Точка - Алексей Сергеевич Жарков

вместо инопланетной армии обрушило всю огневую мощь нашего грозного флота на беззащитные бытовые цели вроде ферм по разведению бурой лапши или мастерских сингулярного размагничивания вакуумных туалетов, будто оно, по причине какой-то недокументированной особенности своего алгоритма, засевшего в исходниках его нечеловеческого разума, уничтожает гражданские объекты просто так, из любви к искусству. Вовсе нет – просто мы до сих пор еще не встретили в Системе ни одного военного корабля. Наша разведка их просто не находит. Но это же не значит, что их не существует принципиально. Попробуйте поспорить!

Вот что меня беспокоит. Сильнее даже, чем то, что мы, что я оказался захватчиком, именно таким и тем самым, кого всю мою сознательную жизнь меня учили ненавидеть.

{#407}

Забыл сказать, мне пришла повестка с требованием срочно явиться на призывной пункт военно-космических сил. Скорее всего, для меня уже подготовлено кресло в одном из охрениарда боевых дронов, отштампованных в последнее время на заводах Энджи. И если вам кажется, что дроны по-прежнему управляются удаленно, с комфортного и безопасного шарика, огорчу вас, и себя заодно. Больше нет. На этой войне мы посылаем в бой людей. Живых людей. Потому что «удалённая связь недостаточно эффективна в боевых условиях». Но я готов, готов на всё, и больше, чем на всё.

4

Икару хотелось есть так сильно, что казалось, будто за двоих. За того себя, который внутри и за другого, который вроде бы тоже он, только снаружи и синий. Впрочем, если бы не сложности, связанные со скафандром непосредственно – Икар оставил его упаковочную капсулу в квартире брата, за несколько сотен домов отсюда, да еще и коробку оставил – хорошую, полиморфную, ситуация была бы вполне исправима и во многом выглядела бы даже захватывающей.

Сначала на него набросился убийца дрон, затем на выстрел из «пыхи», словно металлическая стружка к магниту, потянулась к нему вся окрестная полиция. Убийца перепутал его с братом, сомнений тут никаких, они близнецы, их все путают, но знал ли брат, что к нему домой явится убийца? Может быть, он специально попросил Икара помочь, чтобы избежать его визита? Решил подставить? Нет, такого быть не могло. Тогда, может быть, Ивана самого следует предупредить? Впрочем, наверняка он уже знает о случившемся – дом его, наверное, уже обо всём сообщил.

Осмотрев синие руки, Икар выругался.

Впрочем, если бы не это, ему не удалось бы так лихо уйти от полицейских дронов – только благодаря скафандру он смог оторваться от погони, забравшись в один из юрких сверхскоростных транспортов. Необитаемые и крепкие грузовые дроны испытывают перегрузки несовместимые с живым организмом пятого уровня. Икар, как и все люди, был как раз пятого. Другое дело, если организм находится под защитой «внешнего биопериметра специального назначения».

До выхода на работу оставался час. Надо было как-то выбраться из скафандра, снять его как-то, или деактивировать, чтобы тот снялся сам, но Икар не имел ни малейшего представления о том, как это делается. Подсказки самого скафандра также отсутствовали. В таком виде, конечно же, работать было немыслимо – ведь работа его на две третьих заключалась в том, чтобы выглядеть человеком, и лишь на треть, чтобы им являться. Что же будет, если он предстанет перед Сантьяго в столь неподобающем образе?

Вдобавок к этому, страшно хотелось есть. Именно страшно, потому что необходимые скафандру питательные вещества содержались в довольно экзотических продуктах (их то и дело рисовало перед ним его внутреннее, чужое воображение), и эти продукты нельзя было добыть прямо сейчас. А надо было куда-то тащиться за ними, куда-то далеко, очень далеко, и к ужасу Икара, неотвратимость этого похода одолевала его сознание всё сильней. Скафандр надо было срочно снимать! Вот только как?

Икар обратился за советом к населявшим его новым ощущениям, среди которых уже как-то нашелся тот полезный навык переключения скафандра в режим биологической симуляции носителя, что спас ему жизнь. И там, внутри, могло быть еще что-нибудь, например, что-нибудь такое, что запускало бы процедуру отделения скафандра от тела носителя. Икар решительно погрузился в себя.

Со стороны могло показаться, что в его кривой нелепой квартирке поместили чучело какого-то синего монстра, с огромными мощными конечностями, сильной челюстью, металлизированным биодинамическим панцирем и небольшим, но весьма самостоятельным хвостом. Этот, впрочем, был втянут в панцирь и активности не проявлял. Чувства подсказывали Икару, что хвост спит.

Проверив несколько случайных вариантов, Икар решил, наконец, обратиться к документации. Он уже раздувался, покрываясь шипами; отращивал плавники и крылья – маломерные, для сред с плотной атмосферой и малой гравитацией; присоски, черпалы, закрывалы и даже огромные усы, чем-то напоминавшие мимические жгутики мподов. Ничто из этого не снимало сам скафандр. И вот, когда он созрел для чтения скучной инструкции, неожиданно выяснилось, что она была доступна лишь в информационном поле капсулы, в которой скафандр содержался, а здесь, со стороны публичного информационного пространства, её просто не видно. Капсула слишком далеко.

Свирепея от злости, Икар полез в общее инфополе, и достаточно быстро нашел в нём чью-то самодельную пользовательскую инструкцию «как снимать лиосияоанский биоскафандр третьей категории интеграции». Инструкция относилась к обычному бытовому скафандру общего применения. Скафандр был, конечно, другой, намного проще, и уровень интеграции на пару пунктов ниже, но Икару отчаянно хотелось верить, что принципы, заложенные в управление родственных изделий одного и того же производителя, окажутся схожими. Времени искать другие не оставалось.

Он лег на кривой пол, устроился так, чтобы нигде ничего не давило, и по совету инструкции, начал отчаянно тужиться. Утверждалось, что «сперва возникнут видения шикарного ночного неба, сплошь усеянного мерцающими звездами самых разных цветов и размеров, затем часть из этих звёзд начнёт двигаться, раздуваться и лопаться, напоминая салют на день Великого Фликутлания. Затем кожу начнёт покалывать и пощипывать, и общие болевые ощущения усилятся.

Примечание, однако, предостерегало: учтите, в надетом состоянии скафандр блокирует нервные окончания, позволяя мозгу носителя сконцентрироваться на управлении. Без этой блокировки в первые три секунды после неправильной процедуры снятия носитель умирает от болевого шока с вероятностью 79,45%.

«И вот теперь, – дрожащим в сознании Икара голосом сообщала инструкция, – если тело начало яростно щипать, значит вы тужитесь правильно, и скафандр стягивается. Будет больно и очень больно, но это нормально, надо перетерпеть. Боль кратковременная, и после снятия скафандра быстро проходит».

Икару было больно и очень больно, всё по инструкции, тело жгло, перед глазами рассыпались черные искры, но он терпел, чувствуя, как скафандр начинает отцепляться от его тела и разума. Мерцало такое