Черный Маг Императора 28 - Александр Герда

у Маши. — В эти выходные было бы просто замечательно. Отец и братья как раз будут в московском поместье, а они уже давно хотят с тобой познакомиться. Кстати говоря, и Амулет Подмены можно было бы сразу сделать, если вы с Зарницей друг другу глянетесь.

Амулет Подмены… Точно! Это же артефакт, о котором мне говорила Шелехова. Он нужен для того, чтобы тихий смотрящий мог сравнительно безболезненно переносить периоды расставания с хозяином. Со мной в данном случае.

— Ты сама умеешь делать такие артефакты? — спросил я.

— Вообще-то, у нас отец этим занимается, — призналась девушка. — Я тоже могу, но у него пока лучше получается. У меня иногда случаются неудачи. Только вот…

— Что? — в ее голосе послышалась нотка сомнения.

— На дорогу очень много времени уйдет, — сказала она. — Поезд туда, поезд обратно… Половина выходных на одни разъезды.

— А нам не нужен поезд, у меня вертолет есть, — пожал я плечами. — На нем до Москвы всего несколько часов. Так что об этом не беспокойся.

— Да, собственный вертолет, это круто, — усмехнулась Мария. — У нас вертолета пока еще нет, хотя вертолетная площадка в поместье имеется.

— Зачем вам площадка без вертолета? — удивленно спросил я. — Чтобы потом с ней не возиться, когда понадобится?

— Она все время нужна. Сам понимаешь, клиенты у нас разные, — объяснила она. — Многие собственные вертолеты имеют. Да и мы сами иногда заказываем, когда в этом есть срочная необходимость.

— Понятно, — кивнул я. — Вертолетная площадка — это уже здорово. Не нужно будет тратить время на дорогу из Москвы к вам в поместье. Ты же говорила вы не в самом городе живете?

— Угу, в Подмосковье, — ответила Шелехова. — Километров сорок от города.

— Тогда будем считать, что мы договорились, — сказал я и посмотрел на бледный гриб, который вдруг вырос прямо рядом с моей ногой. — В шесть утра вылетаем. Я закажу машину на утро, и в путь.

— Отлично, — просияла Маша. — Я тебе чуть позже скину инструкцию от отца, как вести себя с Зарницей в первые минуты. Он ее еще неделю назад мне подготовил, специально для тебя. Так что прочитай ее обязательно, хорошо?

— Само собой, — кивнул я.

— Ой! — воскликнула Шелехова, бросив взгляд на свои часики. — До конца перемены всего пара минут осталась! Бежим!

Не дожидаясь моего ответа, она схватила меня за рукав, и мы рванули в сторону основного корпуса.

— Ты, самое главное, не волнуйся, — на бегу наставляла меня Шелехова. — Я знаю, что о тихих смотрящих ходят всякие страшные истории, но это только дураки так говорят, ясно?

— Ясно, — ответил я, чувствуя, что начинаю уставать от такого темпа. Похоже с физической подготовкой у Марии все отлично. Она у нее даже лучше, чем у меня.

— Это потому, что нужно в спортзале не только фехтованием заниматься, — решил поучить меня жизни Дориан. — В твои годы я каждое утро начинал с пробежки.

— Ага, с пробежки… Как же… — ответил я. — С кровати до ванной и назад… Знаю я твои пробежки… Трепло…

На урок мы не опоздали. Не знаю, как там Шелехова, а я вбежал в класс как раз когда прозвенел звонок. Правда выглядел я при этом так, как будто только что принимал участие в школьном марафоне. Мне понадобилась минута, чтобы как следует отдышаться.

Все-таки здорово, что Шелехова вовремя обратила внимание на часы, иначе мы бы с ней точно опоздали. С учетом того, что сейчас был сдвоенный урок «Теории возникновения магических учений», задерживаться на него не стоило. Один из тех предметов, на которых сложно не заснуть, но запросто можно схлопотать отработку в виде нудного дословного переписывания какой-нибудь скучной теории. Вот уж чем мне меньше всего хотелось бы заниматься в пятницу вечером, да еще перед важной поездкой в Москву.

Кстати говоря, о предстоящем путешествии я думал практически весь оставшийся день. Отвлекся разве что на тренировке с Громовым, где сегодня мы занимались левиафанами. Сегодня Роман Артемович нас пожалел и не стал терзать до полного изнеможения.

К тому моменту, когда он решил окончить тренировку, до ужина оставалась еще пара часов. Однако и этого нам вполне хватило, чтобы дружно облегченно вздохнуть, услышав спасительное: «Хватит на сегодня. Все свободны». Видимо сказывалась повышенная нагрузка в последнее время.

Услышав, что я планирую остаться в общаге и завтра утром улетаю в Москву с Шелеховой, Лешка решил не дожидаться ужина и вместе с Горчаковой укатил в Белозерск. Перед отъездом Нарышкин мне сказал, что нет ничего страшного в том, что он по-дружески подбросит девушку до дома. Вот только мне почему-то казалось, что это лишний повод еще сильнее разозлить отца. Впрочем, это не моего ума дело. Княжич взрослый парень, так что сам как-нибудь разберется.

Что касается меня, то я вечером позвонил Ершову, с просьбой подготовить вертолет в утренний вылет, а затем деду, с которым поделился планами на выходные. Правда без деталей о том, что буду делать в Москве. Пока еще я не делился с ним своими планами насчет приобретения магических зверей для «Берестянки» и не собирался этого делать до тех пор, пока они там не появятся. Зачем бежать впереди паровоза?

Остаток вечера я провел за изучением той самой инструкции по обращению с тихим смотрящим, которой снабдила меня вечером Шелехова. Удобно устроился в кресле, открыл себе окошко пошире, чтобы было побольше свежего воздуха и занялся чтением.

Вообще-то, конечно, я мог бы и в вертолете все это почитать, но Мария почему-то настаивала, чтобы я сделал это именно сегодня. Насколько я понял, это для того, чтобы к моменту встречи с Зарницей я усвоил как можно больше информации об этом существе и максимально увеличил шансы нашего удачного знакомства.

С самого начала было понятно, что отец Маши граф Федор Владимирович Шелехов составлял для меня, так как обращался ко мне по имени и отчеству. Хотя иногда и просто проскакивало «молодой человек». Что же касается самого текста, то интересного было много.

Для начала граф предупреждал меня о том, что тихий смотрящий — это не просто умная охранная сигнализация, а существо с собственным мнением, настроением и своеобразным чувством юмора. Причем оно считает себя не слугой, а равным человеку, заключая с ним своеобразный договор сотрудничества, который может разорвать по собственной инициативе.

Шелехова говорила мне о чем-то подобном, правда описывала все это в гораздо более светлых тонах. Ее отец был настроен серьезнее. Впрочем, это не особо принципиально, будем считать, что к этому я был готов.

Еще граф писал о том, что на тихих смотрящих нельзя кричать,