Как потратить наследство - Евгения Владимировна Потапова

Неля как-то после последней фразы смутилась и исчезла.

Аббадон многозначительно фыркнул, следя за тем, как растворяется в воздухе призрачная спина старухи.

— Ну да, конечно. Позвонить Тимохе. А то старушенция наша что-то слишком часто к твоему телефону тянется, когда ты ему пишешь. Я вот думаю, это неспроста.

Валя нахмурилась, доставая телефон. Действительно, последние сообщения Тимофею были какими-то... краткими. Слишком. И стиль не её.

— Ты хочешь сказать, что это Неля...?

— А кто её знает, что она там себе в своей призрачной головушке задумала, — кот начал вылизывать лапу с видом полной невинности. — Может, ревнует. Может, боится, что тебе всё надоест и ты нас прогонишь. А может... — он бросил многозначительный взгляд на Фёдора.

— Может, она пытается его оградить, — тихо закончил за него Фёдор. — Если «трещина» проявляет активность, то все, кто рядом с тобой, в опасности. А Неля, при всей её вредности, способна на своеобразную заботу. Грубую и нелепую, но искреннюю. Тем более Тимоха её внук. Хоть она его и не любит, но это её работа — защищать его от всяких опасных ситуаций.

Валя смотрела на экран телефона, на последнее своё сообщение Тимофею: «Привет. Всё ок. Спишусь позже». Она бы так никогда не написала, то есть это писал кто-то другой.

— Ладно, — она сунула телефон в карман. — Сначала дача. Будем вытягивать информацию из вредного родственника. Тимофею позвоню по дороге.

— О, отлично! — Аббадон оживился. — На даче, я помню, у него в погребе были запасены... э-э-э... исторические документы! Очень старые и ценные. Особенно рядом с банками с огурцами.

— Ты о варенье? — уточнил Фёдор.

— Вот нужно мне твое варень! Я же не Винни-Пух. Я о самом ценном, что может быть в погребе! — обиделся кот. — О тушёнке! Запасы 1978 года! Это же раритет!

— Где ты их откопал? — удивилась Валя.

— В погребе, дорогая моя, в погребе.

Пока Аббадон мечтал о тушёнке, Валя направилась в сторону квартиры, чтобы забрать свои вещи. Её взгляд скользил по местному пейзажу. Она мысленно готовилась к встрече с призраком-затворником. И где-то на задворках сознания зрела тревога — не столько из-за «трещины» или подменыша, сколько из-за коротких сообщений и таинственно исчезающей старухи. Может, Неля действительно таким образом пытается защитить Тимофея от Вали? Хотя его работа тоже связана с риском для жизни, но, видно, около неё этот риск выше.

Вредный призрак

В квартире Валентина быстро собрала свои вещи в рюкзак и направилась к выходу. Дверь в комнату соседки отворилась, и оттуда выглянула Лика.

— Ты куда? — спросила она шёпотом.

— На дачу поеду, — пояснила Валя.

— С друзьями или мужиками? - поинтересовалась соседка.

— С котом она поедет! — рявкнул Аббадон.

— Ох! — испуганно шарахнулась Лика.

— Аббадон, не пугай девушку, — строго сказала Валя.

— Это её личные проблемы, — фыркнул кот.

— А что за дача? Ты же вроде не местная.

— Не местная, но дача у меня в области, — ответила Валя. — Прости, мне разговаривать некогда, надо успеть на электричку до час-пика, а то потом народу будет много.

— А можно я поеду с тобой? — с осторожностью спросила Лика.

— Зачем? — удивилась Валя. — Меня дома не будет, ты сможешь делать что угодно. Никто тебе не будет мешать.

— Да как-то у меня не идёт контент для взрослых, — призналась та. — Наверно, мне нужно отдохнуть от работы.

— Ладно, только учти, я еду туда, чтобы общаться с призраком престарелого родственника.

Лика на секунду задумалась, переваривая эту информацию.

— А он... адекватный? — наконец выдавила она.

— По меркам нашего дома — ещё самый нормальный, но только старый, — фыркнул Аббадон, грациозно проходя между ними и направляясь к выходу. — Только не вздумай трогать его фарфоровых гусар. Или коллекцию марок. Или...

— В общем, лучше ничего не трогай, — резюмировала Валя, надевая рюкзак. — Ты едешь? Электричка через сорок минут.

— Да, — Лика нервно сглотнула слюну.

Путь до вокзала прошёл в странном молчании. Лика нервно поглядывала то на Валин рюкзак, из которого иногда доносилось ворчание, то по сторонам, как будто ожидая, что из-за угла появится скелет в балетной пачке. Иногда она от чего-то шарахалась в сторону и быстро отворачивалась.

— Ты чего? — не выдержала странного поведения соседки Валя.

— Я их вижу, — шёпотом проговорила Лика.

— Кого? — не поняла Валентина.

— Их. Тени, призраки. Они везде, среди нас, шныряют туда-сюда. Вон один из-за угла выглядывает и машет мне рукой.

— Может, это всё тебе только кажется? Так сказать, от пережитого прошлой ночью. Такое вполне может быть, я тебе как специалист это говорю, — Валентина посмотрела на нее изучающим взглядом.

— Нет, — помотала головой Лика. — Я и работать не могу, потому что я за спинами клиентов вижу всякое.

— Ясно. Ну что, поздравляю тебя. У тебя проявился дар, — сказала Валя.

— А можно его куда-нибудь деть, этот дар? А то я так с ума сойду.

— Можно научиться его блокировать на время. Я потом Светлане позвоню и проконсультируюсь с ней.

— Ты мне поможешь? — с надеждой посмотрела на неё Лика.

— Постараюсь, но ничего не обещаю. На призраков, да и других сущностей, лучше не смотреть долго, иначе привяжутся и не отстанут, могут и просьбами замучить, а могут и повиснуть и начать сосать жизненные силы. Всякое может быть.

— Как твои?

— Ну, да, почти как мои, — усмехнулась Валя.

В вагоне электрички, устроившись у окна, Лика набралась смелости.

— Слушай, а этот призрак... он опасный?

— Ты про хозяина дачи? Больше вредный, чем опасный, — ответила Валя, глядя на мелькающий за окном пейзаж. — Если не злить его — максимум, что грозит, это сквозняк и лекция о правилах хорошего тона.

— А... а кот всегда с тобой разговаривает?

Из полураскрытого рюкзака донёсся обиженный голос:

— Во-первых, не «кот», а Аббадон. А во-вторых, это вы, люди, ведёте себя странно. Молчите целыми днями, как рыбы, а вам такая возможность дана — вести беседы, коммуницировать между собой.

— Чего? — не поняла она.