"Шолох". Компиляция. Книги 1-7 - Антонина Крейн

О падших хранителях. О том, какой не на штуку глобальной проблемой могут обернуться банальные тараканы, сверчки, цикады, кузнечики и другие мерзкие членистоногие…

Поэтому я подошла к проблеме строго по-бытовому – заткнула дыру кулаком.

Со стороны, наверное, казалось, что я бью Лиса в некоем замедленном кадре имаграфа. Хрупкая девушка с неуправляемым шалашом волос вперила кулак в голый грудак худощавого Высочества и взирает на него снизу вверх с мрачным неудовольствием. Самая та картинка для агрессивных феминисток!

Как и следовало ожидать, мой трюк не удался. Тараканы, сверчки и прочее с ТОЙ стороны так рьяно вгрызлись в мою слабую человечью плоть, что я мигом отдернула руку. Ну да. Они же целых людей обгладывают, как мы знаем. Что им какой-то кулачок с двумя серебристыми колечками «на удачу».

Более того, я с ужасом поняла, что портал немного увеличился. Как будто после побега Пустоты у него появились удивительные способности к росту.

Теперь из дыры в принце лезли твари покрупнее. Они все меньше походили на картинки из словаря. И все больше – на кошмарный сон. Кузнечик с длинными кусачими клешнями на голове, как у краба. Сверчок с башкой пустынного льва. Муха с глазами на нитках. В общем, цирк космических уродов…

Выругавшись, я решила повторить свой трюк из-под некрополя – создать непробиваемую защитную сферу. Только модицифированную. Не вокруг себя, а вокруг портала. Чтобы сфера не выпускала тварюг наружу и тем самым замедлила проникновение звериных приспешников в Шолох.

Я наспех сплела заклятье, и вокруг дырки в груди Лиссая появилась прозрачная плошка. Будто на принца нацепили горчичник. Я утерла пот со лба, тихонько выдохнув.

Сфера стала быстро наполняться приспешниками Зверя.

Когда внутри «горчичника» их стало слишком много, Анте вдруг взвыл:

– М-м-м-м! – И хранитель правой рукой ткнул в Лиссая, а левой изобразил «волка» из театра теней: начал бить большим пальцем о четыре других, будто «кусал» что-то.

Я ахнула, поняв, что он имеет в виду: насекомые начнут прогрызать тело принца, раз им мешает сфера. Я разбила собственное заклинание…

– М-м! М-м-м! – снова замычал Анте Давьер и ошалело захлопал в ладоши, привлекая внимание.

Н-да, кажется, кто-то любит играть в пантомимы.

– Вы можете закрыть портал? – с надеждой спросила я.

– М-М-М! – Голос Давьера окрасился новыми полутонами.

Я отпустила «его» заклинание.

– Так можете? Самое время! – повторила я.

Анте так недвусмысленно отвел глаза, что я задохнулась обреченностью.

Между тем комната планомерно наполнялась стрекотом, шуршаньем крылышек, ворсистым перетиранием лапок. По палате летали, ползали и прыгали несколько десятков мелких тварей. Еще столько же успели сбежать.

Вылетающие из Лиссая насекомые сначала дезориентированно зависали в воздухе, потом стремительно бросались к окну. Мы их не интересовали – к счастью. Видимо, главной задачей было распространиться как можно шире…

Анте подбежал к окну и захлопнул его. Потусторонние твари начали биться в стекло, как самые банальные летние мухи. Правда, уже секунд пять спустя разбили его и рванули, свободные, в пряную синеву засыпающей столицы… Маньяк выругался и повернулся ко мне.

– Закрыть портал могут только настоящие хранители. – При слове «настоящие» голос Анте едва заметно дрогнул. – Но! Я знаю, как заморозить его.

– Заморозить?

– Во времени. Моя специальность. Это будет временная мера – каламбур случаен – но не такая временная, как стекло или ваши барьеры…

Смотрите-ка, он опять на «вы». Вот и правильно.

– Диктуйте. – Я кивнула.

Заморозить время! Звучит непросто. Но мы справимся.

Я справлюсь.

– Вы не справитесь, – будто в ответ на мои мысли, категорично покачал головой Анте. – Вам не хватит опыта в плетении таких заклятий. Они не из вашего мира.

– И что же вы предлагаете? – проворчала я, отчаянно выбивая чечетку ногами.

Танец мой был не слишком изящен, но до некоторой степени убийственен. Хотя бы звериную «пехоту» прополю…

Небо голубое, это, в конце-то концов, позорно даже – мировое зло обернулось тараканами! Прозаичность Зверя бесит меня куда больше, чем если бы он явился огненным ангелом с испепеляющим взглядом, вот честное слово!

Между тем Анте задумчиво кивнул:

– Но я могу забрать вашу унни – и сам заморожу портал. Это замедлит прибытие войск Зверя на несколько дней.

– Что?! – Я, замерев на одной ноге, изумленно обернулась к нему.

– Мне нужна ваша унни, – повторил он чуть громче.

Скромненько так. Будто за кофейным столиком сахар попросил.

– Ты совсем ошалел, маньяк?! – взвилась я. – Я не пойду на это!

– Во-первых, мы на «ты» не переходили! – рявкнул Анте. – Во-вторых, что, не нравится идея самопожертвования?

Я буквально потеряла дар речи.

– Вы ведь хотите закрыть портал, Тинави? – Анте сначала отмахнулся от пролетавшего мимо него кузнечика с крыльями бабочки, а потом обвинительно ткнул в него пальцем: – Или вы хотите, чтобы в ближайшее время весь ваш обожаемый город наполнили вот эти твари? Обратите внимание – это самые мелкие. Стоит порталу немного еще вырасти, и… – Маньяк явно собирался развернуть передо мной жуткую картину будущего, но я не дала ему договорить:

– Оказывается, Кадия была права на ваш счет. Но я не собираюсь умирать, Давьер, – холодно ответила я.

Глаза маньяка округлились:

– А кто говорит про умирать?

– Ну а как же? Забрать чужую энергию в момент потухания искры – ваш любимый способ словить халявной силы!

– Конечно, я не собираюсь вас убивать! – Маньяк чуть за голову не схватился. – Вы же Карланонова! Просто отдайте мне немного унни!

– Как? – опешила я.

– Он что, не объяснил вам? – Давьер злобно ругнулся и скороговоркой прочеканил: – Отлавливаете унни на сильную эмоцию – максимально сильную, какая в вас преобладает, соблазняете ее каким-то мощным колдовством, когда она придет, будет уже у вас в руках – просто швыряете ее в меня. Неоформленную. Я заберу.

– Почему тогда вы сказали про самопожертвование? – уточнила я.

– Для унни вы станете неблагонадежным другом. Вполне вероятно, она не захочет больше с вами общаться. Никогда.

– «Друг-тусовщик». – Я кивнула. – Точно. Карл когда-то говорил…

– Карл совсем свихнулся со своими техномирами, – проворчал Анте Давьер. – Вы что, уже начали? – удивился он.

Я действительно начала.

Рассудив, что моя преобладающая эмоция – это гнев, я стояла, сжимая и разжимая кулаки, и пыталась припомнить все то дерьмо в своей жизни, которое могло вывести меня из себя. Парад ненависти венчал, конечно, Зверь.

Дальше я застопорилась, потому что, как выяснилось, не такой уж я злобный человек, как мне казалось…

Я не боялась потерять связь с унни. «Каждый заслуживает и сто тридцать первой попытки», – сказала она мне на днях. А кому еще верить в этом мире, если не энергии бытия?

Пока я пыжилась, Теннет подошел