"Фантастика2025. 194". Компиляция. Книги 1-27 - Алекс Холоран

нас не существовало стеснения и надуманных терзаний из-за общественного мнения. Возможно, я еще не относилась к этому так легко, как Винс, но изо всех сил старалась, честное слово.

– К сюрпризу, конечно же, – Райт ухмыльнулся, загадочно так, что пропавшая, было, неуверенность вновь вернулась.

Я не любила сюрпризы. Точнее, за последнее время их было слишком много, и все они даже рядом не стояли с приятными и прекрасными. Один профессор Шинару с его темным прошлым, которое задело и меня, чего стоил.

– Может, не нужно? – запротестовала слабо, когда Винс уже подтолкнул меня к выходу из зала.

– Нужно-нужно, – закивал с усмешкой. Потом обернулся к матери и попросил:

– Не давай гостям скучать, пока нас нет.

– Не волнуйся, уж этого я точно не допущу, – кажется, Анита на просьбу сына немного обиделась. Действительно, как он мог допустить мысль, что устроительница этого торжества позволит хоть чему-то пойти не так?

Но женщина тут же сменила гнев на милость, и, придержав меня за локоть, тихо попросила:

– Не отказывайся сразу, обязательно подумай.

Я хотела переспросить, что же она имеет в виду, но разве мне позволили? Винс настойчиво подтолкнув в сторону двери. Я только и успела, что обернуться, и увидеть загадочную улыбку на губах почти уже состоявшейся свекрови.

– Может, объяснишь? – попробовала выведать секрет, раз уж совсем отказаться от него не получилось.

– Потерпи, и сама все увидишь, – увильнул от ответа.

В последние дни после того, как профессора Шинару разоблачили и отправили в столицу, как особо опасного преступника, я только и делала, что терпела. Мучения от портнихи, тыкающей в меня булавками, словно в игольницу; изощренные издевательства от кухарки, требующей попробовать все, что она приготовила и утвердить-таки меню; разнообразие тканей и цветов от декораторов; и бесконечные вопросы от самой Аниты.

Нравится ли мне посуда? А сервировка? А салфетки? Те ли цветы привезли для гирлянд? Правильно ли их развесили? И много-многое другое, но не менее утомляющее.

Первое время я еще была рада такому круговороту событий, на их фоне горечь после похорон Мики и Ванессы несколько гасла. Но потом... Мне нестерпимо захотелось тишины. Чтобы никто даже не подходил ко мне и не смел спрашивать, достаточно ли красивы шторы и не стоит ли их вообще убрать.

Единственный, кто был моей отдушиной – это Винсент. На мои жалобы он лишь посмеивался и просил потерпеть, ведь скоро, совсем скоро все закончится.

Почти закончилось и вот... Новые сюрпризы, ради которых вновь стоит запастись терпением.

Но вспыхнувшее возмущение я подавила. Если Винс просит, то я потерплю. Снова.

Мы вышли из зала, прошли по таким же воздушным и сверкающим коридорам и остановились у двери, что вела в кабинет Райта-старшего. Я с сомнением покосилась на мужчину, рядом со мной, но он лишь ободряюще улыбнулся и жестом предложил войти первой.

Поколебалась я всего пару мгновений, потом шумно выдохнула и толкнула дверь. Чтобы тут же от изумления открыть рот, и это отнюдь не образное сравнение.

– Не стесняйся, дорогая, проходи, – профессор Диам добродушно усмехнулась и махнула рукой на стул, что стоял в центре кабинета.

Наверняка, специально подготовленный. Для меня.

Но стул – это еще не так странно. Куда удивительнее появление еще двух мужчин, находящихся в комнате. И если первый не вызывал таких вопросов, то второй...

– Здравствуйте!

Пробормотала тихо и по старой доброй студенческой привычке вытянулась по струнке.

Доктор Аттэ хитро улыбнулся и, отбросив все церемонии, подошел ко мне и обнял.

– Дорогая Аделия, как же я рад тебя видеть! Не представляешь, как старику скучно в стенах академии!

Честно сказать, после его признания я смутилась, но смущение поборола и робко обняла в ответ.

– Я тоже рада вас видеть и... Прошу прощения, что не нашла времени, чтобы встретиться с вами.

Собственно, я мало на что находила время после фальшивого обвинения и в период расследования. А потом еще подготовка к помолвке...

– Аделия, – вслед за доктором подал голос его родственник, – рад вновь увидеть вас.

Профессор Дуаре, тот самый, которым я восхищалась, кажется, в прошлой жизни. На его губах играла легкая улыбка, и от этой улыбки мне почему-то стало не по себе. Мое прошлое врывается без приглашения, и еще ни разу оно не принесло ничего доброго.

– И я, – выдавила с трудом, не зная, что еще должна сказать.

Боязливо обернулась к Винсенту и тут же оказалась в плену его рук. Доктор Аттэ с лукавой усмешкой отступил, даже руки поднял, продемонстрировав, что больше не претендует на мое внимание.

– Давайте сразу перейдем к делу, – предложил профессор Дуаре и озвучил предложение, которое... Нет, я и не думала, что когда-то услышу.

– Аделия, мы хотели предложить вам вернуться в Королевскую Академию, для повторного предоставления вашей дипломной работы.

Вот так. Просто.

Пока я пыталась подобрать хоть какие-то слова в ответ, слово взяла профессор Диам:

– После слушанья по делу профессора Шинару, в академии подозрительно быстро рассмотрели мой запрос о краже вашего открытия. Теперь нужно лишь предоставить им ваш проект и выступить перед собранием магистров. Они готовы пересмотреть заключение.

Наступила тишина. Только здесь, в этом небольшом кабинете. Из-за стен все так же была слышна музыка. Я не знала, что сказать. Не понимала, почему вдруг эти люди оказались здесь, готовые бороться за восстановление доброго имени. По сути, чужого для них.

– Аделия, – перевела растерянный взгляд на доктора Аттэ, он мягко улыбался, но глаза его светились лукавыми искрами. – Ты ничего не потеряешь, если утрешь нос этим столичным задавакам.

На последнем высказывании профессор Дуарэ выразительно хмыкнул, но колкое замечание родственника оставил без ответа.

Возможно, доктор прав, но...

Обернулась и посмотрела на Винсента. Он стоял прямо за спиной, только руки опустил, выпустив меня из объятий. Будто пытался этим сказать, что даже не подумает удерживать меня.

– Ты... – начала и замолчала, потому что решительно не знала, что нужно сказать.

Но он понял меня без слов:

– Я думаю, доктор Аттэ прав, столице давно пора встряхнуться.

Что я могу против такого заявления?

– Можно мне подумать? – пробормотала тихо и опустила голову, боясь встретиться взглядами с собравшимися и увидеть в них осуждение моей трусости.

Глубокой ночью, когда шумное веселье осталось где-то там, словно в прошлой жизни, я стояла у окна в нашем с Винсентом доме.

В нашем...