Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

Еще один мужчина в простой рубашке, штанах и длинном фартуке — наверное, повар.

Случайные жертвы силового шторма. Вик, сделав круг, замерла перед пожилой женщиной, разглядывая искаженное страданием лицо. Сиятельная, которых много в Олфинбурге и даже Аквилите. О чем она думала, на что надеялась, когда пошла к чернокнижнику? Она сама выбрала участь магини или пострадала случайно, когда с неё слетела печать? Может, Брендон хочет вызвать её душу, чтобы расспросить? Это логично, хоть и не совсем законно без разрешения полиции или инквизитора.

Брендон плотно закрыл двери и подошел к Вик, вставая за её спиной:

— Вы правильно догадались, перед вами лера Отис, ведьма.

Вик его уверенно поправила:

— Женщина, больная потенцитовым отравлением. Это иное.

Брендон спокойно сказал, его дыхание чуть обожгло щеку Вик — так близко мужчина остановился:

— Вы правы. Я выбрал сам свою стезю. Это, действительно, иное. Она могла и не выбирать такую участь.

Вик обернулась у нему, делая шаг назад, чтобы не оказаться совсем лицом к лицу с Брендоном:

— Я не в укор вам. Простите, случайно получилось…

— Я не обиделся. Меня сложно обидеть или расстроить, честное слово. — он снова в упор разглядывал её, видимо, пытаясь прочитать её настоящие чувства. — Так вы по-прежнему настаиваете на своей помощи мне?

Вик уклончиво ответила:

— Смотря что вы хотите сделать. — Он так и не объяснил этого.

Брендон стоял, засунув руки в карманы штанов и переминаясь с носка на пятки:

— Оживить мертвецов, конечно же.

Вик не сдержалась — память Марка была полностью к её услугам:

— Хватит, Брендон, я уже поняла, что вы страшный и ужасный колдун, пытающийся меня отговорить. Но я уже тут. Я знаю, что недавно умершим можно вернуть жизнь, если сразу же шагнуть колодцем смерти. Меня такое не шокирует — раз сами боги позволяют такое, значит, черноты в этом нет. И зла тоже — я видела мальчика после ритуала оживления. Это обычный мальчишка. — Она вновь посмотрела на тела погибших в силовом шторме. — Если вы спрашиваете себя, заслужили ли они жизнь — однозначно, да. Только проблема в том, Брендон, что силовой шторм был днем, а сейчас вечер — души уже у богов. Вряд ли они откликнутся.

Брендон улыбнулся уголками губ:

— Значит, вас не пугает то, что тела уже остыли? И может получиться нежить?

Вик потерла разболевшийся висок:

— Я думаю, что вы, хоть и были в Карфе, но создавать зомби не собираетесь. И нежить тем более.

— И почему же? — мужчина пристально рассматривал её.

— Тому порукой воспоминания Марка о вас.

— Ааа… Да…

— И то, что тетродотоксин крайне сложно достать в Аквилите. Свой прошлый запас вы уже израсходовали.

— Отец Маркус во всей своей красе… М-да… И как? Не мешают его мысли жить?

Вик честно призналась:

— Вы даже не представляете, насколько мешают. Вот сейчас мне хочется дать вам подзатыльник, но я отдаю себе отчет, что это воспоминание Марка, а не мое желание. Хочется пожелать Марку еще много-много-много лет жизни, чтобы он успел вытащить из меня все свои воспоминания.

Кажется, ей снова удалось сильно удивить Брендона — с его ладоней опять сорвался эфир:

— Вы хотите добровольно пройти чистку у менталиста? Не говоря уже о том, что вы хотите отказаться от знаний отца Маркуса?

— Да, хочу. Некоторые знания не стоит знать.

— Например? — Брендон чуть подался вперед.

— Например, я хочу быть вашим другом, потому что мы сами вами подружились, а не потому, что меня к этому принуждают воспоминания Марка.

Брендон белозубо улыбнулся — впервые открыто и свободно:

— Поверьте, добровольно никто не хочет быть моим другом. Тут мы с Маркусом в одном положении… — он вздохнул, посмотрел на застывшие на полу тела и наконец-то принялся объяснять: — Об этом не говорят… Об этом даже думать боятся храмовники, но отец Маркус, как менталист это подтвердил… Во время силового шторма выпивается не только жизнь из тел случайных жертв. Выпиваются их души, ибо жизнь — это жизнь души.

Вик от неожиданности прикусила губу — небеса, такое стоит скрывать, потому что люди всегда после чьей-то смерти утешались тем, что души перешли к богам, в лучший мир.

— …эта информация может стоит жизни десяткам, если не сотням женщин, больным потенцитовой интоксикацией. Их запирают в психлечебницах, но что их стены перед гневом разъяренной толпы. Поэтому храм молчит и будет молчать — расправы над женщинами могут принять угрожающий характер. Но мне эти знания на руку. Я могу на время оживить леру Отис и вытащить из неё чужие души. Полагаю, она и сама не рада, что прихватила с собой случайные души. А тела жертв я заранее погрузил в стазис — мне повезло, что все полицейские маги были измотаны борьбой с силовым штормом и не заметили мое колдовство.

Вик замерла — она ничего не понимала: Брендон уже все сделал сам, даже тела сохранил:

— Если вы сами в состоянии со всем справиться, зачем вам моя помощь?

Брендон вздохнул и как-то совершенно виновато посмотрел на Вик:

— Отец Маркус вам ничего не подсказывает?

— Нет, — Вик даже головой качнула для верности.

Брендон уперся взглядом в пол и признался:

— Потому что обычно я, проводя обряд, успеваю только высвободить души, а потом прибывает отряд полиции, чтобы меня арестовать: слишком сильные колебания эфира, его сложно не заметить. Иногда мне везло, и первым приезжал отец Маркус. Вот почему у вас чешутся руки в желании отвесить мне подзатыльник.

Вик неуверенно начала:

— Я вам нужна, чтобы вас не арестовали?

— Вы мне нужны, чтобы создать защитное плетение вокруг меня и погибших — так мое колдовство не заметят. Самому плетению я вас обучу — оно несложное, немного затратное по энергии, но я клянусь — я не буду нарушать ваш защитный контур, я не буду сопротивляться, так что ваших сил более чем хватит. Так… Вы…?

— Я в деле, — твердо сказал Вик, с ужасом пытаясь придумать отговорки для городского морга и полиции, если ритуал сработает.

Брендон, видимо, все же сильно преувеличил легкость плетения — у Вик ушло больше получаса, чтобы созданная при помощи колдуна эфирная сеть стала стабильной и достаточной по размерам, чтобы включить в себя пентаграмму, тела и самого Брендона. Да, он сразу оказался внутри плетения, чтобы, как он сказал, не волновать понапрасну Вик во время прохода.

Вик замерла от удивления, рассматривая огромную сияющую голубым полусферу из эфира, мелкоячеистую, как рыбацкая сеть, и устойчивую. И её создала она! Она, которая еще недавно даже светляк не