Демон, который ошибался - Лайон Спрэг Де Камп

Препятствия требовали гораздо меньше моих сил, чем отняли бы у одного из слабеньких обитателей Первой реальности. Едва ли кому-нибудь из них удалось бы за несколько секунд взлететь по крутому каменистому склону, ни разу не остановившись, чтобы перевести дух. И все же хотя мы, демоны, сильнее, чем обитатели Первого уровня, но также не можем постоянно находиться в движении. Мы должны останавливаться для привала, вкушать подходящую еду и погружаться в пищеварительный ступор.

В конце второго дня я заметил овцу, каким-то чудом избежавшую встречи с паалуанскими обжорами. Я настиг это существо и большую часть последующей ночи провел, пережевывая его. Когда закончил этот процесс, от существа не осталось ничего, кроме кожи и костей. Я боялся, как бы мои действия не явились нарушением инструкции Хвора относительно повиновения правилам Первой реальности, но, как говорится, необходимость не знает законов.

Затем впал в состояние переваривания. Проспал весь день и следующую ночь. Когда проснулся, то был удивлен, увидев, что солнце находится по отношению к восточному горизонту ниже, чем когда засыпал, – только потом понял, что миновали день и ночь.

Не желая больше идти на подобные проволочки и все еще чувствуя тяжесть после поглощения овцы, задумался над необходимостью применения подходящего транспорта. Если бы, к примеру, я мог поскакать верхом на лошади, достиг бы Солимбрии за один длинный перегон, прерываемый лишь короткими, необходимыми для лошади остановками. Согласно показаниям карты вскоре должна была показаться граница Солимбрии.

Я принялся рыскать по окрестностям в поисках лошади. Довольно скоро мне удалось увидеть одну, которая, так же как и овца, отбилась от стада. Она поедала траву в ложбине. На ней была уздечка, но седла не наблюдалось.

Я следил за наездницами Первой реальности, так что теоретически имел представление о том, как это делается, но практического опыта не имел. На Двенадцатом уровне животных используют для перевозки грузов, и они очень похожи на тех, кого в Первой реальности называют черепахами. Они тащатся и тащатся себе вперед, и не нужно особого умения, чтобы заставить их тронуться в путь, идти и останавливаться. Лошади на Первом уровне представляют собой нечто иное. Но, как гласит пословица, не зная броду, не суйся в воду.

Я принялся красться к лошади, двигаясь медленно и тихо, чтобы не встревожить пугливое существо. Изменил свой цвет, приспособив его к цвету травы. Лошадь, тем не менее, заметила приближение. Оглядев меня понимающим, но скептическим взглядом, она рысцой двинулась прочь.

Я ускорил шаг, но и лошадь ускорила. Я побежал, лошадь перешла в галоп. Я остановился, лошадь тоже остановилась, всхрапнула и принялась щипать траву.

Я преследовал животное несколько часов, но так и не смог приблизиться к нему. Утешал себя лишь тем, что по крайней мере все это время двигался к северу, к конечному пункту моего назначения, так что время не было потеряно понапрасну.

Когда солнце склонилось к закату, лошадь наконец начала выказывать признаки усталости. При моем приближении она стала двигаться медленнее. Приближаясь к ней с подветренной стороны, чтобы она не могла почувствовать незнакомый запах, я подошел достаточно близко для внезапного прыжка и, пока ее голова была еще склонена к траве, метнулся вперед и взгромоздился ей на спину. Прижал ноги к ее бокам, как это, видел, делали обитатели Первого уровня, изо всех сил вцепившись ей в гриву.

В тот момент, когда я оказался у лошади на спине, она буквально взбесилось. Коняга низко наклонила голову и начала взбрыкивать задними ногами, прыгая то вправо, то влево и беспорядочно крутясь. На третьем прыжке моя хватка ослабла. Я сделал кульбит в воздухе и с такой силой врезался в кустарник, что любой обитатель Первой реальности, окажись он на моем месте, испустил бы дух.

Освободившись от ноши, подлая лошадь немедленно перешла в галоп. Я выбрался из кустарника и бросился за ней. К тому времени как солнце спустилось к горизонту совсем низко, я еще раз настиг животное, стоявшее понуро с тяжело вздымающимися боками.

Но для того чтобы еще раз подойти к коняге вплотную, понадобилось несколько попыток. И все же я это сделал. На сей раз не только буквально опоясал ногами туловище животного, но и изо всех сил прильнул к ее шее. Лошадь снова пустилась в пляс, но я продержался дольше. Строго говоря, я не ослабил своей хватки аж до пятого прыжка. Дело было в моих ногах – они потеряли точку опоры, хотя руки все еще продолжали держать шею лошади. В результате я совершил кульбит в воздухе, сильно стиснув при этом шею животного. Бедняга потеряла равновесие и упала, причем ее круп очутился на мне.

Но даже находясь в таком положении, я не отпустил шею коняги. По тому, с каким трудом она глотала воздух, я понял, что пережал ей дыхательные пути. Вскоре она успокоилась, и я смог схватиться за уздечку.

Поскольку ребра лошади продолжали двигаться под кожей, я понял, что не нанес ей смертельных повреждений. И действительно, вскоре она вскочила и попыталась убежать, таща меня за собой по песку и траве. Несколько раз сильно лягнула меня и укусила за руку. Но я все равно не выпустил уздечку.

Борьба продолжалась до темноты, и силы наши были почти на исходе. В конце концов лошадь успокоилась и последовала за мной, когда я повел ее под уздцы. После чего крепко привязал ее за эту узду к толстой, низко растущей ветви ближайшего дерева и прилег отдохнуть. Лошадь тоже ведь нуждается в отдыхе. Кроме того, не хотелось скакать на ней ночью из опасения, как бы она не наткнулась на что-нибудь в темноте и не поранилась.

На следующий день на моем пути стали попадаться знаки присутствия человека: фермы, над трубами которых вился дым, одна-две деревни. Но когда я на лошади въехал в деревню, обитатели Первой реальности при виде меня разразились дикими криками.

– Каннибалы! Каннибалы приближаются! – закричал один из них, мчась вдоль главной улицы и размахивая руками так, точно собирался взлететь.

Через несколько мгновений все жители бросились бежать – пешком или верхом – кто куда.

Я крикнул им вслед:

– Подождите! Вернитесь! Не бойтесь! Я посланец синдиков!

Но они лишь припустили еще быстрее. Когда все исчезли, я подкрепился найденной в лавке едой и поехал дальше.

Там, где дорога пересекала границу Солимбрии, я обнаружил домик таможенника, а на ближайшем холме – сторожевую башню, но людей нигде не было видно.