы веками держали в тени. Едва не спровоцировали империю!

— Я понял, — перебил я. — Список длинный. Давай к сути.

Бараз замолчал, возмущённо на меня смотря. Секунда. Две. Потом — короткий кивок.

— Хорошо. Вот моё предложение. Ты приносишь мне вассальную присягу. Публично. Признаёшь меня главой, — он на секунду замолк, смотря на меня так, как будто я должен искренне радоваться предложению. — Всё, что ты создал — город,