"Фантастика2025. 194". Компиляция. Книги 1-27 - Алекс Холоран

– Прошу вас, – я умоляюще сложила руки и глядя прямо в глаза, произнесла: – От этого будет зависеть, поймают убийцу Мики или же нет.

При этих словах женщина поджала губы и кивнула, отступая в сторону.

Ванесса закрыла дверь и проводила нас в небольшую гостиную. Я старалась не смотреть по сторонам, но портреты Мики невозможно было не заметить. Их было много, очень много, и на каждом из них девушка широко улыбалась, смеялась и всячески дурачилась. Она не была похожа на ту студентку, вечно недовольную и ужасно надменную. Словно это были два разных человека.

Хотя... что я о ней знаю? То, что она так мечтала вырваться в столицу, и вместо исполнения мечты получила по носу? Мика не поступила в Королевскую Академию, и это, по всей видимости, стало серьезным ударом для нее. И злоба, которую она разбрасывала направо и налево, всего лишь попытка казаться сильнее.

– Ну? – как только мы заняли стулья и небольшой диван у стены, Ванесса сразу же перешла к делу.

Я вдохнула глубже и призналась, как на духу:

– Если бы вы позволили прочитать вашу память, то...

Договорить я не успела, женщина взвилась со стула, на котором сидела и разъяренно прошипела:

– Я же уже сказала, что нет! Неужели вам больше нечем заняться, как только копаться в моей голове?

Реакция Ванессы показалась мне странной, слишком болезненной и эмоциональной, такой... Словно ей было что скрывать, помимо воспоминаний о профессоре Шинару.

– Вы не понимаете... – слабо возразила, но лишь сильнее разозлила ее.

– Нет, это вы не понимаете! Я не позволю выставлять себя на всеобщее обозрение! Умерла моя дочь, а вы вместо того, чтобы искать убийцу, занимаетесь всякой ерундой.

– Да что же это такое! – первым из нашей компании не выдержал Лестер. Он громыхнул кулаком по кофейному столику, что на свою беду оказался рядом с разъяренным следователем.

Я и Ванесса сразу притихли. Единственный, кто так и остался невозмутимым – это Винс. Он, не мигая, смотрел на один из портретов. Я проследила за его взглядом, и застыла, так же, как и Райт.

На небольшом холсте, в обычной деревянной рамке, были изображены трое – сосем еще юная Ванесса, а рядом с ней, сияя одинаковыми белозубыми улыбками, стояли двое молодых парней.

Один из них был тот самый Крислоу, а второй... Профессор Шинару.

Я не смогла вымолвить и слова, настолько меня поразило увиденное, но мне и не пришлось.

– Кем они приходятся вам? – спросил Винс, вовсе не уточняя, кого он имеет в виду.

Ванесса вздрогнула и обессиленно опустилась на стул. Обведя потухшим взглядом комнату, она почему-то остановила его на мне и выдохнула:

– Братьями...

Вот так... сюрприз...

– Так и будете молчать? – после оглушительного признания, тишина все тянулась и тянулась, словно расплавленная карамель. За окном шумел ветер, в комнате щелкали стрелки часов, но никто из нас не проронил ни звука.

И, если бы не Лестер, мы бы еще долго ждали объяснений.

– Что вы хотите услышать? – будто не своим голосом выдохнула Ванесса.

– Наверное, – господин следователь сделал вид, что задумался, а потом неопределенно взмахнул рукой и кривовато ухмыльнулся:

– Стоит начать с самого начала.

Куда уж проще? Но порой самые обычные вещи, кажутся, едва ли не тяжелейшим испытанием.

Женщина до отчетливого хруста сцепила пальцы и заговорила тихо, то и дело останавливаясь, чтобы в очередной раз глотнуть воздуха:

– Лэйри всегда был неравнодушен к экспериментам. Любым. В особенности к тем, которые с самого начала казались трудными, невыполнимыми и, что немаловажно, опасными. Ри всегда шел вперед, и его не волновало, по чьим костям он ступает. А Даррел был другим. Нет, ему не были чужды научные трактаты и открытия, но... В нем было куда больше человечности. По крайней мере, так мне казалось, но я ошибалась.

Однажды Лэйри ворвался в мою комнату и стал кричать, что совершил немыслимое открытие, что теперь никто не посмеет называть его чудаком, и что все ученые мира будут едва ли не боготворить его. Я привыкла к таким выпадам и совсем не обратила внимания на очередное помешательство брата, только... На следующее утро Ри пропал. Бесследно. Будто испарился. И тщательные поиски не принесли никаких результатов.

Пока она рассказывала, глядя в одну точку, я не могла отделаться от ощущения, что уже знаю, какой именно финал будет у этого рассказа. И ведь не ошиблась.

– Только спустя двадцать лет я узнала, что произошло в ту роковую ночь. Вряд ли Даррел хоть кому-то до этого признавался в таких банальных вещах, как зависть. Да, он завидовал Лэйри, ведь ему все давалось куда легче, чем Дару. И эта зависть толкнула старшего брата на безумный шаг. Он решил украсть открытие и присвоить себе. А так как Лэйри вряд ли проглотил бы такое, то Даррел попросту убил его, – она судорожно вдохнула и на выдохе произнесла:

– Это чудовищно...

Впервые, за последние несколько минут Ванесса не справилась с эмоциями и спрятала бледное лицо в не менее бледных ладонях. Ее плечи мелко подрагивали, и мне вдруг показалось, что еще немного, и она попросту потеряет сознание. Но женщина справилась с терзающими ее чувствами и продолжила:

– Вы что-нибудь слышали о паразитах? – неожиданно спросила госпожа Мират, и я растерялась. Паразиты бывают разные, и я совсем не понимаю, какое отношение они имеют к прошлому этой семьи.

– Не о тех, что созданы природой, – снисходительно пояснила она.

– Вы о магическом паразитизме? – спокойно уточнил Лестер, и женщина перевела на него удивленный взгляд.

– Я уж думала, что вы ни на что не годны, господин следователь, – беззлобно, но от оттого не менее обидно, бросила она и через силу улыбнулась.

– Рад, что пригодился, – в тон ей отозвался Хайд.

Ванесса усмехнулась, и тут же сникла:

– Пожалуй, мне было бы проще смириться, если бы Даррел просто убил Лэйри, но он превратил его в источник, а сам стал питаться его силами, как обычный паразит. И не только силами, Лэйри, ради призрачной надежды на жизнь, занимался всеми разработками, которые теперь приписывают профессору Шинару, когда-то носившему нашу фамилию – Крислоу. И никто, совсем никто, не смог бы его разоблачить.

– Кроме вас? – Лестер задал вопрос, на который мы