Еще не поздно 1-5 (версия 2012 года) - Павел Владимирович Дмитриев

— Тут есть парадоксальный момент, — профессионально отметил Бжезинский. — Линия по снижению помощи коммунистическим режимам поддерживается их «ястребами» типа Шелепина, Воронова, Мазурова, Устинова. Напротив, умеренное крыло Брежнева усиленно критикует эту позицию.

— Полагаю, это чисто аппаратное, — отмахнулся Джонсон. — Так сложились личные интересы, они так похожи в риторике, что без труда могут поменяться ролями. А действия Микояна на этом фоне больше напоминают декоративное закручивание гаек.

— Тем не менее, их инициатива с ограничением количества ядерных боезарядов на уровне десяти тысяч штук наделала проблем нашим пропагандистам, — возразил Хамфри. — А плакат про борющуюся за мир дамочку разошелся даже среди студентов Йеля[806].

— Это та, у которой «младший сын воюет во Вьетнаме, средний — высадился в Доминикану[807], старший — военный консультант в Пакистане, муж собирает на заводе минитмены»?[808] — Джонсон скорчил недовольное лицо. — Его еще «Правда» на центральном развороте печатала?

— В точку, господин президент! — Хамфри постарался сгладить недовольство Джонсона. — Надо сказать, давно у Советов не было подобных творческих прорывов.

— Прошу простить, господа, — вмешался Бжезинский. — Мы проанализировали их платформу, в смысле содержание выступлений за последние несколько лет. Так вот, получается, что количество антикапиталистических лозунгов уменьшилось за последний год примерно в восемь, я подчеркиваю, в восемь раз. Можно сказать определенно, к власти в СССР пришли прагматики, готовые ради своих целей поступиться идеологией. Еще пять лет назад подобное казалось ненаучной фантастикой!

— Beware of a silent dog and still water![809] — не удержался от поговорки Макнамара.

— И какие же у них цели? — вычленил главное Джонсон. — Чем Советы хотят удивить мир в следующий раз?

— К сожалению, что-то основное нам определить не удалось, несмотря на все приложенные усилия, — развел руками геополитик. — У них полным ходом идет промышленная модернизация. Покупают оборудование для химических производств, машиностроения, автомобилестроения, микроэлектроники и точной механики… Очень широкий спектр. Военное производство незначительно сократили, но там результаты пока сложно оценивать достоверно. Вообще, наш институт недавно отсылал в администрацию развернутый доклад по этим вопросам…

— К-хе! — предостерегающе кашлянул Хамфри.

— Эти бюрократы нас до сумы когда-нибудь доведут! — прогнозируемо отреагировал президент США. — Губерт, ты не кашляй, а позаботься, чтобы исследования этого молодого человека не исчезали в глубинах аппарата!

— Обязательно, господин президент. Хотя в этом нет особой надобности, Збигнев уже давно под моим присмотром.

— Что ж, — взглянув на часы, подвел итог Джонсон. — Думаю, на этом мы пока и остановимся. Кое-что придется обдумать заново, хотя, скорее, это работа дипломатов, а не военных. От вас, господа, — он обратился к генералам, — скорее всего, ничего нового не потребуется. Полностью контролировать юг Вьетнама нам нужно в любом случае, как и поставить на место зарвавшихся коммунистов Хо Ши Мина. А дальше… Кто сейчас знает, какие варианты нам предложит жизнь.

Глава 10

Дрессировка мэнээсов

Предложенная год назад схема моего участия в советском прогрессорском проекте преподнесла неприятный сюрприз. Слишком многое оказалось завязано лично на меня, и передоверить дела кому-либо не представлялось ни малейшей возможности из-за строжайшей секретности. Самая тривиальная текучка начала потихоньку съедать все мое время, не оставляя шансов получить обычные радости жизни. Вокруг был незнакомый мир шестидесятых, рядом любимые жена и дочь, а все время уходило на работу. Еще год такого развития, и придется по примеру топовых партноменклатурщиков прорубать выход из кабинета в соседнюю комнату, ставить там кровать, оборудовать пищеблок, а также поменять секретаршу. Та, что работает сейчас, уж больно страшная, не иначе Катя кадровичке пару кило шоколада занесла.

В связи с этим часто вспоминал свои первые шаги в бизнесе, которые пришлись на начало нулевых. Тогда, в будущем, отец на восемнадцатилетие подарил мне помещение под небольшой магазинчик, которое неожиданно попало ему в руки в результате интриг с городской администрацией. Нельзя сказать, что такое бурное начало предпринимательской карьеры доставило мне массу положительных эмоций. Несчастные «три комнаты с отдельным входом с улицы» успели побывать в руках «цеховиков», которые несколько лет разливали водку из технического спирта Тавдинского или Ивдельского завода. Далеко не маленькие укупорочный и этикетировочный станки работы уралмашевских[810] кустарей были раскурочены в хлам, но не вывезены, впрочем, как и огромная куча грязных бутылок. Да еще контингент работничков этого подпольного производства умудрился покрыть стены несмываевым слоем грязи и граффити, а заодно вдребезги разбить сантехнику.

Денег на приведение помещения в божеский вид родители давать почему-то не спешили. Видимо, надеялись, что я откажусь от рискованного бизнеса и после учебы спокойно устроюсь работать в какую-нибудь крупную фирму. Пришлось поработать грузчиком, плотником и маляром, а на остатки «карманных» денег приобрести приличную вывеску будущего магазинчика «фирменных» компьютеров. После такой сдачи экзамена на аттестат зрелости отец не устоял, выделил первую десятку килобаксов на закупку комплектующих и наем сотрудников. Так у меня наконец-то началось предпринимательство по восемьдесят часов в неделю, с учебой в свободное от бизнеса время.

…Через год можно было подводить итоги. Главным, как ни странно, стало тотальное разочарование в людях. Трех продавцов пришлось уволить за банальное крысятничество. Двоих за невыносимую тупость. Но особо отличился снабженец, который наловчился поставлять под видом новых частей ворованные. Причем он оказался настолько невменяемо жадным, что попался с поличным уже через несколько месяцев. Поделом уроду отдыхать на нарах два года, да только отцу стоило немалых сил вытащить меня из-под набиравшего обороты следствия. И так везде, хорошо хоть мелкий рэкет обходил мой магазинчик стороной после упоминания «ментовской крыши» бывших знакомых отца.

Тем не менее точка безубыточности была успешно пройдена еще до исчерпания первоначального капитала, прибыль оказалась хоть невеликой, но стабильной. Вот только впереди маячил тупик. В условиях дикого капитализма все физически замыкалось на мне. Работа с партнерами шла исключительно под честное слово и полное отсутствие документов. Риски, может, на первый взгляд не смертельные, но несколько раз реально могло повернуться по-всякому. Ко всему этому отчаянная обналичка и неадекватная бухгалтерия открытого на чужой паспорт ООО. Впрочем, так было везде — даже арендную плату заменяли странные платежи, маскирующие тривиальные взятки горадминистрации. Среди всего этого