Исповедь смертного греха 3 - Макс Вальтер

минут я вывернул в знакомом квартале, где находился мой отель. Однако туда я не пошёл и свернул к ближайшему кафе. Пришло время обеда, да и внешность нужно сменить. Этого пацана в кепке в отеле не знают, туда заселился мелкий торговец Соболев.

* * *

До вечера время пролетело незаметно. Я успел подремать пару часов, а оставшиеся потратил на тренировку. Принял душ, тщательно потёрся мочалкой и специальным гелем, который отшелушивал старые клетки кожи. Работать предстояло не в гостинице, так что оставлять на месте преступления свою ДНК я не собирался. Оделся в чистое бельё и покинул номер.

Через пару кварталов зашёл в торговый центр и прикупил несколько новых вещей, которые закинул в новый рюкзак. С этой поклажей добрался до туалета и заперся в дальней от входа кабинке. Сменил внешность, ещё раз переоделся в чистое, нацепил на голову новую кепку. Вещи, что были на мне, отправились в рюкзак.

Уже будучи в личности пацана, я заглянул в строительный отдел и прикупил две пары перчаток. Вторую просто на всякий случай. Перед выходом ещё раз окинул себя взглядом в зеркале и, убедившись, что всё в порядке, быстрым шагом направился в спальный район Алины.

По пути активировал чат в меш-сети и прочитал сообщение от Сани:

«Выдвинулся на место. Буду примерно через двадцать минут».

Я сверился с временем на визоре, отметив про себя, что сообщение от приятеля прилетело три минуты назад. До спального района мне идти десять минут, так что как раз успею зафиксировать их выход из дома, чтобы уже уверенно работать. Нет, понятно, что Санёк обязательно напишет, что они покинули квартиру, но за время учёбы у меня выработалась привычка всегда держать ситуацию под личным контролем. Так надёжнее.

Замерев в проулке, я тщательно отсканировал двор и окна домов. Учёл и расположение камер. Интерфейс тут же выдал мне полную картину, выделив маркерами все опасные участки. Народу к вечеру поубавилось, а двор начал наполняться запахами еды. Из окна дома, возле которого я занял позицию для наблюдения, несло кислыми щами. И я этому радовался, так как эта вонь чудесно отбивала аппетит. Я специально не стал ужинать, чтобы не отягощать организм. Сделаю дело, тогда и заверну в какую-нибудь забегаловку. Заодно и внешность сменю.

Время тянулось словно резиновое. Разум, настроенный на работу, требовал от тела немедленного действия. Но я терпеливо ждал, когда мой приятель выведет объект из дома. К слову, Санёк уже крутился у подъезда и так же нервно теребил небольшой букет цветов. Ну прям ловелас…

Глядя на него, я не смог сдержать улыбки и даже сделал фото на память. Потом вместе с Мишкой над ним посмеёмся.

С другой стороны, действовал он по всем канонам. Против такого ни одна девушка не устоит. Выглядит шикарно, будто специально для знакомств внешность подбирал. Весёлый, наверняка и на комплименты не скупится, ещё и букет принёс. Если бы не мой план, он бы уже к концу дня с ней простыни мял. Впрочем, как знать… Возможно, после чудесного спасения, заперевшись на складе, Саня покорит не только её душу, но и тело.

Наконец Алина выпорхнула из подъезда. Я даже не сразу её узнал. От той серой мышки, которая спешила на работу, на ходу подкрашивая губы, не осталось и следа. Похоже, сейчас девушка находилась в своей стихии.

На ней был лёгкий сарафан цвета спелой вишни, который держался на тонких бретельках, открывая плечи и ключицы. Ткань мягко облегала фигуру, подчёркивая тонкую талию и крутой изгиб бёдер. Подол заканчивался чуть выше колена, оставляя открытыми длинные, стройные ноги. На загорелой коже искрились капельки какого-то масла или лосьона, который играл под светом фонарей всеми цветами радуги. Да уж, к выходу в свет она подготовилась основательно.

Волосы, которые для работы собирались в небрежный хвост, теперь были распущены и спадали на плечи мягкими волнами. Яркий вечерний макияж: тёмные тени, подводка, делающая глаза больше и выразительнее, и губы, тронутые блеском того же вишнёвого оттенка, что и сарафан. От неё веяло тем самым женским началом, которое заставляет мужчин оборачиваться вслед.

Она улыбнулась Сане, принимая букет. Приятель что-то сказал, и Алина рассмеялась, запрокинув голову. А затем эдаким залихватским движением взяла его под руку. Парочка неспешно двинула по направлению к центру.

Я мысленно присвистнул. Санёк, конечно, тот ещё сердцеед. Такими темпами он её не то что до утра, до самого приезда брата очарует. Да она с него натурально глаз не сводит.

Я выждал, пока они скроются за углом, и пересёк двор. Теперь мой черёд.

Серёга всё так же сидел у подъезда, но сейчас его вид уже не выражал того задора, какой присутствовал у него днём. Похоже, алкоголь успел выветриться, и организм требовал срочной добавки. Не скрывая зависти, он проводил Алину с приятелем пристальным взглядом, но подняться им навстречу не рискнул. Может, девушка никогда ему не подавала, а может, он опасался реакции Сани. Всё-таки выглядел тот не под стать местному району.

— Серый, здорова, братан! — окликнул забулдыгу я. — Мне тут подсказали, что к тебе можно обратиться. Хочешь подзаработать?

— А чё делать-то надо? — Забулдыга мгновенно потерял интерес к парочке, которая, впрочем, уже скрылась за углом.

— Да шкаф передвинуть, — ляпнул я первое, что пришло в голову.

— Э не-ет, — разочарованно протянул он. — Меня сегодня ноги совсем не слушаются. Хотя если вначале похмелишь… — Он многозначительно замолчал, предоставляя мне возможность самому додумать, что будет в этом случае.

— Да не вопрос. У меня там как раз пол-флакона коньяка осталось, — ещё более радостным голосом объявил я.

Всё это время я непрерывно сканировал пространство. Минуту назад на нас из окна второго этажа посмотрела какая-то женщина. Возможно, отреагировала на нашу громкую беседу. Но моего лица она не увидела. Интерфейс быстро сориентировался, дал подсказку, и я быстро скрыл внешность за козырьком кепки. В остальном бо́льшая часть окон подсвечивалась жёлтым. Лишь пару балконов система отметила красным.

Впрочем, задерживаться мы не стали. Серёга, почуяв наживу, уже пританцовывал, рассказывая мне историю о том, какие сорта коньяка он предпочитает. Не забыл добавить, что он не какой-то там алкаш, а истинный ценитель горячительных напитков и в коньяках разбирается покруче любого дегустатора. Он бы и работать на ликёроводочный устроился, но туда просто так с улицы не берут. Везде блат, всюду кумовство. И вообще, сейчас с работой дела обстоят не очень. А так у него чуть не