Демон, который ошибался - Лайон Спрэг Де Камп

– По мне, так они не более греховны, чем люди, живущие в других местах, но такие уж даются объяснения. Другие говорят, что, даже если Гавинда и его помощники – дураки, будет только справедливо дать глупцам возможность попытаться править, чтобы умные не эксплуатировали их немилосердно и бесконечно.

– Мне казалось, что вы сказали, будто солимбрийцы не верят в умственное превосходство одних людей над другими.

– Да, мессир демон, именно так я и сказал. Псоанес учил, что все люди создаются равными, но течение жизни изменяет их, так что одни становятся умными, а другие – нет. Лечение поэтому и состоит в том, чтобы стараться давать всем одинаковое воспитание. Но достичь этого не смог бы ни один из наших правителей. Родители изначально отличаются друг от друга и переносят это различие на своих детей.

– Тогда единственная альтернатива – воспитание детей в государственных учреждениях.

– Один архон попытался это сделать когда-то давно, но его план вызвал такое противостояние, что следующий архон отказался от этой мысли. В любом случае новый состав вносит много изменений, возвышая одни приемы и искореняя другие независимо от их достоинств. – Айзор почесался (очевидно, его укусило одно из местных паразитов-насекомых). – Я должен обладать определенным скептицизмом в отношении официальной точки зрения, потому что мы с братом воспитывались родителями совершенно одинаково, а выросли такими разными, как рыба и птица. Он – один из младших священников Иммура, правильный, как математическая формула, а я – я Айзор из лесов…

Чтобы проиллюстрировать это замечание, предводитель разбойников рассказал несколько анекдотов из своей карьеры. Получив возможность вставить слово, я сделал осторожное предложение:

– Мастер Айзор, если ваше правительство ничего не сможет сделать для нас, жителей Ира, то у вас здесь есть бесстрашные люди, которые могли бы составить отряд великолепных солдат.

Айзор фыркнул:

– Ты что, предлагаешь нам включиться в вашу кампанию?

– Да, сэр.

– Нет-нет, мы не пойдем на службу ни к какому правительству, благодарю покорно! Кроме того, попадись мы в руки официальных лиц, они бы сначала нас использовали, а потом, когда мы были бы больше не нужны, вздернули. Я знаю, что подобные вещи случались.

– Вы говорили о том, что хотите занять город и сделать себя его правителем.

– Это другое дело. Будь я хозяином города, признанным правительством, дела могли бы пойти подругому. Но сейчас-то речь идет не об этом.

– Если паалуанцы захватят Ир, то следующим местом их вторжения будет Солимбрия. То состояние ослабленности, в котором она сейчас находится, просто приглашает к нападению, не так ли?

Айзор нахмурился:

– Ну и что?

– Они прочешут Зеленый лес и переловят всех.

– Я не согласен. Мы знаем этот лес как свои пять пальцев. Насколько слышал, они – люди пустыни, так что заманить их в лесную ловушку – детская забава.

– Разве вы не могли бы помочь остальным вашим сородичам спастись от уничтожения? Кажется, любовь к своей стране – одна из немногих эмоций, убеждающих обитателей Первой реальности быть лучше, чем они есть на самом деле.

– А мы-то тут при чем? Часть из нас погибла бы в борьбе, а остальные, как я тебе уже сказал, были бы впоследствии казнены. Нет уж, спасибо. Пусть другие рискуют своей головой ради родной земли, даже если она низвела их до нуля и отказалась от них, а Айзор из лесов не будет.

– Но подумайте! Если Солимбрия окажется уничтожена, кого же будет грабить ваша банда?

Он хмыкнул:

– Какой искусный оратор! Клянусь хорошенькими сосками Астис, мастер Здим, тебе бы быть профессором в Академии Оттомани. Ладно, я тебе скажу. Среди награбленного добра у нас есть кое-что такое, что подходит послу гораздо больше, чем простому голодранцуворишке. Я снаряжу тебя, как положено для твоей миссии, и завтра отпущу. Как ты на это смотришь?

– Прекрасно, сэр.

Меня прервал шум голосов. Двое воров – все те же Никко и Кармелион, которые уже поссорились раньше, – кинулись друг на друга с ножами. Айзор с быстротой молнии вскочил на ноги и устремился к поляне. Он мгновенно изменился и походил теперь на рычащего льва. Вены на его висках вздулись от ярости.

Он схватил спорящих – каждого одной рукой. Никко швырнул прямо в костер, на котором готовилась еда. Кармелиона с такой силой ударил о ствол дерева, что тот потерял сознание. Когда Никко выскочил из костра, туша горящие места на одежде, Айзор с силой ударил его в челюсть.

– Клянусь Нериксом! – прогремел он. – Я предупреждал вас, мерзавцев! Привязать их к дереву!

Когда это было сделано, Айзор взял тяжелый хлыст и, крича и ругаясь, принялся стегать мужчин по обнаженным спинам, пока их тела не превратились в кровавое месиво. Когда кто-то из них издавал вопль, Айзор отвечал на него издевательским смехом. Он остановился только тогда, когда оба разбойника потеряли сознание, – и даже его мощная рука дрогнула от усталости.

Вернувшись туда, где я ждал его, он велел принести еще эля. Я начал было фразу:

– Сэр, если мне будет позволено…

Но Айзор зарычал:

– Убирайся, человек-ящерица! Будь доволен, что я не полечил этим способом тебя! Возвращайся под свое дерево и оставь меня в покое!

7

Архон Гавинда

На следующее утро Айзор снова был настроен великодушно. Он вернул мне вещи – все, кроме денег, – а также дал одеяние с меховым воротником и бархатную шапочку. Шапочку пришлось снабдить тесемками, ибо моя голова плохо приспособлена для головных уборов обитателей Первой реальности. Затем Айзор подвел меня к оседланной лошади и дал инструкции по управлению этим существом.

– Это не моя лошадь, – сказал я.

– Верно, это самое старое животное, какое только у нас нашлось, и оно лучше отвечает твоим качествам наездника. Твоя прежняя коняшка слишком хороша, для того чтобы мы могли позволить тебе ее терзать. Кроме того, теперь ты будешь чувствовать себя в безопасности и поедешь с удобствами.

Боясь, что в приступе дурного настроения Айзор может отрезать мой хвост или еще что-нибудь не менее дорогое моему сердцу, я не решился пускаться в спор по этому поводу. Удовольствовался тем, что заметил:

– Но, дорогой господин, если я могу покрыть нужное расстояние с помощью этой лошади, то как я сделаю это, совершенно лишенный денег? На что я буду покупать еду себе и животному, чем буду платить за ночлег?

– Ты хочешь сказать, что вы, демоны, покупаете вещи за деньги, как и мы, люди?

– Находясь в Первой реальности, я должен поступать так, как поступают все ее обитатели. Если вы отправите меня