Песнь Ариадны - Guiltythree

чем горсткой по-настоящему зловещих Великих Существ. Большинство Великих Существ, с которыми он столкнулся, были из Божьей Могилы — они родились и выросли в багровых джунглях уже после конца света и поэтому отличались от истинных ужасов древнего прошлого.

Отличались от существ вроде Плоти Канахта, Огненной Королевы, Меняющего Кожу и других Хранителей Врат, с которыми Суверены сражались в Антарктиде.

Так что, как ни иронично, самыми устрашающими врагами этого Ранга, с которыми столкнулся Санни, были Верховные существа, а не Великие. Это были Астер, Сонг и Вейл.

И теперь Великие Кошмарные Существа более или менее потеряли шанс откусить от него кусок.

Потому что Санни был Верховным Титаном, и такие существа, как Чёрная Черепаха, больше не слишком его беспокоили. Теперь они должны были беспокоиться о нём.

«Почему мне кажется… что мысль о том, чтобы произнести это вслух, только что закрепила тот факт, что мне вскоре придётся действительно беспокоиться о какой-то чёртовой Великой мерзости?»

Он выругался про себя.

Затем Санни почувствовал…

Вкус воды вокруг него изменился. Теперь она отдавала кровью.

Он продвинулся немного дальше и наконец ощутил тень Чёрной Черепахи вдалеке. Он также почувствовал на её панцире Нефис… только всё было совсем иначе, чем в Третьем Кошмаре.

Тогда Даэрон убил Великого Монстра после жестокой битвы, прорвав жуткую рану в его шее и пробравшись внутрь его гигантского тела, чтобы уничтожить огромную мерзость изнутри.

Теперь же…

Чёрной Черепахи больше не было. Вместо этого в тёмной воде дрейфовали два острова кровоточащей плоти — неприступный панцирь колоссального Великого Монстра был пробит и аккуратно рассечён надвое.

Каждая половина убитой мерзости простиралась более чем на пятьсот метров, извергая в Великую Реку потоп крови. Нефис находилась возле головы мёртвого Монстра, сидя на обсидиановом гребне с маленьким пламенем, танцующим на её руке.

«Она в безопасности…»

Высвободив Оболочку Ониксового Змея, Санни принял человеческую форму и тоже взобрался на панцирь Чёрной Черепахи — вернее, того, что когда-то было Чёрной Черепахой.

Он подошёл к Нефис и сел рядом с ней, облегчённо вздохнув.

«Это было довольно напряжённо, не так ли?»

Санни не мог не улыбнуться.

Некоторые сказали бы, что его улыбка неуместна… в конце концов, он застрял в гробнице, стоящей посреди Ада, сидя верхом на кровоточащем трупе мёртвого монстра, окружённый бескрайней тьмой… с миллионами Великих Кошмарных Существ, покоящихся на каменных стенах где-то над его головой.

На пути к битве с Проклятым Ужасом.

Но что Санни мог поделать? Он был просто слишком рад найти Нефис. Увидеть её было достаточной причиной для улыбки.

Он чувствовал покой.

Нефис повернулась, чтобы посмотреть на него, слабое белое пламя отражалось в её глазах. В них не было эмоций, только намёк на узнавание — битва, должно быть, истощила её, и пройдёт некоторое время, прежде чем её человечность вернётся.

Она медленно кивнула.

«Довольно напряжённо, да».

Нефис выдавила слабую улыбку, затем огляделась вокруг.

«Некоторые вещи изменились. Некоторые, кажется, никогда не меняются».

Опустив взгляд, она легонько топнула по обсидиановой поверхности панциря Чёрной Черепахи.

«В начале Кошмара я тоже оказалась на этом Великом Монстре. По сути… кажется, я помню, что провела здесь много времени. Правда, тогда мерзость была целой — по крайней мере, мне так кажется. Мои воспоминания о тех днях смутны. Однако я точно помню, что мне было комфортнее».

Чёрная Черепаха была рассечена пополам, и половинки уже не так хорошо держались на плаву, как целый Великий Монстр. Так что та, на которой они сидели, накренилась, медленно погружаясь в неподвижную воду. Санни несколько мгновений молчал, уязвлённый тем, что она не помнит, что это были они вдвоём, а не она одна, кто проводил время на панцире Чёрной Черепахи.

Санни и Нефис… всегда тянуло друг к другу. Но у жизни были другие планы, поэтому это влечение долгое время оставалось запечатанным глубоко в их сердцах. Они чаще были порознь, чем вместе, а когда оказывались рядом, всегда существовала либо непосредственная, либо надвигающаяся смертельная опасность, мешавшая им исследовать и выражать свои взаимные чувства.

Как ни странно, Санни казалось, что именно дни, проведённые ими на трупе Черной Черепахи, стали началом всего… возможно, потому что это был первый момент покоя, который они нашли вместе в бесконечном море бедствий. Именно здесь они робко позволили себе узнать свои чувства, даже если не были готовы признаться в этом — даже самим себе.

Поэтому, даже если он уже привык к этому, знание того, что она ничего из этого не помнит — пока что — внезапно показалось невыносимым.

«Он предупреждал тебя, Безумный Принц… быть осторожнее с нашими желаниями».

В конце концов Санни подавил неожиданный приступ горечи и отвёл взгляд, усмехнувшись.

«Ну, тогда не надо было разрубать её пополам. Рассечь огромного Великого Монстра надвое одним ударом, да? Хвастунья».

Нефис бросила на него странный взгляд.

Санни приподнял бровь.

«Что?»

Она помедлила мгновение, затем сказала ровным тоном:

«Почему ты думаешь, что это была я?»

Нефис покачала головой.

«Это не я. Чёрная Черепаха уже была мертва, когда я приземлилась — так что я понятия не имею, что убило её. Или что могло рассечь её пополам…»

Глава 2922

Санни потратил некоторое время, изучая рассечённые половинки Чёрной Черепахи. Мрачное выражение медленно проступало на его лице.

«Мне это не нравится».

Не было ничего странного в том, что кто-то — или что-то — убил Великого Монстра. В конце концов, Чёрная Черепаха погибла и в Кошмаре. Даже если она была колоссальной и тяжелобронированной, сильнее, чем большинство мерзостей этого Ранга, Санни не удивился бы даже тому, что нечто разорвало гигантское существо на части.

Проблема, однако, заключалась в том, что Чёрную Черепаху не разорвали на части — её рассекли надвое. Разрез был настолько чистым и ровным, что казался почти безупречным. Непробиваемый обсидиановый панцирь был разрезан, как бумага, и даже тяжёлые пластины серебряных доспехов, украшавшие её, не смогли остановить рассекающий клинок.

«Что за существо могло разрубить Чёрную Черепаху надвое?»

Даже Даэрон не смог пробить её обсидиановый панцирь.

Санни нахмурился.

В конце концов, не сумев обнаружить никаких улик, он вернулся к Нефис.

«Полагаю, Гробница Ариэля всё же не пуста».

Она кивнула.

«Вполне логично».

Нефис замолчала на несколько мгновений, а затем спросила равнодушным тоном:

«Этот Проклятый Ужас, которого нам предстоит убить… Мерзкая Птица-Воровка. Что ты о ней знаешь?»

Санни выдавил горькую улыбку.

«На самом деле, не так уж много. Она существует с начала времён… или, возможно, даже до этого.