"Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Иванович Ефимов

пошел первым, продолжая осматриваться. Низкие синеватые тучи клубились над головой, свет заметно потускнел и окружающий пейзаж уже таял в сумерках, которые не прорезало ни одного огня. То и дело доносился глухой гром. Ветер стал сильным, холодным и влажным, жесткий бурьян резко и неприятно шумел, и его кожу покрыл непроизвольный озноб. Он невольно поёжился и обхватил руками плечи – но даже на миг не замедлил шага.

Перед ними протянулась изогнутая цепь девятиэтажных, высотой метров тридцать пять, башен, когда-то набитых скорострельными пушками и пулеметами – квадратных, с полукруглыми капонирами, выступавшими спереди и сзади, – они были сварены из толстенных броневых плит. Лэйми не стал подходить к ним, повернув налево, к форту. Справа, за башнями и заросшими бурьяном полями бетонных пирамид, торчавших из непролазной паутины колючей проволоки, был канал шириной метров в тридцать. За ним, несколько в отдалении, серела бетонная стена внешнего вала. Над ней мрачно блестели глянцево-черные массивы идемитных блоков и призрачно-тускло мерцали силовые поля.

Лэйми поёжился при мысли, что место, в которое он вел друзей, считалось в Пауломе столь опасным. Даже тыл пояса укреплений явно не рекомендовалось посещать – но другой дороги он не знал. К тому же, они по-прежнему шли по едва заметной, но всё же различимой тропе. Люди, несомненно, бывали и здесь – но он не хотел бы встретиться с ними...

Подойдя ближе, он увидел, что форт состоит из восьми огромных зданий высотой метров в пятьдесят. Внешняя их сторона была глухой, скругленно-волнистой, внутренняя скрывалась за заходившими с боков массивными стенами. Её прорезали косые треугольные углубления с широкими амбразурами орудийных казематов, по три на каждом из девяти этажей – каждый блок из двадцати семи орудий простреливал свой сегмент периметра, расположенный по касательной к окружности форта. Бетон стен был странно темный, словно оплавленный, амбразуры зияли чернотой – форт давно забросили, но это не ослабляло ощущения исходившей от него угрозы. Как сказал Наури, всего полвека назад тут стояло 216 четырехдюймовых орудий. Их обслуживало три с половиной тысячи солдат – и никакой враг не смог бы даже подойти к этому месту без помощи двадцатидюймовых гаубиц. Даже сейчас под прицелом многочисленных амбразур Лэйми стало, мягко говоря, неуютно.

Они подошли к пропасти крепостного рва – он был шириной метров в пятнадцать, а его дно терялось в темноте. Заросшая бурьяном земля тут сменялась полосой неровного бетона, такого же темного, как и на башнях – шириной метра в три, и Лэйми не сразу понял, что стоит на верхнем срезе толстенной стены. Через ров был переброшен ржавый, но по-прежнему надежный мост – массивная стальная ферма с потемневшим от времени дощатым настилом. Она упиралась в квадратные ворота из толстых стальных прутьев, наполовину открытые.

Не без опаски Лэйми ступил на настил, но толстенные доски оказались неожиданно крепкими. На середине моста он взглянул вниз. Дно рва было метрах в двадцати, причем, не плоское – между уходившими в непроглядный мрак колодцами выступали поперечные гребни. Оттуда тянуло влажным холодом и запахом мокрого бетона, и его плечи свела необъяснимая дрожь. Эта бездна рядом с полным воды каналом необъяснимо пугала – словно всё, падавшее в неё, проваливалось в никуда без остатка.

Вновь ступив на неровную, заросшую бурьяном землю, они обошли один из орудийных блоков и Лэйми увидел сердцевину форта – литую бетонную площадку. На всех восьми её углах вздымались стальные колонны толщиной метра в три и высотой в двадцать, и между монолитными плитами венчавших их огромных многогранников мерцало мутное, темно-лиловое пламя.

Когда они остановились между ними, Лэйми услышал исходивший сверху, словно из ниоткуда, слабый, равномерный гул. Казалось, где-то далеко шло множество поездов, – и, подняв голову, он увидел облако дрожавшего, как от жары, воздуха. Иногда в нем проскальзывали смутные, словно миражи, образы, и тут же исчезали.

Он облегченно вздохнул, узнав Ворота Реальностей, – давным-давно заброшенные, но их механизм всё ещё отчасти действовал. Вообще-то Ворота были довольно устойчивы, – их создавали исполинские идемитные блоки, уложенные под землю ещё Древними, основателями Империи Джангра и множества других подобных империй. Но окончательно открыть их могли лишь дополнительные надземные генераторы – и то, лишь иногда и ненадолго, в зависимости от времени суток, года и солнечной активности. Иногда Ворота открывались лишь на несколько минут на рассвете, причем, только летом, и порой – раз в десять или одиннадцать лет. Проход через них был безопасен, и здесь в них не видели ничего необычного. Самые неприхотливые из них использовались, остальные оставались без внимания. Но...

– Они открываются? – удивленно спросил Охэйо.

Лэйми мотнул головой.

– Нет. Это просто фоновый шум, не больше.

Снова раздался раскат грома, – сильнее и ближе. Он поднял голову, глядя на низко ползущие тучи. За ними то и дело вспыхивали молнии. Мир заливал сине-розоватый свет, и почти сразу накатывался долгий замирающий гром.

– Наверное, нам нужно... – начал Охэйо.

Молния, расколов небосклон, ударила в одну из генераторных башен, перескочила на соседнюю, заметалась, накрывая площадь куполом ослепительных зигзагов. Смутное облако Ворот вдруг уплотнилось, обрушилось на них…

И эта Реальность исчезла.

6.

Мир вокруг закружился, земля под ногами пропала, и Лэйми словно полетел куда-то. В тот же миг всё прекратилось, но пейзаж изменился совершенно: от форта не осталось и следа, он стоял на обочине пыльного шоссе, недалеко от Башни Молчания. Мир вокруг был подернут жидким, дрожащим маревом, – совмещение оказалось лишь частичным. Мутно-багровое солнце висело низко на западе, воздух был сухой, жаркий и пыльный. Вокруг был тот же заброшенный пустырь, но окружавшие его далекие жилые дома не были знакомы ему и Лэйми решил, что попал в будущее – лет на десять. Его тревожило необъяснимое безлюдье – машин тоже не было – и он поначалу обрадовался, увидев идущего вдали мальчика. Сперва его внимание привлекла его рубашка, ослепительно блестевшая, как ртуть, – и лишь потом он заметил в форме головы ребенка нечто странное. Его охватил внезапный чудовищный ужас – так и оставшийся необъяснимым, потому что мир вокруг вновь расплылся, и его понесло...

7.

В этот раз первым его ощущением стал холод – солнце уже зашло и над морозным горизонтом висело туманное марево заката. Мир вокруг был синим, засыпанным снегом. Очертания местности остались почти прежними, но на западе стояли закругленные сверху здания, похожие на огромные пистолетные пули. Темно-синие против света, они были связаны горизонтальными трубами и прорезаны ярко-синими полосками освещенных окон.