Фантастика 2026-164 - Дмитрий Ромов

– Хорошо. Но как мне убить его?

– Я не знаю. Сом лег на дно, он не вернется до утра, пока мы не забросим невод.

– Я не могу ждать до утра. – Паладин возвращает карабин мужчине. – Я пойду за ним следом прямо сейчас. Предупреждаю: даже не думай обмануть меня или выстрелить в спину.

***

Паладин подходит к берегу, держа в механических руках толстый стержень арматуры. Он вырвал его из бетонного основания бензоколонки.

Воин Братства ступает на морскую пену, излучающую легкое свечение от радиоактивных отходов. Он приминает пену к песку и идет вперед. Морская рябь, потревоженная паладином, превращается в волны.

С каждым шагом паладин погружается все глубже и глубже: вода достает ему до груди, затем подходит к плечам – и наконец скрывает его под собой вместе со шлемом. Пологое дно сменяется крутым спуском, настолько внезапно, что у воина начинает кружиться голова. Потеряв под собой поверхность, он пару секунд погружается, падая в бездну.

Песок под махиной его доспеха продавливается, затягивая стальные ноги в зыбучую западню. Но мощности приводов хватает, чтобы поднять колени и пойти дальше.

Стальной брат борется со страхом, который прежде в жизни не испытывал. Его пугает темнота бесконечного океана. Свет поверхности меркнет с каждым пройденным футом.

Включается фонарик на шлеме брони, рассеянный свет образует желтый купол в подводной темноте. Паладин поднимает голову и видит мелкую голубую точку далеко над собой – это Луна пытается пробиться ко дну океана.

Герметичная силовая броня не пропускает воду. Запаса воздуха в баллонах на спине ему хватит на несколько часов – но он не планирует охотиться так долго. Водоросли поднимаются все выше, доходя до локтей воина. Бледно-зеленая растительность мирно покачивается. Вокруг него проносятся стайки мелких перепуганных рыб.

Все звуки меркнут – в давящей тишине остается только стук сердца и гулкие удары тяжелых стальных ног по морскому дну.

Он идет медленно и постоянно осматривается. В какой-то момент фонарь выхватывает в темноте руины утонувшего катера, поросшего подводной живностью. В черном проеме паладин замечает три блестящих глаза.

Фонарь и блестящие доспехи привлекают гигантского сома. Он выползает наружу. Чудище по-змеиному выгибает тело и прыгает в заросли водорослей. Паладин следит за движением сома, указывая на него лучом налобного фонаря.

Приблизившись как можно ближе, монстр как бы отпрыгивает ото дна, подняв под собой мутное облако грязи. Разинув пасть, мутант обнажает ряды острых зубов и устремляется на паладина сверху вниз, словно надеясь проглотить его одним укусом.

Стальной воин с замахом вонзает длинную арматуру прямо в рот сома. Металлический стержень с заметным усилием пробивает череп мутанта и входит глубоко в тело.

Вода окрашивается в красный, мутант в припадке ярости бросается вперед и врезается в человека с такой силой, что того подбрасывает – он отрывается ото дна. Окуляр шлема дает трещину, и сквозь нее тут же просачивается тонкая струйка холодной воды.

Приземлившись на твердый песок, паладин видит, как сом судорожно бьется о дно – от очередного удара арматура входит еще глубже, и заостренный стержень разрывает брюхо мутанта. Сом стремительно уплывает вверх, размахивая хвостом, но очень скоро возвращается, медленно погружаясь на дно, окутанный в полупрозрачную пелену собственной крови.

Безжизненное тело мутировавшей рыбы скрывается в высоких водорослях.

Паладин как можно быстрее возвращается с чувством выполненного долга, которое подбадривает его дух и помогает не сдаваться. Вода заполняет шлем, трещина на стекле ветвится и удлиняется. Воин приближается к обрыву и, карабкаясь почти на четвереньках, успешно поднимается по нему наверх.

Стекло не выдерживает и лопается. Вода бурным потоком заполняет шлем. Лицо тут же мерзнет, жидкость кажется ему ледяной.

Задержав дыхание и закрыв глаза, паладин идет вслепую вперед, с замиранием сердца предчувствуя приближение к берегу.

Уши раскладывает, и к нему возвращается звук с поверхности: бриз и волны, приносящие пену на берег. Первым же делом паладин срывает с себя шлем, и вода, не найдя преград, стекает по его нагруднику. Воин делает долгожданный глубокий вдох, и в это радостное мгновение он решает, что не будет отнимать у рыбака карабин.

Этой ночью он впервые ощутил себя настоящим защитником человечества. Пройдя сквозь черную глубину и вернувшись, паладин обрел иное понимание своей миссии.

Он стоит с закрытыми глазами, закинув голову, и наслаждается внезапно охватившей его свободой. Приоткрыв веки, он с улыбкой смотрит на звездное небо и слушает бриз. Волны бьются о его колени.

Воин не знает, что неподалеку от него стоит рыбак с энергетической винтовкой в руках. Лицо усталого мужчины перекошено, он не хочет этого делать. Он еще никогда не убивал людей.

И все же он нажимает на спуск, уверенный, что иного пути нет.

Карабин выплевывает плазменный пучок. Через мгновение голова паладина плавится в зеленое вязкое месиво.

Опустевший картридж выпадает из винтовки на песок.

Силовая броня, обезглавленная, остается стоять в десяти шагах от берега, омываемая водой.

Оратор

Кровь растекалась по асфальту, заполняя трещины и выбоины. Над дорогой стоял запах горелой мертвечины.

Они снова сделали это. Вырезали весь караван с торговцами и переселенцами. Каннибалы убили всех, не пожалев даже детей. Браминов тоже убили, но не всех – одного оставили себе на потеху.

С каждой пролитой каплей крови росла их жажда и тяга к насилию. Но они никогда не смогли бы утолить свои желания. Голод только усиливался от проглоченной плоти.

На дорогу вышли Шакалы – кошмар всех пустошей наяву.

Один из них сидел на асфальте и резал мясо с еще живого брамина. Ему нравилось слушать, как животное мычало от боли, истекая солеными слезами и жирной кровью.

Перед этим он расстрелял купца из автоматического дробовика, дав по человеку очередь картечью. Жертву буквально разорвало на куски. Шакал наслаждался видом бьющегося сердца целую минуту после того, как внутренности мужчины разлетелись по округе.

Каннибал знал: если долго смотреть на труп, то можно почувствовать боль в тех же местах, где остались раны на мертвеце. У Шакала заболели яйца.

Они развлекались с трупами как хотели, удовлетворяя свои порочные желания. Их голодные дети остались в пещерах на севере, и когда каннибалам наскучат надругательство над телами, они расчленят их, срежут мясо и отправятся домой по пустыне. Уйдут тропами, известными только им.

Стая собирала трофеи, пополняя свои коллекции ушей, зубов, членов и пальцев. Один из них заметил