Диктатор 2 - Руслан Ряфатевич Агишев

Не говоря ни слова, побледневший Милиган вырвал дубинку из рук напарника и со всей силы врезал по спине.

— Будто полапал его, — подначил его ухмыляющийся О’Хара. — У этого укурка же кожа дубленная. Ему твои удары, как хлопки при сексе. Посмотри на его рожу. Ржет, сука. Точно сейчас начнет постанывать от удовольствия. Мол, Майки, еще, давай еще, сильнее, Майки! — мерзко хихикнул ирландец. — Майки, погладь меня еще… а ты мне подаришь такие же часики…

У Миллигана от всего этого глаза налились кровью. Лицо искривилось в жуткой гримасе.

— Заткнись, Пат, заткнись, я сказал, — прошипел он, медленно поднимая дубинку на головой. — Он свое получит.

И с силой опустил дубинку вниз. В него словно сам дьявол вселился. Миллиган бил со всей силы, с оттягом, заставляя лежавшее тело подпрыгивать над землей. О’Хара, какое-то время подзадоривавший его, вдруг изменился в лице, и начал дергать его за руку.

— Миллиган, хватит! — шипел он, пытаясь остановить напарника. — Черт тебя побери! Хватит! CNN рядом! Черт! Они все снимают… А ну камеру убрали! Убрали. Я сказал! Вы препятствуете расследованию! Живо убрали камеру!

* * *

США, Лос-Анджелес

Никто даже представить не мог, что все «закрутится» так быстро. Начальник полиции Лос-Анджелеса Чарльз Мюррей поначалу даже отмахнулся от этого случая, когда ему доложили о происшествии. Ругался на заместителя, что такой рядовой мелочью отвлекли его от подготовки отчета для мэра города. Непосредственный начальник — сержант Кимбел — просто пожурил патрульных за избыточное применение силы при задержании, отправив обоих писать формальные объяснения. Мол, что за детские игры? Оба не первый год служили в полиции, на хорошем счету, а нормально провести задержание не могли. Отвезли бы задержанного в участок, и там врезали ему как следует. Зачем на улице-то бить? Миллиган и О’Хара согласно покивали и, отпущенные со службы, со спокойной душой пошли в бар пропустить пару кружек пива.

В прошлые разы такое многим сходило с рук, но не сейчас. Телеканал CNN, почуяв сенсацию, вцепился в репортаж с бульдожьей хваткой. За несколько часов смонтировали просто убойный материал, который выпустили в эфир прямо в прайм-тайм. Почти сразу же об этом сообщили и другие ведущие телеканалы, со ссылкой на CNN. Сказать, что после этого грянул гром, не сказать ни чего. Это было торнадо, смерчи и ураганы в одном медийном флаконе, где содержимое с каждым днем становилось все мощнее, все убойнее.

В первые же часы, как выяснилось позднее, материал, озаглавленный, как «Ку-клукс-клан в форме», посмотрело более двадцати шести миллионов американцев. Через два часа их число превысило пятьдесят миллионов. К вечеру об этом уже знал каждый второй житель страны.

Лос-Анджелес к этому времени уже «бурлил». В бедных районах, населенных преимущественно афроамериканцами, население к ночи высыпало на улицы и принялось жечь мусорки, припаркованные машины. На дорогах появились баррикады, в которые сваливали все, что попадалось под руку — мусорные бачки, заборы, выброшенную бытовую технику, деревяные брусья с заброшенных домов, автомобильные колеса и другой хлам. По дорогам ходили толпы людей с факелами и оружием, громко скандировавшие знаменитый в этих местах клич черных пантер — «смерть белым свиньям». Поначалу белыми свиньями называли полицейских, но с ростом протестов так стали называть любого белого жителя города.

К утру акции гражданского неповиновения вылились за территорию бедных районов, смели жидкие полицейские заслоны и вырвались в деловые кварталы Лос-Анджелеса. Здесь уж толпа развернулась во всю, принявшись поджигать дорогие машины, громить фасады бутиков известных брендов, грабить магазины. Редкие выстрелы быстро сменились непрерывной пальбой едва ли не из всех видов оружия: пистолетов, ружей, дробовиков, штурмовых винтовок, и даже пулеметов.

Власти города оказались к этому не готовы от слова совсем, чему способствовали несколько трагически сложившихся обстоятельств. Мэр Лос-Анджелеса в этот самый день находился в Аляске, где на одном из фешенебельных курортов катался на лыжах. Оперативно связаться с ним не удалось, а его заместитель побоялся браться на себя ответственность за «жесткие» действия, и предпочел ждать. Когда же удалось дозвониться до мэра, то тот, не разобравшись в обстановке и не сумев сразу правильно оценить степень угрозы, приказал разбираться с проблемой обычными средствами, и не запрашивать помощь Национальной гвардии. Другим обстоятельством, из-за которого гражданское противостояние быстро вылилось в настоящее «восстание черных», стал банальный ежегодный полицейский слет в Атланте, куда было откомандирована примерно десятая часть всего личного состава полицейского управления Лос-Анджелеса.

Средства массовой информации тем временем еще несколько дней «крутило» видеоролик об избиении афроамериканца двумя полицейскими, «продолжая» будоражить американское общество все сильнее и сильнее. Местные телеканалы в штатах, стремясь обеспечить рейтинги, подхватывали «горячую» тему, раскручивая ее еще сильнее. Репортаж из города Ангелов дополнялся и своими сюжетами, которых то же было в избытке. Тема полицейского произвола быстро стала общенациональной темой, все сильнее поднимая градус социального напряжения и резче закручивая спираль насилия. Акции гражданского неповиновения стали происходить и в других городах южных штатов. Негритянские гетто вспыхивали одно за другим, выплескивая на улицы сотни молодых людей с оружием и яростным желанием мстить белым людям и полиции. Полиция, неспособная ничего сделать, сразу же покинула улицы бедных районов, сосредоточившись на защите деловых кварталов и «богатых» пригородных районов.

Лишь на третий день массовой истерии, когда проблему уже нельзя было скрывать, до Белого Дома дошло, что нужно принимать срочные меры, иначе ситуация окончательно выйдет из под контроля. В тот же час на СМИ была введена цензура. Под страхом окончательно закрытия и уголовных дел для владельцев телеканалов запрещалась трансляция видеоматериалов, порочащих государственную власть. Особым президентским указом в города, охваченные беспорядками, были введены части Национальной гвардии, усиленные тяжелой военной техникой и авиацией. Начался призыв резервистов по отдельным военно-учетным специальностям.

* * *

Советский Союз

Москва, Кремль

В дверь кабинета тихо постучали, потом еще раз, но уже громче. Варенников все равно не услышал, так как все его внимание было поглощено телевизором.

— Знатно вспыхнуло… Похоже, даже сильнее, чем в моем времени, — бормотал он, вспоминая события «своего» 91-го года. — Тогда только город Ангелов бунтовал, а сейчас почти весь юг «горит»… Странно… Словно точку кипения нащупали…

Судя по сообщениям посольства и разведки, события в США, и правда, развивались по наихудшему сценарию. Насилие, густо замешанное на расовом вопросе и классовой ненависти к богатым, выплеснулось далеко за границы Лос-Анджелеса, и быстро зашагало по южным штатам. Свое