Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

Кеми глянула на экран минианализатора, на котором очередной раз, мигнув, сменилась сотая доля процента в сторону уменьшения и решительно кивнула. Мне, наблюдавшей, последовавшую за этим сцену со стороны, она показалась похожей на гибрид сеанса гипноза с мануальной терапией. Мика мягким, успокаивающим, даже воркующим голосом, рассказывал ей, как и что она должна делать и чувствовать, постепенно вводя мою подругу в состояние транса, попеременно в строго определённой последовательности надавливая на точки у основания черепа и на кистях рук. Взгляд Кеми постепенно стал мутным, расфокусированным, потом её глаза закрылись, а дыхание стало редким и поверхностным. На полу рядом с Хаани-нани теперь оказалось ещё одно бессознательное тело.

— Так, теперь ты, — Мика с силой растёр лицо руками и потянулся к своему, уже частично распакованному багажу. — То, что нужно следить за показаниями минианализатора, ты уже поняла?

— Да, — я подошла к нему сзади и через плечо уставилась на манипуляции, которые он проводил с минианализатором и снятым с руки напульсником.

— Толкового реанимационно-диагностического оборудования у меня с собой нет, — начал Мика каким-то спокойным, обыденным тоном. — Как-то не пришло в голову, что оно мне может понадобиться. Имеются только две эти электронные игрушки и кое-какие медикаменты из аптечки первой помощи. Чудо, что вообще взял, обычно я это барахло за собой не таскаю. Так вот, если анализатор засечёт какие-то посторонние примеси в воздухе и в аптечке будет подходящий препарат (данные снимешь с напульсника) введёшь его себе и нам с Кеми. В этом же случае цепляешь на руку вот эту штучку, — он показал мне инъектор, похожий на жука полураскрывшего крылья-липучки, с жалом находящимся посередине тела. — Там находится препарат, который приведёт тебя в примерно такое же состояние, в котором будем находиться мы с Кеми. Но это на крайний случай. Постэффекты от него очень неприятные. И последнее, на подлёте, если всё будет нормально, чтобы нас вывести из состояния диапаузы, клеишь на любой голый участок тела вот этот пластырь. Подействовать он должен в течение десяти минут. Что делать с инопланетником я не знаю.

— Я знаю, не беспокойся, — я всё-таки смогла вспомнить, кое-какие подробности. — Проснётся сам. Они как-то способны контролировать время и в таком состоянии.

— Тогда на этом всё, — он ободряюще мне улыбнулся и улёгся на пол рядом с Кеми, прикрыл глаза и замер, а через минуту и у него пропали все видимые признаки жизни кроме очень редкого и неглубокого дыхания.

Я пододвинула своё кресло поближе к обзорному экрану. Надо же, ещё недавно это зрелище казалось мне угнетающим, а сейчас намного неприятней было смотреть на три полутрупа находившихся за моей спиной. Нет, я знала, что сейчас с ними всё в порядке, но субъективно, видеть их в таком состоянии, было всё равно тяжело.

16

Бывает время, когда минуты, часы, дни и даже месяцы пролетают так, что даже не успеваешь осознать проходящее время. Сейчас же каждая секунда тянулась так, словно её за ноги держали. Я то и дело поглядывала на часы, заодно контролируя показания минианализатора и перебирая в памяти Микины, несколько сумбурные инструкции. Впрочем, ничего, что бы потребовало моего вмешательства, не происходило, даже содержание кислорода в воздухе постепенно начало восстанавливаться. Пару раз подходила к своим товарищам по несчастью — и там тоже без изменений, разве что кожа их показалась мне слишком прохладной, но это, наверное, так и должно быть — температура тела выравнивается с температурой окружающей среды, чтобы не тратить ресурсы организма на поддержание теплокровности.

Скучно. Да к тому же не отпускавшее нервное напряжение не позволяет ничем толковым заняться. К исходу третьего часа полёта я настолько отупела, что даже раздавшийся неизвестно откуда белый шум, не особенно меня встревожил. Ну, гудит там что-то, шелестит и временами постукивает на грани слышимости, но видимых изменений нет и всё равно сделать я ничего не смогу. А когда это звуковое оформление стало ощутимо давить на уши, я просто поплотнее надвинула гарнитуру и включила инструментальную музыку. Что-то из классики позапрошлого века, неторопливо-торжественное, как раз подходящее к полёту сквозь космическое безмолвие. Для полного ощущения единства с вселенной оставалось только свет притушить, что я и сделала.

Еле дождалась, пока на напульснике замигает красный огонёк, сигнализирующий о том, что моих товарищей по несчастью пора будить, а пластырь со стимулятором у меня был приготовлен ещё полчаса как. С тревогой и нетерпением я вглядывалась в начинающие оживать родные лица не исключая и зелёную физиономию инопланетника, хотя когда очнётся тот, не имела ни малейшего представления. Смотрела, как наливаются красками жизни лица, дрогнув, приподнимается грудная клетка, начиная полноценный вдох, открываются глаза. Разумеется, первым пришёл в себя и начал интересоваться окружающей действительностью Мика.

— Что здесь было?

— Ничего особенного. И мы уже подлетаем, — я кивнула на обзорный экран, всю ширину которого теперь занимала наша голубая планета.

— Это хорошо, что ничего не случилось и плохо, что мы так и не поняли, зачем всё это было нужно, — он покрутил головой, разминая затекшую шею, рядом точно так же приходила в себя Кеми.

— Однако полезный навык, — она, пошатнувшись, поднялась на ноги и осторожно потянулась всем телом. — Надо бы освоить. Это реально?

— Вполне. Правда учёба довольно много времени отнимет, — согласно кивнул Мика и, двигаясь так же медленно и осторожно, приблизился к обзорному экрану. — Действительно подлетаем. Пилочку дай, — обернулся он ко мне, и, получив запрошенное, принялся восстанавливать связь.

— Да, нескладное у нас получилось путешествие. Даже перед гостем как-то неудобно, — Кеми вытянулась во весь свой небольшой рост в полиморфном кресле.

— Мне не на что жаловаться, — Хаани-нани, который уже сидел рядом с её креслом прямо на полу, ободряюще похлопал Кеми по ладони, при более чем существенной разнице в росте, их головы оказались на одном уровне. И надо же, уже не только пришёл в себя, но и переместился в более удобное для себя место, а мы и заметить не успели, как он сделал и то и другое. — И выспался и на твою родину посмотрел. Как раз сейчас смотрю.

Щёлкнув, включился коммуникатор, Мика осторожно поставил на место закрывающую его нутро панель.

— Борт N 19/2, отзовитесь! — раздался из динамика немного истеричный голос. — У вас всё в порядке?

— У нас всё нормально, — спокойно отозвался Мика.

— Почему тогда на связь не выходили?!

— Спали мы, и звук в коммуникаторе вырубили, чтобы не мешал, — также невозмутимо продолжил Мика. Это надо же так, и врать, и при том,