Обратный отсчет - Токацин

протаскивал очередную гроздь валунов по стволу шахты. Когда Гедимин подошёл, голова гигантского змея показалась над поверхностью. Текк’т выметнулся на пять метров вверх, рывком выдернул пучок верёвок, стряхнул камни, и не успели ещё раскатившиеся обломки остановиться, как он нырнул в скалу.

«Верёвки новые,» — довольно хмыкнул Гедимин, глядя на истрёпанный и пожелтевший пучок старых тросов, брошенный у холма. «Хассинельг зря хвостом не щёлкал. Хоть от кого-то есть польза… А где, кстати, наблюдатели с моим сканером? И что с запасами текто…»

Штабеля тектоновых заготовок за полдня выросли ровно на одну лепёшку. Рядом валялся шар, скатанный из гравия; утрамбовать его не успели — это Гедимин видел и без сканера. Ни одного Текк’та на поверхности не было.

— Мать моя колба… — прошептал Гедимин, разворачиваясь к шатрам. «Пойду искать Хассинельга. Может, кочевники напали? Крови не видно…»

— Дим-мин! — донёсся из-за шатров чей-то смущённый голос. На площадку, оглядываясь, выбрался один из филков. Следом вынырнул второй. Их комбинезоны были целы; один сармат держал двумя руками сканер — тоже без видимых повреждений. Не успели филки сделать и пяти шагов, как воздух рядом с ними сгустился, и на площадку шагнул Хассинельг.

— Дим-мин, мы тут… в общем, запороли работы, — уткнувшись взглядом в гравий, пробубнил «недомерок» и сунул Гедимину в руки сканер. Сармат механическим движением прикрепил прибор к запястью. Слова как-то не находились.

— Я не смог ничем помочь, — подал голос Хассинельг. — Текк’ты — очень упрямые. Если они что-то надумали…

— Почему они ушли? — глухо спросил Гедимин. «Знал же, что так всё и будет. Грёбаные недомерки!»

Филки переглянулись.

— Не знаю, — пожал плечами тот, кто принёс сканер. — На ровном месте. Они сделали по одной плите, потом стали тыкаться в насыпь и лязгать. Хассинельг сказал — они заспорили, как удобнее брать камень. Насыпать в одном месте горку повыше или таскать понемногу.

— Кириг велел им насыпать горку, — угрюмо сказал второй филк, разглядывая гравий. — Хассинельг перевёл. И тут они всё побросали и как загудели…

Гедимин, мигнув, перевёл озадаченный взгляд на стража. Тот щёлкнул хвостовой клешнёй.

— Глупость и упрямство, — но их попробуй переспорить… Текк’ты сказали, что эти сарматы, Кириг и Бласко, — не Равные Куэннам, и нечего им распоряжаться. Что они будут слушать только указания Равного. Потом было много ругани…

— Немного, — буркнул Кириг, на мгновение подняв взгляд на Гедимина. — Я только и сказал, что…

Сармат стиснул зубы. Видимо, что-то мелькнуло в его глазах, — филк прикусил язык и попятился, а страж, выставив перед собой посох, шагнул вперёд.

— Если Текк’т хочет уползти, его сам Нерг не остановит. Твои подмастерья сделали, что могли. Не знаю, что за ерунда в голове у нергонов…

Страж отвёл взгляд. Гедимин угрюмо сощурился. «Всё ты знаешь. Это ваша общая ерунда. Значит, я равен Куэннам, а филки не равны. Говорил же — дайте им тяжёлую броню! Видимо, она похожа на Куэннскую, вот аборигенам и мерещится не пойми что…»

— Досадно, — с трудом проговорил Гедимин, глядя на экран сканера. Текк’ты-«бурильщики», похоже, не заметили спора на поверхности — группа спокойно работала, постепенно расширяя полость главного корпуса. «Ну, хоть эти не уползли. Досадно. Ещё одни сутки комете под хвост.»

…Вепуат задремал. Гедимин бесшумно пролез мимо него, забрал дроны и вышел на открытое место. Пульт остался у Вепуата, но сармату он был и не нужен. Через пару минут, отправив аппараты кружить над холмом, он снова вышел к обрыву. Хассинельг стоял там, опустив навершие посоха к земле, и следил за цветными бликами на жёлтом камне. Они дрожали, постепенно меняя форму и цвет.

— Тут главное — твёрдая рука, — сказал страж, когда сармат остановился рядом с ним. — Пятна не должны ползать. Помогает успокоиться.

Гедимин неопределённо хмыкнул. «Живые бетономешалки, живые голопроекторы… Видимо, от нехватки технологий приходится делать всякие агрегаты из существ. Может, если филки походят по Равнине без скафандров, тоже мутируют во что-нибудь полезное?»

Шахта загудела, и Хассинельг, погасив блики, схватился за посох. Через несколько секунд наружу высунулись трое Текк’тов. Гедимин увидел, как взгляды серебристых глаз сходятся на нём — а потом существа рывком поднимаются из скалы и склоняются над обрывом. Низкочастотный гул с силой надавил на височные кости.

— Они говорят, что закончили второй заход и будут есть, — перевёл Хассинельг. — И что они рады, что Равный Куэннам вернулся. Под землёй они сразу почувствовали твой взгляд. Они вернутся к ночи.

Гедимин кивнул и поднял руку в прощальном жесте. Существа нырнули в обрывистый склон, и холм содрогнулся. Хассинельг, с силой вбив посох в гравий, что-то прогудел на языке Текк’тов и вытер лапой длинную морду.

— Никогда не поощряй их так делать, — недовольно сказал он. — Текк’ты всегда забывают, какие они огромные.

Гедимин мигнул. Он ещё не переварил сказанное Текк’тами — сейчас ему было не до подземных толчков и их причин. «Для них что, есть разница, кто маячит у обрыва? Почувствовали взгляд — это они о чём? О сканере?» — он покосился на прибор. «Ну да, возможно… Так. А филки что, не направляли сканер на шахту? Как они тогда собирались контроли… Hasu! Понабрали недомерков…»

Он оглянулся на Текк’тов, уже сгрудившихся у полевой кухни, тяжело вздохнул и двинулся к лаборатории. «Займусь трубами и поршнями. Надо проверить новые термоизоляторы.»

…В отсеке было непривычно тихо и пусто. Пока Гедимин возился с литейной станцией, готовил опоки для новых отливок и собирал агрегат из труб, заклёпок и вентилей, он то и дело, забывшись, оглядывался на стол Вепуата. Никто его не занял — пятеро филков забились в отсек Айзека и как-то там уместились; Гедимин надеялся, что им не доверили ничего важного.

«Сойдёт,» — решил сармат, в очередной раз придирчиво осмотрев установку, закреплённую на штативе. «Если всё работает правильно, вода стекает сюда,» — он подставил под патрубок кювету. «Потом приделаю резервуар.»

Гедимин придвинул плоский контейнер и достал первое дно. Оно было тяжелее, чем металлические обечайки, — кроме кованого металла, в нём была термоизолирующая прокладка сантиметровой толщины. Ещё десять минут — и установка была готова; сварные швы, пролитые «жидкой молнией», остывали быстро. Гедимин не торопился — смотрел на темнеющий металл, на открытые вентили и думал, куда вставить фильтры и через что фильтровать. «Насколько всё-таки проще, когда ничего не сочиняешь с нуля. Есть материал — берёшь и