Торговец будущим 3 - Мархуз

— У нас имеется негативный опыт, когда ваш гофкригсрат саботировал поставки продовольствия нашим войскам. Теперь любыми поставками мы будем заниматься сами, не доверяя никому более. Опять же в ближайшие полтора десятка лет мы не собираемся отправлять наших солдат в западном направлении.

— Но как же так, господин вице-канцлер, а борьба с революционными идеями, разносимыми по всей Европе? Вон, французы основали на наших землях свою Цизальпинскую республику, её просто необходимо освободить. И вы должны быть в этом заинтересованы не меньше нашего.

— Милостивый государь, мы никому ничего не должны и это раз. Нам на ближайшие пятнадцать лет нет дел до итальянских земель — это два. А вот наши крепостные крестьяне нам как раз-таки очень нужны самим для своей хозяйственной деятельности — это три.

Посол ничего не понимал в происходящем. Россия, которой Австрия столько помогала выводя её в люди в Европе, совершенно отбилась от рук. Грязные варвары должны целовать не только руки дающие, но и ноги, а вместо этого чёрная неблагодарность. И кто, спрашивается, будет помогать княжествам и герцогствам Священной Империи, руководимой австрийцами? Эдак русские откажутся брать у англичан деньги взаймы, чтобы оплачивать наёмный двадцатитысячный корпус из немцев, например, в Баварии. Или ещё где-нибудь. И кто будет отвоёвывать Северную Италию, чьи солдаты?

— Но вы же обещали помощь сардинскому и неаполитанскому королям. Вас в Европе не поймут, если вы откажетесь от своих слов.

— Дорогой посол, наш император пока никому ничего не обещал, так что не выдумывайте. Все договоры заключаются лишь на выгодной основе, а не по-дружески. Если вы желаете отвоевать Северную Италию для себя, так действуйте сами, исползуя свои силы. Наберите собственных крестьян в армию, вооружите их и отправьте воевать. А мы предпочитаем заниматься внутренними делами, дабы обустроить покрепче нашу экономику.

Кобенцль понял, что разговор не задался и отпросился восвояси. Именно с этого момента ему пришлось активизировать свою сеть, по крайней мере, одну её часть. Ту, что должна была обеспечить давление на высокопоставленных чиновников и вельмож, как в прежние времена. Все средства хороши: от подкупа до шантажа. Жаль, что князь Адам Чарторыйский где-то в Турции, хотя он именно сейчас нужен здесь. Все же знают, что Россия спит и видит как бы отделить польские земли от Австрии и Пруссии, дабы забрать их под своё общеславянское крыло.

Если грамотно разыграть сию карту легонько намекнув русским о такой возможности в обмен на покладистость и покорность, то они наверняка ухватятся за такую кость. Главное, что намёки должны дойти до императора через его лучшего друга, польского князя. Пожалуй следует поднапрячь силами иллюминатов тех русских масонов, которые имеют влияние в русской Коллегии иностранных дел. Пусть отзовут Чарторыйского в Петербург, а уж здесь будет через кого довести до князя радостные вести.

Определённые сложности вызывала сложившаяся ситуация, как в Священной Римской империи, так и конкретно в Австрийской монархии. В принципе, в этот период в Европе был лишь один императорский титул и он принадлежал Габсбургам. Русский император европейским не считался, во как. Противостояние последних десятилетий с Пруссией разобщило немецкие государства, которых имелось множество, а войны с Наполеоном оставили Австрию в гордом одиночестве. Естественно, что это сказалось на казне императора Франца Второго, человека скупого и тщательного в мелочах.

Мир с французами привёл австрийцев к негативной оценке своего текущего положения и в данный момент им нужны были особые братские отношения с русскими. Особенно в сфере торговли, где прежде именно австрийцы имели положительный торговый баланс. Скупали сельскохозяйственные продукты и сырье: лен, пенька, воск, меха, а также кожи и древесина. Продавали русским галантерейные изделия, вино, шелк, оружие и инструменты. Стандартный подход, что ни говори. Теперь Кобленцу предстояло выдавить из русских всё что возможно в обмен на обещания дружбы. Потеря богатых итальянских земель резко сократило приток финансов в казну, а значит их нужно вернуть правдами и неправдами. Земли, ясен пень, тогда и деньги вернутся.

Весна тем и красна, что всякие водоплавающие средства могут наконец-то приставать к причалам. Те, кто самые умные среди самых ленивых, а именно я и Строганов, заранее арендовали несколько опустевших из-за ненасытных англичан складов в Риге. За зиму их забили чем бог послал, чтобы первым британским ласточкам было чем загрузиться, пусть и втридорога. Тамошний порт начинает работать на месяц раньше Петербургского, так что следует этим воспользоваться. Трейдеры сразу начали суетиться, пытаясь подкупить наших представителей, чтобы подешевле закупить довелось. Не тут-то было, не на тех русских завскладов напали.

Для иноземцев непривычна сия картина, когда взятки брать отказываются, вот они и подумали что всё дело в размере. Увеличили предлагаемые суммы, а их опять выставили за дверь. Они в окно, а там ставни закрыты. Побежали обходные пути искать, но всё перекрыто. Пришлось сдаться на милость победителей, иначе опять бесполезный простой будет, причём безо всякого эмбарго. Тем более, что конкуренты из других стран тоже с Риги решили начать первый закуп сезона. Казалось бы вроде мелочь, а сработало. Да и другие поставщики русского добра не стали снижать цены, чтобы дураками не выглядеть.

В конце апреля начали прибывать английские транспортные суда, чтобы начать переправку морем наших солдат в Ганноверское курфюршество. Двадцать тысяч через Ригу, ещё двадцать тысяч через Ревель, остальных вывезут через Петербург, начиная с мая. Операция займёт время, зато так же переправят и сотрудников Торговых Русских Домов, и товары для них. За всё солидно заплачено английскими фунтами и ганноверская династия может быть спокойна за свои земли.

— Наконец-то Финский залив освободился, — радуется граф Строганов, — а то моё экспедиционное судно уже готово к приключениям на Севере.

Это они с Александром Первым затеяли с моей подачи поиски бухт в Кольском фиорде, а заодно и птичьих базаров для добычи северного гуано.

— А как же торговля с Португалией, Павел Александрович? Неужели пустите на самотёк?

— Для этого есть вы, — подкалывает граф, — а я лишь товаром загрузил одного из ваших мальтийцев. Ну не самому же туда плыть, право слово?

Ладно, с меня не убудет пока ему собственные торговые суда не построят. Дело в том, что отец и сын Строгановы решили подсобить государевой программе строительства и заказали три корабля здесь, а не за границей. Дело небыстрое, но заодно проверят кто и сколько ворует при постройке. Пока же они пользуются моими мальтийцами, чтобы свои товары вывозить, а точнее сырьё.

Могут спросить «а почему Португалия?», так ответ имеется. За несколько месяцев удалось выявить весь спектр российской