Обратный отсчет - Токацин

мелюзги будет прок? — вырвалось у него, прежде чем он успел прикусить язык. Таркасан, вскинув на него испуганный взгляд, отступил ещё на шаг от края — как будто он имел хоть какое-то отношение к работам, Гедимину, Текк’там и их взаимоотношениям.

— За ними нужен присмотр, но они ненамного слабее зрелых Текк’тов, — сказал Гор, прислушавшись к гулу со дна долины. — Не волнуйся, Дим-мин. Сегодня работа будет сделана хорошо.

Сармат недоверчиво хмыкнул и включил сканер. На экране проступили очертания расширяющейся полости глубоко под землёй, Текк’ты, вдвоём «отгрызающие» куски от скального пласта, ещё один, спиралью свернувшийся вокруг ствола главной шахты… Бесформенный шевелящийся клубок на поверхности распался — мелкие Текк’ты распределились по свободному месту попарно. Старший поддел головой насыпь поперёк долины, поставил её на торец и, сбив рыхлые слои, выдрал из сердцевины пласт жёлтого камня. Разодрав его на четыре части, он ударом головы направил первый комок минерала дальней паре «детёнышей». Когда ещё два куска отправились к мелким Текк’там, старший взял оставшийся ошмёток и грохнул им о землю. Несколько секунд снизу доносился непрерывный гул, потом загромыхали камни — Текк’ты гоняли их от холма к холму, то расплющивая, то скатывая в комья.

— Они сделают работу, — уверенно повторил Гор, тронув плечо Гедимина хитиновым лезвием. Сокол зашипел на него и заскрежетал когтями по броне в очередной попытке вывернуться.

— Хорошо, если так, — отозвался Гедимин, отодвигаясь от стража. Он смотрел на экран сканера. Камень, и правда, быстро уплотнялся. Две пары Текк’тов делали двойной тектон, ещё одна, по примеру старшего змея, — тройной. Процесс шёл быстро — по расчётам Гедимина, за десять минут они должны были управиться.

«Потом пойдут за новым сырьём,» — сармат посмотрел туда, где в темноте скрывались запасы расплющенных валунов — спрессованный гравий разных сортов. «Надо смотреть за ними. Часа на три у них хватит сил, — всё это время я просижу здесь. А там моя установка, и запустить её некому…»

— Мы с Тарр-ка говорили о светильниках, — снова подал голос Гор, указав на деревянный фонарь Таркасана. — От такой дрянной церы добиться столь яркого света! Верно, ты на полдня зарываешь её в живой металл, чтобы она так горела.

«А, вот как они заряжают светильники,» — подумал Гедимин. «Хорошая у них устойчивость к омикрон-лучам. Все неустойчивые, видимо, вымерли…»

Бесполезные рассуждения внезапно прервала новая мысль, и сармат резко развернулся к стражу.

— У тебя ещё цера есть? Такая же дрянная?

— Чего-чего, а дряни всегда много, — страж сложил лапы-лезвия на груди. — Есть и ещё хуже. Не знаю, для чего её накопали, — лежит в корзинах, занимает место. Тебе, конечно, такого не надо. Её хоть в Пламя суй — вспыхнет и погаснет.

Гедимин впился в него пристальным взглядом. «А ведь датчиков у нас тут не будет,» — мелькнуло в голове. «Ни дозиметров, ни индикаторов, ничего.»

— Привези немного такой, — вслух сказал он. — Самой плохой, какая у тебя есть.

Страж смерил его долгим взглядом и в задумчивости пощёлкал жвалами.

— Ну, раз ты просишь, — нехотя согласился он. — Но эта цера и вправду очень плоха. Даже ты, со своей мощью, ничего с ней сделать не сможешь.

Гедимин пожал плечами.

— Когда повезёшь плохую церу, добавь ещё такой же, какая была в прошлый раз. Та — для опытов, а эта — уже для работы.

Гор опустил лапы-лезвия к груди.

— Радостно слышать, что работа идёт.

…Сокол дремал, примостившись на плече Гедимина. Сармат вполглаза следил за Текк’тами и задумчиво смотрел на незаконченные чертежи. «Опять всё упирается в материалы. Термоизоляция, мать её колба… Можно, конечно, взять кусок деревяшки, он от такой температуры даже не обуглится…»

Сокол громыхнул всеми щитками и, высоко вскинув хоботок, затрубил что было мочи. Гедимин вздрогнул от неожиданности и затряс головой — от рёва в наушник в очередной раз пострадали барабанные перепонки. Когда «трилобит» втянул хоботок, сквозь гул в ушах сармат услышал перестук костей по дереву и деревяшек по огромной кости. К холму Элид приближался караван.

Текк’ты на дне долины зашевелились было, поворачивая головы на звук, но старший загудел на них, и работа продолжилась. Третий час изготовления тектона подходил к концу, и Гедимин смотрел на растущие штабеля заготовок с робкой надеждой. «Даже если они сейчас уползут, план на сегодня, считай, выполнен,» — прикинул он про себя. «Вот бы каждый день так…»

Барабаны застучали громче, им ответила какая-то воющая дудка, на дудку откликнулся Сокол, и Гедимин, запоздало прикрыв ближайший к «трилобиту» наушник, двинулся к источникам шума. «Так шумят — значит, привезли сырьё. Доставщики продуктов не барабанят.»

К пологому склону он выбрался последним — там уже были все, кроме Вепуата, даже филки подошли и остановились чуть в стороне, настороженно глядя на вползающие на холм повозки. На первой паре волокуш ехали Скогны, и цвета их «знамени» показались Гедимину знакомыми. Следом, отстав на десяток метров, поднялись волокуши Броннов. Они привезли костяной барабан и перестали колотить в него, лишь когда последняя из повозок встала на холме в один ряд с полевыми кухнями. Вместе с костяным треском затихли и хрюкающие звуки из-под щитков «трилобита» — Гедимин держал его за хоботок, не давая трубить, но тихо сидеть он всё равно не хотел.

— А, вот ты где, — оглянулся на сармата Айзек. — Принимай сырьё.

«А это всё-таки не плетёные корзины. Эта штука так и растёт,» — мелькнуло в мозгу у Гедимина, когда Бронны стащили на землю первую ёмкость. Их было двое, корзина — в их рост и вчетверо шире, но на гравий она слетела мгновенно и точно, даже не накренившись. Следом, оставив на повозке пару «грузчиков» и погонщика, спустились аборигены в ярких полосатых шапках, сильно похожих на гребни. Их было четверо, и они принесли объёмистые, по Броннским меркам, рюкзаки — видимо, какие-то вещи в сумки у пояса не поместились.

— Мастера-портные приехали из Ушта, — пояснил Хассинельг, незаметно выйдя из-за повозок — в этот раз ему поручили сопровождать караван. — Они приветствуют вас с уважением.

Айзек слегка наклонил голову, притронувшись пальцами ко лбу, и повернулся к волокушам Скогнов. Там тоже спускали корзины — их было две, из того же материала, но меньшего размера. За корзинами спустились и встали у борта четверо Скогнов с рюкзаками и раздутыми поясными сумками. Гедимин мигнул.

— Мастера из Сэви тоже