Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

ему настолько эта душа. Я ее забираю и помещу в тело одного из людей соседней реальности. Выберу мир, где магия в порядке вещей, и — вуаля! И волки сыты, и овцы целы, и пастуху вечная память. Так что пусть набирает силы, прокачивается, а потом, если захотите, можете его забрать. Только в следующий раз не облажайтесь, второй раз с Кощеем этот номер не пройдет. Ну так что?

Сварог молча поднял с игрового стола голубую искру и вручил ее Локи.

— Ну вот и хорошо, — удовлетворенно сказал бог обмана. — Адью, мон дью!

И через мгновение он исчез.

— Ты думаешь, он не обманет? — спросил Сварог.

— А кто его знает? Он же бог обмана, и к тому же большой шутник. Ладно об этом, поиграли и хватит. У нас у самих еще очень много дел.

— Это точно. Ну что, поехали…

Глава 1

Сознание вернулось рывком. Причем еще каким! Я увидел перед собой радиаторную решетку автомобиля, причем в каком-то полуметре от меня. Тело само ушло в ускорение, сделало кульбит, подлетев на пару метров от земли и больно приземлилось пятой точкой на мостовую.

Раздался визг тормозов, и впритирку к ногам пронесся борт фордовского грузовичка мистера Пиклза.

— Ты цел, Томми? — обеспокоенный мистер Пиклз вылетел из двери пикапа и подбежал ко мне.

— Цел, — прошипел я, потирая отшибленную задницу.

— Давай я тебя в больницу отвезу, или вызову 911, - он протянул руку, помогая мне встать.

— Не надо. Все нормально. Я лучше пройдусь, воздухом подышу.

— Точно?

— Да точно, точно.

— Ну смотри, — мистер Пиклз медленно пошел к пикапу, сел в него и уехал.

Да, не такой представлял я себе Навь. Навь? Да никакая это не Навь, а самая что ни на есть настоящая Явь! Вот это попал! Впрочем, все лучше, чем в Кощном Царстве томиться веки вечные, дожидаясь следующего перерождения. Похоже, кто-то меня засунул сюда… А вот куда?

Плюхнувшись на обшарпанную лавочку, я попытался разобраться в себе. Меня впихнули в тело какого-то Томми…

Томас Хоуп, четырнадцати лет, учащийся восьмого класса школы Скайфоллз.

Оба! Так я попал в тело американского школоло! Ну что еще в моей — теперь моей памяти, сознание носителя отсутствует и сейчас я полностью подчиняю его тело себе? А нет никакого сознания, того, то называют бессмертной душой. Память-то осталась, это комплекс сложных химических и биоэлектрических реакций мозга, а вот программа поведения — нет.

Ну, так и знал, сказал я себе, покопавшись в памяти сосуда. Обычный старшеклассник, любящий кока-колу, шкоды и валяние дурака. Уже неплохо. Что еще? Магически одарен слабо… Стоп! Что значит «магически одарен»???

В этом мире есть магия! И разная. От черной до белой. Видимо это как-то связано с изменением физических констант, особо Томми в это не вникал, да и я, в свою бытность самим собой тоже. Магия? Неплохо. Вот теперь я смогу развить свои способности, которых у меня было явно больше чем у Томми. А еще что есть? Магические существа? Да тут целые кланы разных паранормов, от ведьм до вампиров и оборотней, да и прочей нечисти в ассортименте тоже хватает. А где тут мое место в пищевой цепи?

Да нигде. Слабая магическая одаренность — это крест, большой и черный. На всем. Особенно для школьника из захолустного городишки где-то на Диком Западе. «Айдахо» — подсказала мне память Томми. Ну точно, попал прямо пальцем в небо. Так, со слабой магической одаренностью можно конечно попробовать поступить в колледж, но кому ты там нахрен нужен? Бабок у тебя нет, в спорте ты не силен настолько, чтобы рассчитывать на стипендию, ну и маг никакой? Так что, так и осядешь в своем полудохлом городишке, со временем превратившись в Джо Сикс-пака. Горбатясь на грошовой работе, а вечерами пялясь в зомбоящик и приходуя свой тот самый сикс-пак, отмахиваясь от надоевшей жены и парочки звиздюков, которые тебя ни в хрен не ставят, показывая за спиной «фак». Потому что вон у Кэти папа маг природы, и получает от окрестных фермеров хорошие бабки за свои заклинания, а ты автомеханик или хуже того, продавец в местном «севен-элевен».

Такая перспектива мне явно не улыбалась. Не хочу я прозябать в этом сраном городишке, так похожем на «Южный Парк» из мультика. Надо что-то делать. А что делать-то? Учиться, учиться и еще раз учиться. Хотя пресловутая американская мечта на самом деле от этого и не зависит, как бы не вешали лапшу на уши наши (теперь уже не наши) либералы. Вот черт, закинуло меня! Не могли закинуть в… Российскую Империю, подсказала мне память? Я чуть с лавочки не свалился. Надо быстро будет ознакомиться с положением дел, но похоже здесь САСШ (не США!) — не самая главная в мире держава, а так, больше региональная, уступающая Российской Империи. Я чуть не застонал — ну за что? Там хоть русские живут, а здесь, с таким менталитетом… Зря я двадцать минут назад отказался от больницы. Симулировать сотрясение мозга — да за нефиг делать, и ничто не покажет этого, никакие катэ и эмэртэ, если конечно речь не идет о чээмтэ. А так — сбила машина, сотрясение мозгов, потерял сознание, потом случайно потерял часть памяти и изменилось поведение, появилась гениальность… Для школьника, конечно. Институтский курс-то помню почти весь, освежить память — и вперед. Стоп! Еще и магия. Что бы такого утворить?

Я покопался в памяти Тома. Что ему не удавалось? Да практически ничего. Телекинез — не больше коробка спичек, файрбол — как огонек у зажигалки, молния — только тараканов жарить… Не говоря уж о сложных заклинаниях, вроде призыва или защиты от духов. Так, ходил на занятия по магии, отсиживал нужные часы, чтобы потом получить свою «D» в семестре и уйти с миром — а больше и не надо, «F» со слабыми магическими способностями не ставили ввиду бесполезности дальнейшего развития. Причем предмет «Магия» существовал отдельно, сам по себе, не то что, например, «Наука», включающий в себя химию, физику и биологию разом.

Мимо проехал Вилли Фостер на своем рыдване. Редкое, надо сказать, чмо. Владелец магазина скобяных изделий, который в мою бытность Томми меня на редкость невзлюбил. За что — не помню конкретно, память еще полностью не адаптировалась. Вот на тебе и попробуем. Я выбросил эктоплазму, и попал точно в зеркало пикапа. Бдзынь, точнее фыхх! Зеркало просто взорвалось стеклянным облаком, будь у него приспущено окно, без глаз бы