"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез

ней стоит, сам почти что раздет, греет ее ступни своим горячим дыханием. Пальчики целует, даже будто прикусывает… Да что же это, зачем так… ай, сердечко сейчас совсем выскочит из груди…

— Вот немножечко и согрелась… Встань-ка еще.

Девушка послушно поднялась, Годар тоже выпрямился перед ней, и вдруг одним уверенным движением, ухватив обеими руками за ворот, разорвал рубашку Леды до пояса.

— Ай…. Зачем…

Девушка ахнула, невольно прикрываясь руками. «А уж к чему бы… глупости какие, даже смешно… как будто ничего не ведаю о том…»

Годар усмехнулся уголками губ, глаза оставались холодными и почти злыми почему-то.

— Так нужно было. Ты ведь не девица уже, хоть какую-то преграду я преодолеть должен. Теперь ты и вправду моя вся, и я могу тебя взять.

Странно все как-то, словно строгим стал враз, суровым… чужим. Прямо как в первые дни. Леда покорно опустила голову, враз перехватило дыхание:

— «Надеюсь, по-вашим обычаям древним не придется мне еще как-нибудь кровь пускать, раз уж я такая сейчас…»

Словно почувствовав ее тревогу, Годар снова усмехнулся, и взгляд его смягчился вдруг. Молча спустил с дрожащих плеч девушки остатки одежды и властно привлек к себе молодое трепещущее тело. Грудь к груди, живот к животу… Ближе почти не бывает…

Но это прикосновение сразу же успокоило Леду, вновь ощутила она приятное волнение от Его близости. Девушка освободила руку, прижатую к груди, и робко провела по плечу Годара, словно повторяя пальчиками замысловатую вязь рисунка.

— Ты же всегда хотела «его» как следует разглядеть… может, еще огня зажечь?

— Нет… — быстро ответила Леда, немного смутившись, — мне и так все видно. Это… это очень красиво… Ты красивый… Годар… Я говорила уже прежде.

— Вот как… что-то я подзабыл, еще слушать хочу твои речи сладкие… так, говоришь, красив… И когда только поняла?

— Может быть… может, еще с нашей первой встречи, там в лесу у воды колдовской. Мне тогда показалось, что ты какое-то Лесное Божество или Водяной, в омут меня утащишь. А, оказалось, ты умеешь летать!

Невольно задержав дыхание, Леда медленно провела рукой по спине мужчины, от плеча к пояснице. Годар тут же повторил ее движение, уже по изгибам тела девушки и замер, накрыв ладонью округлости ниже ее талии.

Леда почувствовала, как напряженная плоть мужчины упирается в ее тело, ожидая освобождения от холщовых штанов. Годар вздохнул, сбрасывая с бедер Суженой разорванную им же рубашку. Едва сдерживая легкую дрожь, Леда прильнула губами к гладкой груди супруга, как раз в том месте, где четко был прорисован бесстрастный взгляд Крылатого Чудища.

Но Годар не позволил девушке продолжать, он подхватил ее под колени и бережно положил на постель. Обнаженной спиной Леда сейчас же почувствовала шероховатую поверхность льняной простыни, что так же, как и рубашка была испещрена причудливой вышивкой ярко-красного цвета.

Прикосновение к неровной текстуре полотна лишь усиливали возбуждение. Теперь Леда уже более уверенно отвечала на все более страстные и нетерпеливые ласки мужа. Сначала он завладел ее ртом, их поцелуи длились бесконечно долго, то глубокие и влажные, то легкие, почти целомудренные прикосновения… Тела супругов переплелись, руки их жадно скользили по коже — нежной и гладкой у Леды и более грубой, с чередой мелких и длинных шрамов Годара. Руки изучали, ласкали, наслаждались и дарили радость…

Соединившись с Возлюбленной, мужчина только удовлетворенно вздохнул, зарываясь лицом в пушистые волосы девушки, потом ласково поцеловал ее подбородок, опустился к шее, он знал, что ей будет приятно оттого, знал, чего бы она сейчас хотела.

— Потерпи чуточку еще, сейчас приладишься ко мне… маленькая-то какая…

— Да… нравится так… хорошо…

Наконец, Леда вновь коротко простонала, не в силах остановить нарастающую волну желания, и порывисто обхватила супруга бедрами, позволяя окунуться в самые недра… туда… к истокам зарождения Жизни… к самому центру ее Женского Существа…

Теперь девушка уже сама ритмично поднималась, встречая каждое движение мужчины, и через несколько мощных встреч они оба пришли к чистому восторгу, опьяненные, восхищенные друг другом.

Годар опустил Леду на постель, освободив руки из-под ее спины, и сам прилег рядом. Удерживая голову на согнутой в локте руке, долго смотрел мужчина, как золотыми нитями под прозрачной кожей расходятся по телу Любимой затихающие волны удовольствия. Леда открыла увлажнившиеся глаза и благодарно улыбнулась Супругу. А потом обнялись они и затихли, отдыхая…

— Ну, что смеешься-то, вижу ведь, хочешь что-то сказать…

— А ты не рассердишься? Это про себя, тайком надобно мовить, меня Арлета учила. А я не хочу тайком. Не хочу, чтобы ты меня через колдовство любил.

— Знаю я ваши присказки… Каждой девке матушка такие советы дает, и вперед мужа в избу войти, и больший кусок свадебного каравая откусить, чтоб над суженым верховодить. Сказки поди… не особливо верится что-то.

— Вот не веришь, так мог бы и поменьше отхватить от каравая, да куда уж там… я бы так не смогла…

Смеялся Годар, оглаживая нежную спину девушки, целовал ямочку между ключиц, потом зашептал в ушко:

— Исполни, что Арлета велела, хоть крадче, хоть во весь голос. Я шутить не стану над тем.

Леда вгляделась в его посветлевшие змеиные очи и на выдохе одном проговорила:

— Ты Орел, я — Орлица, Ты — Голубь, я — голубица, Ты — дикий Тур, я твоя Турица, Люби меня, как и сам себя и больше всего на свете.

Потом спрятала порозовевшее личико на груди мужчины, чувствуя, как новым желанием распаляется его тело. Воистину, ночь нежна… Если с Любимым рядом быть…

— Слова добрые ты сказала. Я их за тобой вслед повторил тихо. Все исполнится у нас — все, что вместе