Песнь Ариадны - Guiltythree

Оставляя думать, что она несла их в одиночку всё это время.

Его взгляд устремился вниз по течению — туда, где где-то далеко во мгле скрывалось Устье.

«…Как ты думаешь, что уничтожило город?»

Нефис долго молчала, затем сказала ровным тоном:

«Способов узнать нет. Однако… я заметила кое-что странное».

Санни посмотрел на неё.

«Что именно?»

Изучая руины Плетения с лёгким нахмуренным взглядом, Нефис указала на измельчённые трупы бесчисленных мерзостей, дрейфовавших в неподвижной воде.

«Это всё мёртвые Кошмарные Существа…»

Она сделала паузу, а затем спросила:

«Но где же люди?»

Санни нахмурился.

Нефис продолжила своим обычным спокойным тоном:

«Где трупы людей, сражавшихся с этими мерзостями? С того момента, как мы приблизились к Плетению, и до сих пор я не видела в воде ни одного мёртвого человека. Так куда же делись все тела?»

Санни вздрогнул.

Ему это совсем не нравилось. Услышав о пропавших трупах, он не мог не думать о веренице ужасающих кошмаров. Ужас ЛО49 — который когда-то был Сумраком, Сивиллой Падшей Благодати — Похититель Душ, Меняющий Кожу…

Он некоторое время молчал, а затем тихо произнёс:

«Возможно, они исчезли, как исчезла та жрица, о которой ты говорила. Возможно, руины Плетения уплыли слишком далеко вниз по течению, и все они исчезли».

Нефис нахмурилась.

«Но сейчас нет течения. Великая Река больше не течёт».

Санни вздохнул.

«Тогда я не знаю».

Она ещё раз взглянула на унылые, разрушенные руины Плетения, а затем отвернулась.

«Здесь нам нечего искать. Давай уйдём… попробуем найти Падшую Благодать. Возможно, там мы найдём ответ».

Санни кивнул.

В то же время он опустил свою гигантскую голову к воде и двинулся своим огромным телом, рассекая неподвижную воду.

Они покинули руины Плетения так же, как и нашли их — пустыми и унылыми.

Солнца исчезли, и Великая Река застыла. Единственным, с чем они здесь столкнулись, были смерть и разрушения, и ничто не нарушало безграничную тишину, кроме звука их собственных голосов. Уплывая от Плетения, Санни не мог не чувствовать, что оказался в месте, которого ни один смертный никогда не должен был видеть.

Что он вошёл в мёртвый мир… застывший фрагмент разрушенного мира, оставшийся неподвижным и неизменным после конца времён. Как тёмное изображение на киноплёнке, оставленной пылиться в катушке, которому никогда не суждено увидеть свет проектора и ожить вновь.

И как только эта мысль пришла ему в голову, он не мог не подумать о другом…

Будет ли однажды весь мир выглядеть так, если они не смогут остановить Кошмар?

Санни стиснул зубы.

«Тогда нам лучше не провалиться».

В последнее время он довольно часто повторял себе это.

Глава 2924

Огромный ониксовый змей плыл по бескрайнему штилю неподвижной воды, окружённый безграничной тьмой. Тяжёлый саван тьмы нарушался лишь сияющим белым светом, который струился из руки женщины, отдыхавшей между рогов змея и смотревшей вперёд с бесстрастным выражением лица.

Её чистое сияние отражалось на ряби воды, и казалось, будто они путешествуют по пути из умирающих звёзд.

Санни распростёр своё ощущение теней далеко вокруг, надеясь — и опасаясь — найти что-то живое в тихом, мёртвом мире Гробницы Ариэля. Однако в тёмной пустоте вокруг них не было никакого движения. Ни тепла, ни звука… только тьма, неподвижность и пугающий холод.

Чем больше времени проходило, тем более настороженным он себя чувствовал.

«Вскоре должно что-нибудь случиться».

На Великой Реке существовало множество опасностей — или, по крайней мере, так было раньше. Одной из самых смертоносных были штормы времени, которые бродили по её бескрайним просторам, неся с собой фрагменты далёкого прошлого. Именно там Санни однажды увидел отражение Незера, Демона Предназначения — и едва выжил после бледного эха его гибельного убийственного намерения.

Воды ниже по течению от Устья были особенно богаты штормами времени, поэтому Санни вскоре ожидал встретить один из них. По крайней мере, так это случилось в Кошмаре… именно тогда они потеряли Ананке.

Но как бы далеко он ни плыл, не было никаких признаков приближающегося шторма. Великая Река оставалась неподвижной и тихой.

Казалось, штормы времени были усмирены, как и её вечное течение.

На голове ониксового змея Нефис вздохнула.

«Мы уже должны быть рядом с Разрушителем Цепей».

Санни изменил направление, закручиваясь спиралью по бескрайней глади тёмной воды. Вскоре он услышал звук, казавшийся чуждым в могильной тишине Гробницы Ариэля…

Это был звук шелестящих листьев, принесённый ветром издалека.

Санни последовал за ветром к его источнику, и вскоре он ощутил тень Разрушителя Цепей, покоящуюся на тёмной воде. Потрёпанный корабль безвольно дрейфовал в огромной тьме. Безобразные следы ожогов и ужасные шрамы усеивали его деревянный корпус. Палуба была расщеплена и покрыта копотью, с глубокими бороздами, врезавшимися в её поверхность. Перила были разбиты и сломаны во многих местах, могучие пушки лежали разрушенные и уничтоженные.

Несколько гигантских дыр были пробиты сквозь палубу, открывая взору опустошённые внутренности древнего судна.

Разрушитель Цепей выглядел как корабль-призрак, покинутый своей командой.

Санни остановился, глядя на потрёпанный корабль, когда жуткое чувство дежавю овладело его разумом.

Именно в таком состоянии они нашли его в Кошмаре.

Он помнил, как думал, что Разрушитель Цепей выглядит так, будто сбежал из глубин ада после долгой и ужасающей битвы. Масштаб разрушений, следы, оставленные на его древнем корпусе какими-то неизвестными и ужасающими существами… всего этого было достаточно, чтобы заставить ту молодую, неопытную версию Санни содрогнуться.

Кто же знал, что он был не так далёк от истины?

Тихо усмехнувшись, Санни поднял свою колоссальную голову над водой и опустил её на разбитую палубу Разрушителя Цепей.

«Пошли».

Летающий корабль действительно сбежал из глубин ада… из Ада Ариэля. Битва, которую они вели, чтобы достичь тех глубин, действительно была долгой и ужасающей — куда более ужасающей, чем мог когда-либо вообразить молодой Санни, даже пережив Антарктиду.

Просто эту ужасающую битву вёл сам Санни, оставляя за собой след разрушения на пути к Гробнице Ариэля.

Жизнь забавно устроена — когда-то он был неспособен даже вообразить такую силу, а теперь он был существом, владеющим ею.

Однако самым забавным был тот факт, что огромной и ужасающей силы, которую он не мог вообразить… было недостаточно для достижения его целей.

Её было прискорбно недостаточно.

Вершина того, что молодой Санни мог вообразить, была лишь абсолютным минимумом, который нынешний Санни мог принять.

«Раньше я был таким дураком…»

С другой стороны, он, вероятно, всё ещё был дураком. Кто знает? Возможно, однажды в будущем более старая и мудрая версия его