Оружие тьмы - Кел Кейд

Она на удивление открытый и радостный человек. Ничто из сказанного ею не вызвало у меня вопросов – в ней нет обмана и коварства. Пожалуй, я могу сказать, что ее главным недостатком является доверчивость и неумение себя защитить. И я способен помочь ей решить эти проблемы.

Помощник плотника смотрел на Резкайна, разинув рот.

– Вы очень быстро поняли характер Фриши, но все еще мало о нас знаете. Судя по вашему виду, вы сможете самостоятельно добраться до Кайбейна быстрее и с меньшими усилиями. Зачем вам брать на себя бремя еще двух людей, даже если мы ваши друзья? – Его последние слова были полны сомнений.

– Вы Тэмарин Блэкуотер, ученик плотника, который хочет стать солдатом. Вы ничего не знаете о войне и не владеете искусством воина. У вас есть лишь кинжал на поясе, хотя вы, скорее всего, не умеете им пользоваться. Вы дали клятву защищать госпожу Фришу, прекрасно понимая, что, скорее всего, погибнете, если вам придется вступить в схватку с врагом. Я не думаю, что вы до конца продумали эту ситуацию. И совершенно уверен, что госпожа Фриша этого не сделала.

Тэм искоса посмотрел на Фришу.

– Я думаю, что она едва ли захочет, чтобы вы рисковали из-за нее жизнью, – продолжал Резкайн. – Вы оба хотите попасть в Кайбейн, и у каждого из вас есть на то причины, ну а приняв решение путешествовать вместе, вы оба дали клятву, не подумав о последствиях. Я нарушу свой долг и Правило 1, если позволю вам продолжать путешествие на таких условиях без моей защиты.

Его новые знакомые смотрели на него, широко раскрыв глаза. Казалось, оба не знали что сказать.

Первым пришел в себя Тэм.

– Ну, ничего себе! Как вы осмеливаетесь говорить, что я не в состоянии ее защитить! – возмущенно спросил он. – Я способен ничуть не хуже, чем любой другой мужчина.

Лицо Тэма покраснело от гнева и смущения, но все трое знали, что это лишь бравада.

Резкайн пристально посмотрел на Тэма.

– Хорошо, давайте выйдем во двор и проведем тренировочный бой на кинжалах, ведь это единственное оружие, которое у вас есть. Если вы сможете меня победить, то больше никогда не увидите. А если верх одержу я, мы вместе отправимся в Кайбейн.

Тэм тут же смолк и заметно побледнел. Он смотрел в холодные голубые глаза, и казалось, еще немного, и он начнет отчаянно дрожать. С трудом сглотнув, он откашлялся.

– Нет, я считаю, что будет лучше, если вы оставите нас одних, – сказал Тэм. – Из того, что вы лучший боец, чем я, еще не следует, что вы можете навязать нам свое присутствие.

– Тэм! – ахнула Фриша.

– Нет, Фриша, я не позволю ему нам угрожать, – ответил Тэм.

Слова Тэма застали Резкайна врасплох. Он не ожидал, что Тэм именно так поймет его слова, и почувствовал, как что-то сжалось у него в груди. Он потянулся к кошельку и достал несколько монет. Положив их на стол, Резкайн встал и поклонился Фрише и Тэму.

– Я приношу свои извинения. У меня и в мыслях не было вас обижать или пугать. Прошу меня простить, если я поставил под сомнение вашу честь. Я лишь хотел предложить защиту только что обретенным друзьям. Мастер Тэм, если вы не сможете отыскать подходящее место для ночлега, я готов освободить свою комнату, чтобы вы могли оставаться рядом с госпожой Фришей. И не тревожьтесь из-за возможных проблем со мной – меня вы больше не увидите.

Резкайн повернулся и, продолжая контролировать все вокруг, направился в свою комнату. Ванну уже унесли, но к его вещам никто не притрагивался. Он еще раз проверил комнату на наличие ловушек и ядов, ничего не нашел и принялся паковать вещи, которые успел достать, решив, что белье заберет потом. Выяснилось, что выполнять Правило 1 совсем непросто. Казалось, защищать и чтить достаточно легко, но только если одно не входит в противоречие с другим. Пытаясь защитить новых друзей, он принес им бесчестье.

Резкайн был сильно недоволен собой. Он нашел друзей лишь немногим больше часа назад, но уже потерпел неудачу. Теперь для того, чтобы их защищать, ему придется незаметно следовать за ними. Ведь он дал обещание… значит, они не должны его увидеть. А как он сможет их охранять, если они сядут на речное судно? Конечно, они узнают, что он находится на борту. Речные суда совсем небольшие. Значит, нужно изменить внешность. Никто из них не видел его скакуна, так что Гордый его не выдаст. Но не станет ли для них бесчестьем, если он их обманет и последует за ними тайно?

Общение с людьми внешнего мира оказалось гораздо сложнее, чем объясняли мастера. Он пытался использовать фразы, которые его заставили выучить, повторял жесты и комплименты, но временами это утомляло и смущало. Когда ему казалось, что он сделал все совершенно правильно, люди бросали на него взгляды крайнего удивления.

С мужчинами у него возникало меньше проблем, пока он не встретил Тэма. Но женщины неизменно выводили из равновесия. Он знал, что совершил тактическую ошибку, познакомившись сначала с Фришей. К тому моменту, когда он встретился с Тэмом, сработали инстинкты защитника, и стало заметно меньше желания выслушивать доводы разума. В противном случае у него было бы больше шансов убедить Тэма в своей искренности.

Закинув сумку на плечо, он подошел к двери и распахнул ее – на пороге стоял Тэм, который собирался постучать. Резкайн выпустил рукоять меча, за которую схватился от неожиданности. Он не мог поверить, что открыл дверь, предварительно не проверив, стоял ли кто-то за ней. Его разум перестал работать четко из-за серии ошибок, он понимал, что должен немедленно взять себя в руки, пока не допустил еще более серьезных промахов.

Он отступил в сторону, позволив Тэму войти.

– Я собрал свои вещи и сообщу хозяину постоялого двора, что ухожу. – Он шагнул к двери, собираясь покинуть комнату, но его остановила рука Тэма, которая легла ему на плечо.

Резкайн с трудом подавил желание вывернуть руку Тэма так, чтобы тот запросил пощады. Вместо этого он спокойно посмотрел на юношу.

– Подождите, пожалуйста, – попросил Тэм.

Резкайн молча смотрел на него, дожидаясь, когда Тэм продолжит.

– Я… сожалею, – сказал Тэм, неловко прижав руки к груди. – Я сказал то, чего говорить не следовало. Я не хотел вас оскорбить и не хочу показаться неблагодарным. – Он тяжело вздохнул, и его плечи опустились. – Вы правы. Я не знаю, что делаю. И оказался в очень неловком положении. Когда я давал клятву, я думал, что это не так уж