Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

Инния удивила Ариэну ещё больше, чем Варт. Куда только подева­лась та болезненно-худенькая некрасивая девушка, которую Ариэна помнила с осени?

– У меня, наверное, вид, как у дохлой рыбы, – кокетничала моло­дая мать, любуясь прильнувшим к её груди младенцем. – Я совершен­но не высыпаюсь.

Может, Инния и правда не высыпалась, но выглядела она прекрас­но, а когда переглядывалась с Вартом, глаза её сияли от счастья.

Обряд действительно не занял много времени. Ребёнка окунули в ванну с морской водой, потом полили из кувшина пресной, после че­го дали подержать названым родителям. Каждый из них, взяв младен­ца на руки, громко произнёс его имя – Димелис. Следуя обычаю, на­званые отец и мать сделали своему наречённому подарки: Тамран – ­кинжал в позолоченных ножнах, Ариэна – диллиновую подвеску в виде шестиконечной звезды.

– Он родился немного раньше срока, – сказал Варт. – А всё по­тому, что накануне был праздник, и мать этого парня весь вечер хо­хотала до одури.

– А кто меня смешил? – шутливо вскинулась Инния.

– Она чуть живот не надорвала…

– Значит, ваш сын будет весёлым, – заверил счастливых родителей Тамран. – Это же хороший знак, что смех ускорил его приход в этот мир.

– Да наверное, будет, – кивнул Варт. – Всё время улыбается.

И он с гордостью посмотрел на своего первенца.

«Увидит ли когда-нибудь Тамран улыбку своего ребёнка?» – поду­мала Ариэна. И тут же постаралась отогнать грустные мысли подальше Она была очень рада за Иннию и Варта. Молодая пара выглядела со­вершенно счастливой, и чувствовалось, что Варт давно уже стал пол­ноправным членом семьи.

– Он ещё с осени ходит с нами на промысел, – сказал Тирел. – А началось с того, что сын заболел, вот мне и пришлось взять в мо­ре Варта. Не тянуть же сети одному. Силы у меня уже не те. Раз взял, другой… А потом сам попросился. Понравилось. Ну а мы и не против. Парень повеселел, перестал хоть смотреть на всех испод­лобья. А когда выяснилось, что Инния беременна, он и вовсе изме­нился. Стал какой-то задумчивый… И всё возле неё старался при­строиться. Сядет рядом – словно стережёт. Она в сад или на огород – он за ней. Смотрим – она, вроде, не шарахается. А однажды подо­шёл ко мне и спрашивает: «К моему сыну не будут относиться хуже из-за того, что его отец пират и... вообще?» Я говорю: «Вообще» было некрасиво, но этот ре6ёнок будет моим внуком, так что любовь и забота ему в этой семье обеспечены. И почему ты решил, что это будет сын?» А он: «У всех моих братьев сыновья. И у отца ни одной дочери. У нас на острове даже поговорка была – «От мужчины из дома Ганнара – либо мальчик, либо сиффер». Так одну заразную болезнь называют. Она чаще у развратников 6ывает. Семейка-то у него – будь здоров! Он тут порассказывал… Знаешь, пожив среди таких людей, этот Варт мог бы быть куда хуже. Рос, как зверёныш, кото­рого все пинали, вот и привык рычать да кусаться. Теперь отвыка­ет, хвала Найяре. Отец его промотал почти всё состояние и всех детей разогнал. Варт с четырнадцати лет среди пиратов был. Хоро­шо, что мы вырвали его из этого логова. Я вот иногда думаю… Вся эта история начиналась так скверно, а потом оказалось, что всё к лучшему. Мы ведь и не чаяли нашу Иннию замуж выдать. Ты же помнишь, какая она была. Парней на острове меньше, чем девушек… А получилось, что дурнушка Инния вышла замуж раньше всех своих подруг. Да ещё и красавца отхватила. А сама-то как расцвела! И боль­ше не заикается. Всё повернулось к лучшему. И всё благодаря тебе, царица Аранхайи.

– Нет, Тирел, это не моя заслуга. Спасибо твоей дочери, что она его простила. И вам – за то, что не стали его пинать, как это делали многие.

– Ты ведь тогда что-то увидела? Во дворе перед замком… Я пом­ню, какой у тебя был взгляд.

– Мало ли, что я увидела. Варт сам пожелал повернуться к свету. Инния это поняла и не оттолкнула его. Большинство детей зачаты во тьме, но это не мешает им становиться для близких источником света.

Этот сезон тумана сильно затянулся, о чём Ариэна нисколько не жалела. По утрам она подходила к окну и улыбалась, глядя на мерца­ющую стену, возведённую морским божеством вокруг острова счастья. За этой стеной был мир, в который не хотелось возвращаться. Временами серебристая пелена затягивала весь остров, вернее, все три острова, но длилось это лишь несколько часов. Местные жители го­ворили, что арилловый туман способствует более частому появлению обычного. Ближе к берегу этот обычный, похожий на пар, туман смеши­вался с арилловым и тоже искрился, хотя и очень слабо.

Ариэна и Тамран любили такие дни. Казалось, что сорвавшиеся со своей высоты облака растеклись по земле, заполнив кипящим не­бесным молоком все низины. Некоторые дома и сады совершенно теря­лись из виду, а очертания холмов расплывались в серебристо-белой дымке. Иногда туман был такой густой, что скрывал и холмы. Лишь самая высокая гора с развалинами древнего дворца да башни Скалис­того Замка вздымались над облачной бездной, словно призраки, уже наполовину одевшиеся материей.

Ариэна и Тамран латали по всему Ди-Милону. Они то поднимались над туманом, то погружались в него, словно ныряя в пучину хаоса, где мимо них проплавали смутные силуэты. Образы, которым суждено либо стать реальностью, либо раствориться в небытии, дабы потом возникнуть на другом полотне, на другом слое божественной паутины. Иногда у Ариэны было такое чувство, будто они с Тамраном за6луди­лись где-то в Междумирье. Там, где можно встретить умерших и ещё не рождённых, где можно найти дорогу в другой мир, но только вер­нуться обратно уже не удастся…

Однажды, проплутав в мерцающем хаосе почти до ночи, Ариэна и Тамpaн очутились возле призрачного замка. Парящий над туманом дво­рец и Гиамара сверкали так ярко, словно они были в этом мире един­ственной реальностью, а всё остальное поглотил и растворил в себе хаос. Всё вокруг превратилось в иллюзию, и убежище можно было най­ти лишь в этом дворце, наполненном светом Гиамары.

Подлетев к нему совсем близко, Ариэна и Тамран увидели изящные арки, стройные колонны и пилястры вдоль покрытых рельефами стен, высокие окна и лёгкие, с заострёнными