"Фантастика 2026-77". Компиляция. Книги 1-19 - Виктория Богачева

– Папа? – она буквально влетела в кабинет и остановилась в дверях, схватившись за притолоку. – Почему ты…

– Ру, закрой дверь, – сухо велел отец. Он был уже одет, сидел на убранной постели, чёрный, словно ворона. – Ты знаешь, где живёт Астрелия, учительница Себастиана?

– Да, но…

– Ру.

– Папа, тебе нельзя! Ты…

Ульвар посмотрел на дочь. Руэри вздрогнула. Она знала этот взгляд. Перед ней был государь, не отец. Тот, кому не возражают, не прекословят, а просто выполняют приказ. Девушка сглотнула и облизнула разом пересохшие губы.

– Напротив сквера герцога Инрэга. Голубой дом с черепичной крышей. Там других таких нет.

– Хорошо. Я рассчитываю на твоё молчание.

Он поднялся и направился к выходу. Руэри не осмелилась его остановить. Проходя мимо дочери, Ульвар остановился, ласково провёл пальцами по её щеке.

– Я всё знаю, милая, – шепнул, смягчившись, – но иногда выбора нет. Бывает так, что ты выбираешь не между лучшим или худшим, а между плохим и очень плохим.

– Пап… мне страшно за тебя.

– Не бойся.

Ульвар притянул дочь, поцеловал её в лоб.

– Ру… я хочу, чтобы эта вещица пока побыла у тебя. Только дай слово, что ты никому не расскажешь о ней, не покажешь и, если тебя спросят, не признаешься, что тебе её дал я.

– Па-ап?

– Слово, Ру.

– Обещаю.

Ульвар вложил в руку дочери маленький предмет. Руэри удивлённо вскинула брови:

– Ключик? От тайн? И где мне искать замок под этот ключ?

– Его не надо искать. Просто будь умницей.

Руэри проводила отца недоумевающим взглядом и снова посмотрела на серебряный ключ с двумя бороздками. Совсем маленький, будто от шкатулки. Пожала плечами. Сняла с шеи цепочку с аметистовой капелькой (принцесса верила, что этот камень хранит её) и надела ключик. А затем поторопилась в ротонду: предстоял разговор с Элиссаром, а Ру так и не решила, что сказать княжичу и что делать дальше с ненужной любовью, которую сама же в нём разожгла.

***

Отпустив карету, Астра прошла в сквер и задумчиво посмотрела в мраморное лицо погибшего в морском сражении герцога.

– Ну вот и что мне делать? – с горечью спросила она.

Насколько же было проще до слов Себастиана о любви. Положим, это обычная мальчишеская влюблённость, и она, конечно, пройдёт, но… теперь Астра должна была постоянно взвешивать, что сказать и как посмотреть. До этого признания девушка могла, например, улыбнуться своему ученику, подмигнуть и вообще… Сейчас улыбки стали делом немыслимым: любая вольность могла прозвучать для Себастиана подтверждением его надежд. Астра постоянно ловила на себе его взгляды, такие робкие и очень внимательные. Можно сказать, вопросительные. И ей становилось до крайности неловко.

Девушка посидела на скамейке, размышляя. Больше всего на свете ей хотелось отказаться от уроков под любым благовидным предлогом. Как-то всё это было… нечестно. Но в ушах словно всё ещё звучали слова Риана про испугавшуюся бабёнку и про то, что она единственная, кто может воспитать будущего короля.

«Я потом подумаю об этом, – подумала Астра, зябко поёжилась, встала и направилась в дом. – В конце концов, Риан прав: впрягся в повозку – тяни до переправы». Она открыла дверь, скинула с ног сапожки и…

– Астрелия… у нас гости…

В дверях кухни показалась мама, и при одном взгляде на её бледное и какое-то словно застывшее лицо, сердце Астры сжалось. Девушка сняла плащ, повесила его на крючок и прошла в двери. Замерла, широко распахнув глаза. Моргнула пару раз, а потом опустилась в глубоком реверансе:

– Ваше величество…

Король на их кухне! Король! Сидит и пьёт чай, как будто… как будто…

– Добрый вечер, Астрелия. Отама, оставьте нас, пожалуйста, наедине.

Мать замерла, с неприязнью и страхом глядя на монарха. Астра мягко обняла её:

– Мам, не переживай, я сама позабочусь о Его величестве.

– Я неподалёку, – шепнула Отама в ответ.

«Как будто мне это поможет, если король разгневается и прикажет отправить меня в Красный замок», – подумала Астра и уловила на лице Ульвара тонкую усмешку. Видимо, королю пришла в голову та же мысль. Девушка закрыла дверь и снова обернулась к гостю.

– Ваше величество?

– Астрелия… Астра, верно?

– Да, Ваше величество.

– Что ж. Прекрасное имя. Астра, я освобождаю вас от обязанности учить моего сына и принёс вам жалованье: сто золотых щитков. Так же я разрешаю вам весной пройти испытания и поступать на факультет горных искусств. Проходить испытания будете или непосредственно у магистра Барнабаса, или, если тот не сможет, у магистра Эйнара.

– Сто золотых щитков? За несколько дней обучения?

Астра уставилась на тугой мешочек, лежащий на столе. Ульвар снова усмехнулся:

– Я ценю ваши услуги.

Девушка посмотрела в его лицо, смело и твёрдо.

– Деньги и ваше разрешение мне мог бы принести любой слуга, не так ли, Ваше величество? Прошу вас, скажите прямо то, что хотели мне сказать. Зачем вы же решили…

Король поднял руку, и учительница замолчала.

– Астрелия… Видимо, этикет не проходят в стенах университета. Значит, со следующего года станут проходить. Вы просите говорить прямо? Я щадил ваше достоинство. Извольте. Мне не нравится, как вы влияете на моего сына.

– И за это вы мне платите сто золотых щитков?

Астру затрясло. Она испугалась, что ещё немного и рассмеётся.

– Считайте это приданым, – холодно ответил король. – Ваш отец, коронель Дьярви, много сделал для короны.

– Приданым? И за кого же…

– Неважно. К вам сватается Грэхем, кажется? Например, за него. Я дам вашему жениху титул лейтенанта, а полгода спустя и капитана. Но я желаю, чтобы вы сегодня же дали согласие, а завтра состоялась ваша свадьба.

– Ч-что?..

Девушка бессильно прислонилась к притолоке и потрясённо уставилась на монарха.

– Мне всё равно, кто станет вашим мужем. Если Грэхем вам не нравится, выберите другого. Но свадьба должна состояться завтра.

– В-вы шутите?

– А похоже?

Из ледяных глаз короля на Астру смотрела смерть. Или что-то худшее.

– Я не хочу… не хочу выходить замуж, – губы девушки словно заледенели и двигались с трудом.

– Сочувствую. Астра, вы молоды, а потому я снисходителен к вам. Приказы короля не обсуждаются, и ваше желание или нежелание не имеет значения.

– Но почему? – закричала девушка.