Тень серого дома - Галина Александровна Ивина

Они взялись за руки и пошли по берегу вместе. Прошли метров сто и заметили, как над морем начали сгущаться тучи.

– Погода портится, – прокомментировала Ада, наблюдая за небом. – Интересно, мы можем перейти в другой сон?

– Не знаю, – пожал плечами Платон. – Давай попробуем.

Они не успели осуществить задуманное. Позади послышались тяжелые шаги. Песок под их ногами завибрировал, и мужчина ощутил удушающее чувство острой опасности.

– Спасайся! – крикнул он и, не оборачиваясь, чтобы проверить свою догадку, сам бросился прочь.

Платон никогда не бегал так быстро, как сейчас. В его ушах свистел ветер, и он чувствовал, как затихает дрожь в земле.

– Под пирс, – скомандовала задыхающаяся Ада и первая нырнула в укрытие.

Платон последовал за ней и спрятался за высокой опорой. Тяжело дыша, он спросил Аду:

– Как думаешь, кто это?

Она не ответила на вопрос, сказала:

– Мне больше хочется узнать, почему сон такой реалистичный.

Платон ощутил, как по его коже поднимаются бугорки мурашек. К шее будто кто-то прикоснулся ледяной рукой, и он вздрогнул. Нестерпимое чувство жути, которое появилось на берегу, усилилось.

Мужчина попытался задержать дыхание, чтобы его шумом не выдать свое укрытие. Он хотел посоветовать Аде поступить так же, но его одолела уверенность в том, что любой звук приведет к немедленной смерти.

У него затряслись поджилки, да так сильно, словно он был малолетним пацаном, которого ждала порка за выпитое тайком пиво. Невыносимый ужас подступил к горлу, сдавил его, лишая остатков кислорода, и вдруг перед Платоном возникла жуткая скалящаяся морда.

Клим проснулся от грубого толчка. Содрогнулся, поняв, что уснул на полу в хранилище. Все тело болело, а глаза устали после долгой возни с дневником в потемках. Он смутно помнил, что ему снился сон про отца Эрна и его тетю, но детали сна затерялись в глубине его памяти. А они казались очень важными.

– Пора уходить, – сказал мрак голосом Эрна, прерывая его размышления.

– Уже утро? – уточнил Клим, сильно сомневаясь в истинности этого определения.

В архиве без окон невозможно было определить, насколько темно на улице. В самой комнате властвовал мрак. Клим шмыгнул и потянулся за смартфоном, забыв, что тот безнадежно разрядился еще ночью.

– Через пять минут музей откроется, – подстегивал его Эрн. – Хочешь, чтобы тебя тут застукали?

– Отвали! – рявкнул Клим. Он схватил дневник и на ощупь пошел к выходу. Точнее, в его предполагаемом направлении. – Тебе легко говорить. Ты можешь «вжик» – и исчез, а я останусь тут разгребать дерьмо, в которое ты меня втянул.

Клим нашарил дверную ручку и потянул. Яркий свет на мгновение ослепил его. Он заморгал, и картинка медленно прояснилась, испещренная темными пятнами.

Придерживаясь за стену, Клим пошел по коридору.

– Я спрячусь в туалете. Оттуда проще всего незаметно выйти… – Он обернулся, но призрака позади не обнаружил. – Эрн? – позвал Клим.

Отклика не последовало.

Клим вернулся домой, представляя, что ему наговорит мама, и трепеща от ужаса. Он ведь не ночевал дома! Всю ночь! Мама и с ночевкой его редко отпускала. А тут… Настоящая катастрофа!

Переступая порог квартиры, Клим напридумывал несколько соответствующих проступку наказаний. Любого из них он заслуживал. С безумно колотящимся сердцем он зашел на кухню, где мама что-то готовила у плиты.

Она обернулась через плечо под яростное шкворчание растительного масла.

– Доброе утро, дорогой, – поприветствовала она его. – Когда ты встал?

Клим потоптался на месте, чувствуя подвох в ее словах. У него было ощущение, что у него нет права на ошибку, поэтому он не спешил отвечать.

Мама вернулась к нагретой сковородке.

– Я вырубилась в восемь вечера и не услышала, когда ты пришел с прогулки.

Что?! Клим просто не мог поверить услышанному. Мама не заметила, что он вчера не вернулся домой? Ну что за удача!

– Много работы? – с сочувствием поинтересовался он, стараясь, чтобы голос не звучал слишком уж радостно. Ему еще предстояло рассказать о потере ключей от квартиры.

Мама собиралась ему ответить, но, как обычно убегая от рабочей темы, передумала и отмахнулась от него деревянной лопаткой.

– Я уже говорила, что в городе творится что-то странное. Я перестала его понимать… У нас всегда было так спокойно и тихо, но это лето… – Она замолчала, настороженно посмотрела на Клима и тихо сказала: – Извини, я не про Эрнеста.

– Понимаю. Ты про полицейские расследования.

Мама поджала губы и коротко кивнула. Не энергично, как делала раньше, а устало и с отчетливой долей сожаления.

Они вместе позавтракали, мама выдала ему новый комплект ключей, а после ее ухода Клим завалился спать. Во сне он снова увидел тот самый сон про дядю Платона и тетю Аду. За ними гнался монстр по имени «Ночной ужас». Кажется, догнал – и их смерть была мучительной. Все потому, что «Ночной ужас» питался человеческим страхом. Вытягивал его до последней капли, сводя с ума, лишая рассудка и жизненной энергии.

Из-за странного сна Клим проснулся в дурном настроении. Его захватило ощущение абсолютной безысходности. Казалось, что сон про отца Эрна и его тетю был реальностью. Хотя дядя Платон ушел от тети Агаты к ее бессердечной сестре, ему казалось, что он не заслужил подобной смерти.

Чтобы немного улучшить себе настроение, Клим включил в смартфоне плейлист собственного составления. Он любил музыку, обожал почти все ее направления. Она помогала ему спасаться от депрессии, когда ушел отец. После сегодняшнего сна ему тоже захотелось взбодриться.

Пританцовывая, Клим встал с дивана и побежал чистить зубы.

Вита и Лия тихонько раскачивались на подвесных качелях и разговаривали. Качели ритмично поскрипывали, но девушки не замечали противного звука. Склонившись над Климовым смартфоном, они изучали одно фото за другим. Вид при этом у них был как у историков – специалистов по античным вазам.

Клим и Август сидели на лавке позади и пялились на стройные ножки Виты. Ну Клим точно пялился. Судя по направлению взгляда, Август тоже. Такие ноги нельзя было пропустить мимо, и Клим не пропускал. Удивлялся только, почему ему вместо приятных снов о Вите снятся кошмары с монстрами. Он ведь постоянно думает об этой девушке, постоянно ею любуется и мечтает… Мечтает хотя бы поцеловать ее.

Это несправедливо! Что такого сделал Август, чтобы привлечь ее внимание? Клим безумно хотел узнать, как такому задохлику удалось склеить шикарную девушку. Терзаясь догадками, он покосился на сидящего рядом парня. Если Вита встречалась с ним, то находила его симпатичным?

– Это все? – Вита выпрямилась и обернулась назад.

– Последняя страница обрывается на середине предложения, – продолжая виснуть над