Лишь одна Звезда - Роман Евгеньевич Суржиков

— Леди Аланис Альмера, которую считают погибшей при Эвергарде, волею богов осталась жива.

— Откуда вы это знаете?

— Я, милорд, явился непосредственным свидетелем и, более того, участником ее чудесного спасения.

Сутулый безымянный Ориджин попросил герцога:

— Позволь-ка, я задам пару вопросов нашему доброму гостю. Больно любопытно.

— Прошу, кузен.

Паренек указал Джоакину место за столом:

— Присядьте. Желаете вина?

Джо сел. Желание проявить скромность поборолось в его душе с заманчивым будущим шансом сказать: «Мне случалось пить вино с самим герцогом Ориджином, да еще его кузенами в придачу!..» Победила скромность.

— Ну, как пожелаете. Итак, вы были свидетелем и участником спасения леди Аланис?

— Да, милорд.

— Каким же образом она спаслась?

— Верные рыцари вынесли ее из Эвергарда через подземный ход. А я по воле Праматерей встретил их и оказал немалую помощь.

— Немалую помощь?.. И в чем она состояла?

Серые глаза сутулого были не просто усталыми. Еще — надменными, с наглой, заносчивой хитринкой.

— Изволите видеть, милорд, наш отряд попал в засаду, устроенную людьми Галларда Альмера. Исключительно при моей помощи герцогине удалось избежать плена и гибели. Однако ее вассальные воины были потеряны в бою, и единственною защитой и поддержкой миледи остался я — Джоакин Ив Ханна.

— Вот даже как!.. Позвольте узнать, что вы предприняли дальше — с целью защиты и поддержки?..

Закрадывалось неприятное ощущение, что безымянный кузен не верит Джоакину. Ишь, какой! Лучше бы прямиком с Эрвином говорить, а не с этим! Хорошо хоть, Эрвин все слышит.

Джоакин сел вполоборота к красавчику-герцогу и заговорил:

— Ситуация, в которой мы оказались, была очень сложна. Говоря «мы», я имею в виду себя и леди Аланис, ибо больше никого с нами не было. Нас преследовали головорезы Галларда Альмера, а также предателя Блэкмора. Приходилось путешествовать в состоянии полнейшей маскировки, скрытности и безденежья. Однако, милорды, заверяю вас: леди Аланис не нуждалась ни в чем. Желала еды — извольте откушать; нужен был конь — вот и конь, пожалуйте. В гостинице ночевать — для миледи лучшую комнату, а я несу вахту под дверью. Если в поле — всю ночь не сомкну глаз, чтобы не подкрались враги. Понадобился лекарь — я вихрем мчусь и привожу лекаря, притом самого лучшего, да с полной сумкой снадобий!

— Лекарь?.. — сутулый кузен как будто встревожился. — Леди Аланис нездорова?

— Она получила ранение при штурме Эвергарда. Но не волнуйтесь, милорды, сейчас ей ничто не угрожает. Преодолев все преграды, я доставил миледи в такое место, где ей оказали наилучшую врачебную помощь. И всяческая наименьшая опасность, что угрожала ее жизни, теперь устранена!

— Стало быть, герцогиня Аланис Альмера дважды обязана вам жизнью?..

— Это слишком громкие слова, милорд. Я бы не осмелился сказать именно так, хотя это и правда.

Герцог Эрвин хохотнул. Безымянный кузен улыбнулся одними глазами, на миг обретя сходство с леди Аланис. Так и она улыбалась в лесу, в овраге, когда блэкморские сквайры шутили про грибочки.

— А не скажете ли, сударь, каков характер ранения леди Аланис?

— Каков бы он ни был, милорды, — на всякий случай уклонился Джоакин, — беда уже позади. Миледи здорова и полна сил.

— Потому вы и позволили себе оставить ее одну?

Теперь даже тон был похож! «Ах, вы потеряли своего коня? Не тревожьтесь, сейчас я сбегаю и разыщу его! Или предпочтете корову?..»

— Милорды, я оставил миледи в обществе надежных людей, окруживших ее всяческой заботой, а сам отправился в путешествие, чтобы разыскать помощь, необходимую в той непростой… э-э-э… политической обстановке, в которой миледи оказалась.

— Хотите сказать, это Аланис отправила вас к нам?

— Нет, милорд. Я рассудил на свое усмотрение и решил обратиться к его светлости — вашему кузену — как к человеку сильному, благородному и… э-э-э…

— Красавчику, — подсказал сутулый. Герцог почему-то нахмурился.

Кузен повел плечами, плотнее кутаясь в меха. Взял чашу вина в обе ладони, будто пытаясь согреть пальцы. На узких руках его были перчатки из тонкой кожи — опрятные такие, чистенькие, гладенькие. Если смотреть только на руки, подумаешь, что перед тобою девица!

— Итак, Джоакин Ив Ханна, оставим лирику. Я понимаю так, что местоположение Аланис вы откроете нам за некую плату. Назовите цену.

Вдруг, нежданное и прежде не познанное, возникло у Джо чувство, что его испытывают. Не чахлый какой-то герцогский родич, а сама судьба. Назовите цену. Это шанс — редкостный, сверкающий! Что угодно можно назвать, и всемогущий Дом Ориджин даст, не моргнув глазом. Рыцарский титул, владение, золото — что им стоит? За месяц проглотили половину Южного Пути, идут на столицу, грозят императору! Все, о чем только может попросить Джоакин, для этих троих северян — тьфу, пылинка… Но откуда же чувство, что есть лишь один верный ответ?

Назовите цену. Скажи то, что должен. Не ошибись. Праматери смотрят на тебя. Прежде не смотрели… но теперь!..

— Я не люблю торги, — сухо произнес кузен. — Не ждите, что стану предлагать. Скажите сами, чего хотите.

Служить его светлости… в титуле рыцаря… принести присягу… Как-то все померкло, сделалось пресным на вкус, ненастоящим. Единственный шанс — истрать его достойно. На то, что нужно. Без промаха.

Джоакин встал, сделал шаг, остановился перед златовласым герцогом Эрвином.

— Ваша светлость, я прошу вас дать слово, что поможете леди Аланис. Защитите и убережете ее, оградите от бед.

— Слово?.. — герцог опешил.

— Да, ваша светлость. Поклянитесь, что поможете миледи! Тогда я открою вам, где она.

— Бывает… — обронил бородач.

Герцог смерил Джо ледяным взглядом:

— Ставите условия, сударь? Требуете от меня клятвы?

— Ваша светлость, вы — благородный человек. Аланис — девушка, попавшая в беду. К тому же дворянка и ваша соплеменница. Поступите по чести, ваша светлость! Больше ни о чем не прошу.

Была тишина.

Четко услышалось, как тощий кузен шепнул:

— Красиво… хотя и поздно.

Больше никто ничего не сказал — не успел. Вишневый полог шатра откинулся. Джоакина бросило в жар и холод разом. В груди — не то щелок, не то мед, не то жидкий свинец. Лицо вспыхнуло огнем и вмиг сгорело до костей.

Леди Аланис Альмера подошла к столу, тронула за плечо сутулого паренька в мехах:

— Милый Эрвин, прошу, уберите этого человека.

Эрвин?!

Герцог Ориджин — некрасивый, худой, болезненный, надменный