Николай I Завоеватель - Виктор Карлович Старицын

– Ракеты Константинова мне известны. Сделать их в необходимом количестве несложно, – ответил Мейер. – Любой оружейный завод справится. Однако производственные мощности придется наращивать, поскольку ракет потребуются десятки, если не сотни тысяч.

– Для повышения дальности и точности стрельбы гладкоствольных ружей, если уж нельзя быстро произвести нарезные, хорошо бы вместо круглых пуль и ядер ввести в дело пули Минье из свинца. Эти пули имеют цилиндрическую форму с острым носом и конической выемкой в задней поверхности, а также косые наклонные ребра на цилиндрической поверхности, – внес предложение Михаил. – Поскольку свинец – это мягкий металл, пули при выстреле раздуваются пороховыми газами в нижней части и поэтому плотно прилегают к стенкам канала ствола. За счет косой нарезки они слегка подкручиваются даже при прохождении гладкого ствола ружья. Закрутка пуль в сочетании с цилиндрической остроконечной формой даст существенную прибавку к точности и дальности стрельбы.

– С этим делом никаких сложностей я не вижу. Круглые свинцовые пули можно переливать в пули Минье прямо в полках в оружейных мастерских, – ответил Мейер.

– Сначала лучше это делать централизованно, из соображений секретности, – уточнил Михаил. – А непосредственно перед войной можно будет перелить все запасы пуль в частях. Только пулелеек нужной формы заранее наделать.

– По такому же принципу можно делать и снаряды для гладкоствольных пушек, – внес предложение Уваров.

– Поясните, – попросил Михаил.

– Вместо пушечного ядра делаем железный снаряд цилиндрической формы длиной сантиметров тридцать-сорок в виде стакана, с внешним диаметром на десять-пятнадцать миллиметров меньше калибра орудия и толщиной стенок три-четыре миллиметра. В днище стакана сверлим отверстие и вставляем брандтрубку с огнепроводным шнуром. На снаряд надеваем предварительно разогретый свинцовый цилиндр с внешним диаметром, равным калибру орудия, с косыми ребрами, как на пуле Минье. Затем в стакан засыпаем тротил и запрессовываем железную головную часть в виде конуса в стакан снаряда.

При выстреле пороховые газы разопрут свинцовую рубашку. Далее из-за трения свинцовой рубашки о стенки ствола благодаря косым насечкам на рубашке снаряд закрутится. Огнепроводный шнур загорится от вышибного заряда. Особенно хорош такой снаряд будет во флоте. Благодаря стальной конусообразной головке снаряд пробьет деревянный борт и застрянет во внутренних конструкциях корабля. Шнур догорит, снаряд взорвется. Это фугасный вариант снаряда.

Думаю, такой снаряд пролетит минимум раза в полтора дальше, чем круглое ядро из той же пушки. Да и точность значительно возрастет. Если же металлический стакан сделать потолще и нарезать на нем частую сетку, получится осколочный снаряд. Если вместо части тротилового заряда в снаряде разместить горючее вещество (например, солярку), получится зажигательный снаряд. Скорострельность гладкоствольного орудия при стрельбе такими снарядами не изменится.

– Отличная идея! Массовое производство таких снарядов не вызовет трудностей, Август Федорович?

– Ничего сложного я не вижу, кроме необходимости наращивать станочный парк.

– А что у нас со станочным парком?

– Я уже заказал с максимально возможной срочностью поставку из Англии, Франции и Германии целую серию самых лучших на данный момент станков: токарных с суппортами, сверлильных, фрезерных, винторезных и шлифовальных. Все станки для работ по металлу. Кроме того, заказал пять паровых машин для привода станков.

Сейчас я уже начал проектные работы по заводским корпусам в Петрозаводске и Кондопоге. Получив эти станки, мы сможем изготовить на них такие же станки и нарастим производственные мощности до нужного нам размера. Однако для ускорения освоения этих станков нашими мастерами и рабочими было бы крайне полезно нанять мастеров в Европе. Такую заявку я уже передал в императорскую Канцелярию.

В Петрозаводске мы будем размещать машиностроительные производства, а в Кондопоге – химические. С императором и председателем Левашовым мы приняли решение размещать все секретные производства на Онежском озере. Там легче обеспечить секретность, и в то же время это недалеко от Петербурга с его академической научной базой.

И кстати, изготовив необходимое количество винторезных станков, мы сможем в двадцать восьмом году нарезать стволы всем гладкоствольным ружьям, имеющимся в армии. Стрельба пулями Минье из таких ружей позволит увеличить дальность прицельной стрельбы еще раза в два.

– Так это просто отлично! Вот только будем называть эти пули не пулями какого-то Минье, который еще даже не родился, а пулями Мейера. И снаряды тоже. Чтобы вопросов про Минье не возникало. А что еще полезного и быстро реализуемого нам может подсказать наука? – обратился Михаил к Уварову.

– Можно наладить производство воздушных шаров для корректировки артиллерийского и ракетного огня. Можно легко сделать сигнализацию разноцветными ракетами с помощью обычных ружей. Можно еще быстро наладить производство ручных гранат, дымовых шашек, противопехотных мин.

– Отлично, это весьма полезные вещи. Готовьте по этим вопросам императорский указ, разрабатывайте, испытывайте и готовьтесь к производству всего этого. А что скажете про паровой флот?

– Думаю, через год мы сможем начать производство более или менее приличных паровых машин мощностью двести-триста лошадиных сил, – ответил Мейер. – С такими машинами небольшие корабли типа шлюпа или брига водоизмещением порядка пятисот тонн будут давать не менее десяти узлов. А на корвет в тысячу тонн можно будет поставить две таких машины.

С длинноствольными пушками и новыми снарядами с начинкой из тротила такие малые кораблики легко разнесут любой современный флот из линкоров и фрегатов, а сами останутся невредимыми, поскольку всегда смогут занять выгодную позицию для стрельбы.

– Отлично! Через два года нам нужно иметь на Черном море и на Балтике не менее чем по десятку таких кораблей. А лучше – больше. По машинам и кораблям тоже готовьте указы.

Перед отъездом Михаил передал Мейеру и Уварову ориентировочные потребности армии и флота во всех видах новых боеприпасов, которые необходимо будет произвести до начала войны с Турцией.

Глава 18

Крестьянская реформа

Бурное начало нового царствования сменилось еще более бурным продолжением. Сытой, сонной и благополучной жизни чиновного Петербурга пришел конец. При покойном императоре Александре высокие чины Табели о рангах неспешно прибывали в свои присутствия к полудню, хорошо выспавшись после вечерних балов и раутов предшествующего вечера, не спеша и плотно позавтракав, пообщавшись с домашними, раздав указания прислуге. Прибыв на место, не спеша принимали доклады подчиненных, лениво просматривали бумаги, свято чтя главные чиновные принципы: «Бумага должна вылежаться», «Не делай сегодня то, что можно отложить на завтра» и «А что я с этого буду иметь?». Соответственно, все дела в империи вершились неспешно, если вообще не умирали в зародыше.

Однако после подавления мятежа все в славном граде Петра взбесилось, закружилось, завертелось и помчалось кувырком. Сперва частым