Герой на полставки (Genshin Impact) - Мистер Ву

по пеплу. — Устроил тут, значит, свою личную вендетту! Решил поиграть в героя-одиночку! То есть, по твоему, ты можешь переться к Первозданному Богу без чьей-либо поддержки, взрывать себя к чертям собачьим, и тебе это нормально?! А с другой стороны…

Она резко остановилась, тяжело дыша, и ткнула пальцем в воздух, отчитывая невидимого собеседника.

— А когда мне нужно было спуститься в Бездну, ты, значит, мне помогаешь, а я тебе — нет?! ДЕБИЛ! Самовлюбленный, невыносимый дебил!

Вторая колонна, не выдержав очередного удара изящной, но смертоносной ножки, со свистом отправилась в полет следом за первой, поднимая облако золотистой пыли. Рядом с ней не было привычно парящей Паймон, чтобы как-то остудить этот пыл, маленькая консерва осталась далеко внизу, на земле. Она слишком сильно плакала, забившись в угол, и винила во всем исключительно себя — за то, что не досмотрела, не остановила, не уберегла их самого странного, но такого хорошего друга. А Люмин просто не могла позволить себе плакать, в место слез из неё вырывалась разрушительная ярость на того, кто посмел оставить их всех позади.

Она долго и дышала, стоя посреди разрушенного зала, а грудь вздымалась, пока остатки адреналина медленно покидали её тело, и в один момент она просто выдохнула. Колени подогнулись, и Люмин осела прямо на покрытый пеплом мрамор.

Она потерла покрасневшие глаза, но это не помогло, плотина рухнула. Люмин позволила себе заплакать, злые слезы покатились по щекам, оставляя мокрые дорожки на испачканном пылью лице. Всё-таки пробитие брони произошло, и то, что случилось дальше, расставило все её запутанные чувства на свои места. Потерять того, кто стал для неё первым Другом в этом чужом мире, оказалось невыносимо больно.

— Ты мне должен зубик… понял? — всхлипывая и икая, пробормотала она в пустоту, сжимая кулаки на коленях. — Всё ещё должен мне его за то, что тогда назвал меня гребаным танком! Ты не имеешь права просто так исчезнуть, не расплатившись по долгам, и…. ПОПРОЩАВШИСЬ ХОТЯБЫ!!!!!

Она зло вытерла слезы тыльной стороной ладони, размазывая грязь, и шмыгнула носом, в её золотистых глазах сквозь пелену горя снова начала разгораться непоколебимая искра..

— Я спасу брата… — её голос окреп, становясь твердым и решительным. — А потом я найду тебя, где бы ты ни находился, и в каком бы измерении ни прятался, я знаю твою ауру наизусть… А выбить координаты твоего мира через Руккхадевату или Нахиду… — она усмехнулась, и в этой усмешке скользнуло нечто пугающе целеустремленное. — Не составит никакого труда, они сами будут рады мне помочь.

Люмин глубоко вздохнула, наполняя легкие воздухом Селестии, она поднялась на ноги, отряхнула пыль с платья и привычным жестом поправила растрепавшиеся светлые волосы. Девушка развернулась к разрушенному храму Фанета спиной, больше не удостаивая гробницу Первозданного ни единым взглядом.

— Я найду тебя, Идиот… — прошептала она, шагая к краю парящего острова. — Жди в гости, и только попробуй не обрадоваться.

* * *

Я сидел за родным, немного потертым кухонным столом и с первобытным остервенением уплетал невероятно вкусную жареную картошку, щедро заедая её домашними мясными котлетами и салатом из свежих огурцов с помидорами.

— Сынок… Мы же виделись только вчера, чего ты так накинулся, будто год не ел? — с легкой тревогой в голосе спросила мама.

Я ведь сорвался к ним посреди дня, едва очнувшись в своей старой кровати, для них не прошло и семи часов с нашей последней встречи, а для меня пролетели века…

— Да, чего ты так? — вторил ей папа, тоже не до конца понимая причину моего внезапного визита и зверского аппетита. Но… мужчиной он был понимающим, из тех, кто привык решать душевные терзания старым дедовским способом, он сразу взял быка за рога, хитро прищурился и, как фокусник, вытащил откуда-то из-под стола запотевшую мини-чекушку. — Раз такое дело, сынок, может… по маленькой? За встречу?

ТУК!

Тут же ему по затылку со смачным звуком прилетела деревянная поварешка, мама стояла над ним, грозно уперев руки в бока.

— Эй… Да за что?! — возмутился отец, потирая ушибленное место. — Раз в месяц-то можно! Сын приехал!

— Ты чем работающего сына поишь, ирод?! — грозно сверкнула глазами мама, перехватывая поварешку поудобнее. — Ему сегодня ещё за руль, а ты со своей сивухой!

— Ну… я же чисто символически… — попытался оправдаться батя, пряча чекушку обратно в недра кухонного гарнитура.

— Пап, извини, откажусь, — я поднял руки в примирительном жесте, едва сдерживая нервный смешок. — Я теперь закоренелый трезвенник, ни капли в рот.

Все за столом странно посмотрели на меня, даже мой младший брат, который только недавно вернулся со своей работы и всё это время молча жевал салат, оторвал взгляд от экрана своего смартфона. А играл он сейчас в кое-что очень, сука, знакомое и экстремальное — я краем глаза увидел на его телефоне загрузочный экран с белыми колоннами и парящей дверью.

— Что произошло? — подозрительно прищурился брат, ставя игру на паузу. — Ты же в прошлые выходные сам пиво приносил.

— Да так… — я неопределенно покрутил в воздухе вилкой с наколотым на неё куском котлеты, чувствуя, как перед глазами всплывает образ вечно пьяного, икающего барда в зеленых колготках, ужас. — Ассоциации очень плохие появились, травма на производстве, можно сказать.

Я перевел взгляд на телефон брата, где на экране призывно светилась надпись «Genshin Impact».

Пока родители занимались извечным бурчанием друг на друга, умудряясь при этом параллельно обсуждать насущные бытовые проблемы вроде цен на коммуналку и рассады на даче, я неотрывно смотрел на телефон в руках младшего. Братишка, конечно же, сразу заметил мой немигающий взгляд. Он нервно поводил смартфоном из стороны в сторону, проверяя слепую зону, но мой взгляд следовал за экраном.

— Ты чего… — он неловко поерзал на стуле, пытаясь прикрыть экран ладонью. — Ты же знаешь, не могу оторваться, тут Снежная вышла, буквально вчера разрабы выкатили релиз! Там Царица такое творит, а сюжетка просто отвал башки!

От упоминания Царицы у меня внутри что-то сжалось, а перед глазами промелькнул её связанное тушка на собрании Архонтов.

— Может, удалишь её? — лишенным эмоций голосом предложил я.

— Не-е-е, — брат нервно хохотнул, прижимая телефон к груди, как величайшую святыню. — Такой грех взять на душу я не могу… Я туда столько круток слил!

У меня в голове крутились такие жесткие вьетнамские флешбеки, что фоном уже играла «Форчэнэт Сан». И всё же я не мог перестать пилить его взглядом маньяка, вернувшегося с реальной войны, потому что это было справедливо, если бы он только знал, какую сюжетку я там прошел.

Под моим невыносимо тяжелым взором