Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

Регина захихикала, она тоже прекрасно помнила, как Катарина бегала по встречам с ней и другими князьями, как заправский проповедник. Они вместе с Роландом и Гюнтером больше всех уговаривали остальных начать пользоваться скверной.

— Но вдруг он был прав! — всхлипнула Катарина, — Неужели у вас за всё это время не возникало сомнений? Скверна оказалась вовсе не таким благом, как нам казалось сначала. Она непредсказуема, Она разъедает всё живое, порождает монстров…

— И может испортить твоё прекрасное личико, — снова влезла Регина. — Вот чего ты боишься больше всего.

— Как ты можешь! — возмутилась Катарина. — Я думала только о благе для всех нас…

— Скверна даёт силу, — перебил её Штайгер. — Силу, которую можно контролировать и использовать. Но Макс даже слушать нас не хотел! Конечно! Он испугался, что мы сможем, наконец-то, стать вровень с ним по силе! И тогда пока-пока его лидерство среди Великих Кланов. Тьфу! — Гюнтер даже действительно сплюнул от избытка эмоций.

— Вы действительно так считаете? — Катарина обвела всех взглядом. — Он говорил, что мы соблазнились лёгкой мощью, как дети сладостями!

— Мы? — язвительно фыркнула Регина. — Дорогуша, а кто нам рассказывал, что скверна — это дар, и мы должны им воспользоваться? Кто убеждал всех, что Макс просто завидует нашей решимости?

Катарина покраснела, но продолжала играть свою роль:

— Это неправда! — Она схватилась за голову так театрально, что даже Канвар поморщился. — Да, возможно я тогда слишком увлеклась, он не хотел меня слушать, а это всегда меня бесит. Он всегда был таким самоуверенным!

— И плевать хотел на все твои чары, — мстительно добавила Сципион.

— Кэт, хватит, — мрачно добавил Роланд. — Ты сама предлагала самые радикальные меры против него. Помнишь свой план с отравлением?

— Это было… это было в порыве гнева! — быстро оправдалась Катарина. — Я тогда была не в себе!

— Да хватит врать! — не выдержала Регина. — Ты корчишь из себя святую невинность, словно сама не принимала участие в заговоре! Да ты не меньше остальных хотела силы! А может и больше, ведь ты предала его, больше всех нас!

— Заткнись! — огрызнулась Катарина, и на секунду её истинное лицо проступило сквозь маску печали — злое, расчётливое, полное ненависти.

Регина расхохоталась.

А Штайгер в это время презрительно отреагировал на лицемерие Вийон:

— Прислушаться к некроманту? А ты помнишь, что стало с его дедом? Старый хрыч поехал башкой и превратился в лича! А всех жителей своих земель он во что превратил, помнишь?

— Но Макс сам его упокоил! — возразила Катарина, снова пытаясь изобразить благородное негодование. — В тот день он лично приехал к нему разбираться и покончил с этим!

— Да, в тот день, — кивнул Салазар, впервые активно включаясь в разговор. — А что было бы потом? Кто знает, не стал ли бы он таким же со временем? Власть развращает, особенно власть над жизнью и смертью.

— Именно, — поддержал его Канвар. — Мы не могли рисковать. Слишком много было поставлено на карту.

— Конечно, конечно, — кивала Катарина, и в её голосе прозвучали фальшивые нотки сожаления. — Мы боялись того, чего могло не случиться, и совершили то, что… чего мы никогда себе не простим.

Последние слова она произнесла с такой наигранной трагичностью, что даже Роланд покачал головой.

— Говори за себя, — отмахнулся Штайгер. — Я сплю спокойно. Мир стал безопаснее без Рихтера.

— Кстати, кто предлагал использовать выживших Рихтеров в качестве живых батарей для наших ритуалов? — напомнила Регина. — Кажется, это была твоя идея, милая.

Катарина на мгновение растерялась, но быстро нашлась:

— Я… я была не в себе тогда! Скверна затуманила мой разум!

— Зато мы и впрямь получили контроль над скверной, — невозмутимо ответил Штайгер. — И возможность развиваться дальше.

— Цель оправдывает средства, — прошептала Катарина.

— Иногда это необходимо, — философски заметил Салазар. — Историю творят не святые.

— Хватит терзаться, — резко сказал Роланд. — Что сделано, то сделано. В момент, когда мы уничтожили его клан, а его самого запечатали, мы знали, что обратной дороги нет. После всего этого просто невозможно было отменить ритуал и позволить ему очнуться.

— Я понимаю, — кивнула Катарина, и её лицо на мгновение просветлело — видимо, она вспомнила о каких-то выгодах от смерти Макса. — Мы все знали, на что идём, — добавила она уже более твёрдым голосом.

Разговор затихал. Эмоциональные всплески постепенно сменялись тягостным молчанием. Каждый думал о своём, переваривая случившееся.

Салазар первым нарушил тишину:

— Так что теперь? Кто будет заниматься перераспределением территорий? Мы же так и не решили насчёт… столицы и ещё части земель.

— Прагматично, — одобрительно хмыкнула Регина. — Мне нравится такой подход. Незачем страдать на кладбище, когда можно заняться дележом наследства.

Катарина мгновенно оживилась при упоминании о дележе:

— А что с его личными владениями? Мы ведь так и не разобрали его замок. Там ещё могли остаться ценные артефакты… — Она спохватилась и быстро добавила трагичным тоном: — Конечно, всё это очень печально, но раз уж так вышло…

— Ты права, — согласился Канвар. — Нужно созвать официальный совет. И наконец подписать все оставшиеся документы. Тем более, что магические договоры, которые мы заключали с Рихтером, больше не действительны.

— Разберёмся, — пожал плечами Штайгер. — Только предлагаю сделать это в более приятной обстановке.

Роланд слушал их разговор с мрачным видом. Казалось, что политические расчёты его сейчас волновали меньше всего, он и так знал, что получит всё, чего только захочет.

Теперь, когда Макса больше нет, никто не посмеет ему перечить.

Но сейчас слишком много воспоминаний всплывало в памяти, слишком тяжёлым был груз принятых решений. А рядом с ним продолжала театрально всхлипывать Катарина, и он устал от её игры.

— Кэт, — тихо сказал он, подходя ближе. — Хватит этого спектакля. Оставь это для других наивных простаков. А мы все знаем, кто ты на самом деле и принимаем такой какая ты есть, — тихо добавил он.

Десмонд осторожно коснулся её плеча, и она не отстранилась — наоборот, льнула к нему.

— Пойдём отсюда, — продолжил он негромко. — Здесь слишком много свидетелей твоего… представления.

Катарина подняла на него взгляд, и в её глазах мелькнула благодарность — наконец-то кто-то готов был играть по её правилам.

— Да, — прошептала она. — Мне нужна… поддержка.

Роланд обнял её за плечи и повёл к выходу с кладбища. Его жест выглядел одновременно утешающим и собственническим.

Регина проводила их насмешливым взглядом и тихо рассмеялась. Какая трогательная сцена! Роланд наконец-то решился на то, о чём мечтал годами. Но только когда Макс окончательно умер и больше не мог ему помешать.

«Трус,» — подумала она с презрением. — «Даже призрак Рихтера пугал его до чёртиков. И только теперь, когда угроза исчезла, хватает смелости утешать