В сердцах холодный лед - Ольга Токарева

Днем я занималась со своим ансамблем, а ночи проводила в жарких объятиях Аргаира. Только противозачаточные капли выпивала сразу, а потом мы уже отдавались во власть страсти. Огорчало одно: Арвайский не оставался на ночь, а, насладившись близостью, покидал покои.

А я, вздыхая, некоторое время смотрела на дверь и, обняв подушку, засыпала с грустной улыбкой на губах. Время летело стремительно. Два месяца танцев и легкой свободной жизни пронеслись как один день. Все двигалось к тому, что дня через два на завершающем балу младший наследник семьи Арвайских должен был объявить о своем выборе. И ни у кого уже не было сомнения, что это будет Андрия. Многие девушки, поняв, что стать женой Вильгара им не светит, проявили симпатии к молодым людям и мужчинам, приходящим на бал. Явное недовольство высказывали только две графини — Сианли Куварская и Камисаль Юравская. Приданное и той и другой было практически наравне, и до них никак не доходило. Почему это младший герцог Арвайский приглашает их на танец лишь один раз, а нищую Одиевскую кружит в танце весь вечер?

Но впереди предстоял вечер показа невестами своих музыкальных талантов. Все это должно было происходить в королевском театре. В ложах будет присутствовать королевская чета, родители и приглашенные гости.

Я со своей труппой репетировала две песни. Заодно придумали наряды и световое сопровождение. Волновалась сильно. Решив, что перед смертью не надышишься, сделала перед выступлением всем выходной.

Так привыкла, что весь день расписан чуть ли не по минутам, не знала, чем заняться в замке. Выезжать в город специально не стала. Иначе обязательно нашла бы себе очередное занятие. А перед выступлением требовалось хорошо отдохнуть. Даже Аргаиру запретила приходить ночью.

Страдая от скуки, решила погулять по парку. Не знаю, сколько гуляла, но вскоре так устала, что решила отдохнуть в одной из беседок. Деревянная конструкция, обвитая вся клематисами, больше напоминала цветущий голубой шар. Зайдя в беседку, я присела на уютную скамейку и, закрыв глаза, немного подремала. Выдернула меня из сна удивительная трель. Распахнув ресницы, решила рассмотреть птичку, издающую такое восхитительное пение.

Выйдя из беседки, обогнула ее и стала разглядывать среди листвы деревьев певунью. Времени ушло прилично, когда мне, наконец, удалось рассмотреть совершенно маленькую, серого окраса пичугу. Насладившись еще немного переливами пения птицы, решила пойти в замок, но меня остановили голоса, раздававшиеся из постройки. Оказывается, я так увлеклась, что не услышала, когда кто-то вошел в беседку.

Разговаривали двое. И голос одного из них узнала сразу.

— Вильгар, все ведь понимают, что ты не выберешь графиню Одиевскую. Так зачем столько времени давал ей надежду. Девушку теперь засмеют.

— Савар. Не твое дело, кому я отдаю предпочтение.

— Ты ошибаешься. Андрия мне понравилась с первого взгляда. Но ты не выпускал ее из своих цепких рук. И другим не давал уделить ей внимания и показать свою заинтересованность девушкой.

— Что-то не совсем понимаю твоих упреков. Свадебный сезон созван для меня. И я нахожусь в праве первого выбора невесты. А уж потом вы можете забрать тех, кто не подошел мне по вкусу.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что Камисаль Юравская пришлась тебе по вкусу? С самого начало было понятно, что твой выбор упадет на нее. Она спит и видит себя герцогиней Арвайской.

— Вот здесь ты как раз и не угадал. Дядя разрешил из двух девушек выбрать одну. Я оставил предпочтение Сианли Куварской. У нее хоть личико симпатичное. Не стыдно будет на приемах показаться.

— Выходит, Андрия свободная?

— Нет, ты вновь ошибся. Графиню Андрию Одиевскую Гариар Тармийский разрешил взять мне в фаворитки. И заметь, такое право есть только у герцогов…

Не могла поверить в то, что слышала. Меня словно мешком муки по голове огрели, и я никак не могла прийти в себя. По телу бежали то волны жара, то холода. Уфа и та забеспокоилась. Подняв голову, сверкнула черными опалами глаз. Не слышала, когда нечаянные гости покинули беседку. Все стояла и думала. Как Андрии преподнести услышанную новость? Она ведь, бедняжка, влюблена в Вильгара.

Обойдя беседку, на ватных ногах направилась в сторону замка, обдумывая, как поступить с полученной информацией.

«Я и не подозревала, что у Вильгара настолько окажется гнилая душонка. Маленький мальчик. Захотел конфетку — на тебе, пожалуйста, только не капризничай. И ведь знала, что в этом мире многие пары вступают в брак по договоренности. Но казалось, что младший Арвайский своим вниманием к Андрии показал, кого намерен выбрать в жены.

Одиевские — знатный старинный графский род. Правда, обедневший. Но неужели герцогские дела идут настолько плохо, что им приходится жениться на золотых приисках. Хотя Вильгар выбрал Сианли, а той в приданое отдают верфи. Ее отец владелец заводов, газет, пароходов. Конечно, не уточняла, но то, что он имеет с десяток кораблей, так об этом Сианли визжала, когда жила в нашем доме.

Андрия, Андрия, готова ты или нет принять такой неожиданный поворот на жизненном пути? Как же мне преподнести тебе «радостную» новость? Сегодня прощупаю почву, а завтра, после выступления невест в Королевском театре, выведу подругу на откровенный разговор. Возможно, зря переживаю. И Андрия, зная бедственное положение семьи, согласится на предложение Вильгара».

— Черт и тот едва разберется в отношениях сиятельных лордов, — со злобой высказалась я. Оглядевшись по сторонам, не услышал ли кто, не спеша пошла по песчаной дорожке, вновь возвратившись мысленно к недавним думам.

«Законы Марвайского государства изучала, но в основном те моменты, которые касались работы. Знала, что разводы запрещены. Однако Гариар Тармийский пошел на уступки Лавиру Барванскому. Про фавориток у глав государства знаю только из истории нашего мира. Нужно было хоть у бабушки расспросить о житье-бытие герцогов. Только мне не нужно было. Замуж не собиралась…».

Я остановилась. Мысли сами преподнесли образ Аргаира. Грудь обожгло жаром и пониманием, что все это время не задумывалась о наших отношениях с канцлером. Взгляд устремился вперед, а раздумья никак не хотели отпускать:

«Слишком мало прошло времени. Да и в любви он мне не признавался. Ну а то, что я замираю в ожидании нашей очередной встречи, и сердечко трепещет, как крылья бабочки на ветру, знать никому не обязательно.

Андрию глупышкой называешь, а сама душу приоткрыла и не заметила, как все мысли кружатся вокруг одного-единственного мужчины. Ливия, Ливия, ведь зарекалась не единожды и опять угодила в те же сети. Только кто же