Безумный БигБосс 6 (БР-22) - Кай Ханси

кормят. Им дают возможность помыться в палатках, выдают новую одежду, нижнее белье и постельное белье. После медицинского осмотра они получают ключи от новых квартир, которые к этому моменту уже достаточно чистые для нормальной жизни.

Все это похоже на сказку для жителей трущоб. Они удивлены и обескуражены. Подавляющее большинство не принимало душ уже несколько месяцев. Многие умывались в последний раз более недели назад. Хотя новая жизнь, которую они получили, не идет ни в какое сравнение с тем, как местные жили до пришествия демосов, по сравнению с существованием последних дней, новая жизнь похожа на рай.

Естественно, все это связывают с поднявшимся бунтом, но никто не смеет на данный момент предъявлять новые условия, так как им неизвестно, что стало с ушедшими в центр города бунтовщиками. Те так и не вернулись, и время от времени из района для богатых слышатся звуки стрельбы. Перестрелка ли это или казнь путем расстрела на месте, никто не знает. В таких условиях оставшиеся, которые и так не особо социально активны, не смеют рисковать.

Случайный местный солдат со стены видит постоянную суету внизу. Однако, там нет ни особого шума, ни криков и лозунгов. Лишь изредка можно услышать несколько выстрелов. Это уже не похоже на бунт, а больше — на разбор полетов после его подавления. Во всей этой суете и постоянных перемещений больших и малых групп людей, наблюдатели не замечают, что окраинные дома либо оставлены пустыми, либо в них закрепились земляне. Многочисленные стрелки и снайперы тайно нацеливают оружие на городскую стену.

«Откушенный» тонкий бублик района трущоб, часть круга которого занят с одной стороны военной частью, а с другой — промышленной зоной окружен со всех сторон защитной стеной. И больше половины этой стены все еще находится во власти офицеров, назначенных муниципалитетом. Спуск со стены в районе для военных и промышленной зоне заблокирован повстанцами, либо эта часть стены принадлежит бунтовщикам. Поэтому «легитимные» силы могут только спуститься в других местах и добраться до центра города через трущобы.

Движение нескольких групп вестовых, посланных легитимными офицерами, не избежало взгляда республиканцев. В первых группах, отправленных в центр города, всего по два-три человека. Они могли бы объединиться, создав единый конвой, однако, армейские руководители поставлены на стену не централизованно. Вместо этого, офицеры поодиночке или малыми альянсами сотрудничали с местными олигархами и чиновниками, образовав относительно хаотическую среду среди военных.

Помимо прояснения общей ситуации, отправленные в центр группы должны связаться со своими союзниками и покровителями. И это стоит сделать прежде, чем уточнить дальнейшие действия муниципалитета. Желательно, не предупредив коллег. Беспорядки, образовавшиеся в городе, сулит не только проблемы, но и потенциальные прибыли. Если все грамотно обставить в процессе подавления бунта и при последующем разборе последствий.

Такие маленькие команды не представляют никакой опасности для землян и бесследно исчезают, едва только пересекают середину пути до первой разделительной стены. В основном, в плен попадают тайно отправленные доверенные лица при офицерах. Две немного более крупные группы, идущие по центральным улицам открыто, на виду у всех, республиканцы перехватывают и пленяют на КПП района для рабочих. Посланникам не удается поднять шум. А некоторые из них даже не желают этого, быстро перейдя на сторону «бунтовщиков».

Прождав половину ночи, некоторые офицеры понимают, что на их подчиненных нет никакой надежды. Более того, на стене не так уж много удобств. Смена у многих уже должна была закончиться, и им пора бы отдохнуть. Да, ситуация в городе еще не прояснилась в полной мере, но те, кто уверен в силах местного муниципалитета, наплевав на приказ начальства «оставаться на местах», решают самостоятельно отправиться в центр города. В том числе и для защиты своих активов или ловли рыбки в мутной воде.

Таких немного, большинство все еще решает отсидеться на высокой и крепкой стене. Отщепенцы собирают команду приближенных и тайно спускаются со стены. Не менее тайно они пересекают трущобы. Часть из них перехватывают в темных переулках, другую часть обезоруживают на КПП. Даже после наступления утра, ни один человек, отправленный со стены, так и не вернулся обратно. Что вызывает у оставшихся военных подозрения и опасения. Впрочем, эти опасения невозможно подтвердить ввиду тотального отсутствия связи.

Хотя в трущобах практически отсутствуют полицейские участки, их немало в районе для рабочих — самом крупном по площади районе города. Население этого района, вполне вероятно, лишь немногим выше, чем в трущобах, но живут местные жители в куда менее стесненных условиях. Здесь больше магазинов и развлечений. Чем ближе к центру, тем выше дома. Хотя большинство заселяется в квартиры на нижних этажах для удобства, свободных квартир выше довольно много, и есть выбор более просторных апартаментов.

В отличие от почти бесполезных нищих из трущоб, которые нужны исключительно для того, чтобы создавать конкуренцию за рабочие места, тем самым незримо давя на рабочих, муниципалитет и олигархи больше ценят новоиспеченный «средний класс». С одной стороны, трудоустроенные местные тратят заработанные тяжким трудом гроши на здешние развлечения, состоящие почти исключительно из азартных игр, употребления алкоголя и посещения публичных домов.

С другой — в условиях отсутствия электрических станков и промышленных роботов присвоение прибавочной стоимости от труда рабочих является одним из немногих способов сохранить и приумножить капитал. Охранники и официанты казино, игровых клубов и антикафе, продавцы и кассиры винных магазинов и баров, даже свободные работницы местных борделей — все они проживают в районе для рабочих.

Помимо, естественно, сотрудников промышленной зоны, строителей и муниципальных работников, а также многочисленного обслуживающего персонала богатого района. Пусть и не так много, как у нуворишей и их приближенных, но у жителей района для рабочих водится наличность, что обеспечивает постоянный кругооборот денежных средств, перетекающих из рук в руки.

Да, местное общество деградировало. Однако, там, где есть люди, можно создать и ценность. Раньше утопианцы добывали ресурсы из недр планеты, используя различные машины и оборудование. Сейчас же ресурсы можно добывать на местности. Из металлолома делают оружие, в разных местах города при должном упорстве все еще можно найти пищу или воду, ускользнувшие от внимания предыдущих рейдов мародеров.

Устаревшие автомобили на ДВС также представляют ценность — на таких машинах можно выехать за город и попытаться отыскать склады продовольствия, сырья или топлива, находящиеся в сельской местности. Есть отдельные группы, которые специализируются на охоте на выживших, прячущихся в поселках, лесных хижинах или полевых землянках. Выживших доставляют обратно. Женщин продают в бордели, с мужчинами подписывают кабальные долговые расписки и отправляют работать на стройку или в промышленную зону.