Вечный Рим. Второй свиток. Принцепс - Анатолий Анатольевич Логинов

А сели учесть, что букально через полчаса пошел очередной дождь со снегом, скрывший все возможные следы. То и в погоню отряд всего лишь из двух контуберний не двинулся. Вернувшись к каупоне, они переждали в ней непогоду, заодно обшарив все возможные тайники. Ничего, к общему разочарованию, не нашли. Когда же они вернулись в Рим, всем стало уже не до трех дезертиров — предателей. Так как городу, несмотря на погоду и неудобства зимней дороги, подошел целый легион либурнариев.

Трое же друзей двинулись по дороге на Вольсинии…

Впереди их ждала свобода и даже слава. Не зря три века спустя один литератор из Мизенума, Гней Кассий Лонгин Анатолий написал популярный роман под названием «Три преторианца»*.

* Обязательно напишу такой вбоквел в этом цикле

Иудейская война

Иудейская война

704 г. ab Urbe condita

…верное политическое чутье

настраивало его против евреев.

Мир был римским, в мире царило равновесие

благодаря единой греко-римской системе.

И только евреи мутили,

не желали признавать неоценимое благо

этой мощной, объединяющей народы организации.

Великий торговый путь в Индию,

предназначенный вести… культуру

на самый далекий Восток,

не мог быть открыт,

пока этот надменный, упрямый народ

не будет окончательно растоптан

Л. Фейхтвангер

Марк Красс неторопливо поднялся с кресла, недовольно поморщившись. Все-таки возраст сказывался и даже это простое действие теперь требовало усилий. Боги позаботились о его благополучии, но как видно и они бессильны перед временем. Он сделал несколько шагов по шатру, обойдя стол, заваленный табличками и свитками, лежащими поверх карты. За двойными стенками завывал холодный зимний ветер, но внутри было тепло и уютно. Впрочем, остальные римляне, включая самого последнего обозного, зимовали в не менее комфортных, хотя и не столь роскошных условиях. Красс, приведший на войну свои самые лучшие легионы и Первую преторианскую когорту, позаботился о своих лучших и самых переданных бойцах.

Шестой Победоносный и Девятый Молниеносный, надо признать, еще раз подтвердили свою репутацию, наголову разбив войска иудеев и с минимальными потерями захватив Иерусалим. Сделав это всего лишь за полгода. Хотя и не полностью уничтожив мятежников и не сумев захватить их предводителя Александра, сына Аристобула. К тому же в самом Иерусалиме мятежники пока удерживали центр города — Храм. Так что царство в противниках числилось не слишком большое, но с весьма задиристое и вредное. К тому по его «воспоминаниям из будущего» именно иудейская вера, ставшая основой новой религии привела Рим в упадок. Чего Красс планировал избежать…

Впрочем, эти негодяи успели немало нагадить народу Римскому. В первые дни восстания погибло немало римских граждан, имевших несчастье оказаться на территории Иудеи. Надо признать, погибли не только римляне, убиты или покалечены были также греки, арабы, египтяне и прочие иноземцы. Не трогали только парфян, которые якобы поддерживали независимость Иудеи. На самом деле часть парфянских Великих Родов, недовольных правлением Митридата III, прозванного Филоромеем (любителем римлян), действительно пыталась поднять мятеж и заодно взбунтовать приграничные царства. Но с этим мятежом полководцы Митридата справлялись своими силами. Причем опять отличился Фраат Сохайя, разбивший самый крупный отряд мятежников из рода Сурены. В Осроене и Армении дураков не оказалось, никаких волнений не было. Попытки же поднять волнения в Междуречье Антоний подавил железной рукой в зародыше. И только упрямые иудеи устроили настоящий мятеж и войну. Причем нигде, даже в ожесточенно сражавшейся в гражданско й войне Парфии, никто не трогал купцов, продолжавших как ни в чем не бывало вести свои караваны. И только в Иудейском царстве убивали всех подряд, не разбирая, купец это или нет. Отчего прервался торговый путь на Восток на одном из удобных направлений. Что также не добавило Крассу хорошего настроения, учитывая его вложения в торговые дома…

Красс вернулся к столу, взял один из свитков и, развернув, начал перечитывать. После чего громко выругался и бросил свиток на стол.

«Не зря я его подозревал, изменника и клятвопреступника, — с горечью подумал Марк. — Ни одного сотрудника Тайной Службы в Ордене и Сиротской Сотне — и ни одного предателя. Эх, Капитон… и чего тебе лично не хватало?.. Надо будет дать команду фрументариям и морякам, пусть проверят, кроме всего прочего, причастность Капитона к успешному бегству Александра из римского плена. Что-то мне подсказывает, что обязательно найдутся доказательства…»

Вообще, Александр, сын царя Аристобула, в памяти Красса сохранившийся, как один из мельком упоминавшихся в книге Иосифа Флавия*, на деле оказался не самым плохим полководцем, в общем-то достойным своего имени. Упорный, сумевший организовать солидное войско, причем из новобранцев. Неплохо, кстати его подготовив. В решающей битве у горы Итавирион Крассу удалось победить с большим трудом и немалыми потерями.

* В нашей исторической последовательности

Александр, сын Аристобула

также поднял восстание против Рима.

Разбит префектом Габинием.

По приказу Помпея позднее

обезглавлен в Антиохии.

Описано историком И. Флавием

в 75 году, после

Иудейской войны 66–73 годов

в книге

«История Иудейской войны против римлян»

Александр, поставив в центре восьмитысячный отряд лучших тяжеловооруженных воинов, прикрытых легкой пехотой из иудейского ополчения, спрятал на правом фланге большой отряд арабской конницы. Присланные царем Петры Аретом конники должны были ударить во фланг и тыл увязших в бое с центром римлян. Одновременно с левого фланга в обход пошли бы ополченцы, слабо вооруженные, но многочисленные. Два легиона, с учетом неполной численности когорт и турм ауксилариев, и тысячная Преторианская когорта более чем вдвое уступали по численности войскам иудеев. Выручило римлян только лучшее вооружение и подготовка легионеров, да предусмотрительность Красса. Оставившего в резерве всю легионную конницу, объединив ее в единую вексилляцию с преторианцами. Кроме того, на флангах он поставил за линией ауксиллариев когорты легионеров. А в тылу построившихся войск, дополнительно разместил по полудюжине бомбард, заряженных картечью. До их применения в бою, слава богам, так и не дошло. Красс очень хотел применить их неожиданно и только при штурме Иерусалима, особенно его храмового комплекса, и сильно защищенных крепостей, наподобие Махерона или Масады.

Бой прошел почти так, как задумал Марк. Атака легионов против тяжеловооруженного центра заставила иудеев немного отступить. Но они дрались с упорством фанатиков и довольно умело. Особенно учитывая практическое равенство в вооружении с легионной пехотой. Зато на флангах для восставшие оказались намного слабее, чем представлялось их полководцу. Левый фланг, состоявший из практически незащищенной доспехами ополченческой пехоты, при попытке атаковать сразу понес большие потери от огня баллистариев и ауксилариев-лучников. А подойдя поближе, получил в лицо залп дротиками и плюмбатами, и