"Фантастика 2026-85". Компиляция. Книги 1-14 - Stonegriffin

неслышно напевал себе под нос — не слова, а ритм, ровный и тихий, как удары сердца; мелодия была ему нужна не для настроения, а чтобы держать все свое внимание в одной точке.

Единственный стелс Тринадцатого шёл на малой высоте, прятался под слоями помех, которые для чужих диспетчеров наверху были просто шумом в эфире, а для них — одеялом, тонким и единственным, отделявшим жизнь от внезапного белого света прожекторов.

Пит открыл глаза, когда дыхание совпало с вибрацией корпуса. Удобный момент для полевого брифинга. И достаточно близко, чтобы слова легли в головы вовремя, и достаточно далеко до точки прибытия, чтобы не звучать как суета.

— Слушайте.

Голос прозвучал тихо, но в тесном отсеке этого хватило. Лин сдвинула один наушник. Рейк вздрогнул, выпрямился ещё сильнее. Джоанна убрала удавку в подсумок и сцепила пальцы на колене. Нова подняла голову, не двигаясь.

Гейл не обернулся, только бросил:

— Эфир чистый. Нас не слышат.

Пит кивнул, хотя Гейл этого не видел.

— Есть подтверждение: отряд «четыреста пятьдесят первый» жив.

Рейк вдохнул слишком шумно — и тут же будто подавился собственной жадностью к воздуху, сделал вид, что поправляет ремни.

Пит продолжил тем же ровным тоном:

— Сначала — перегрузка на «Юг-три». То, о чём говорили на брифинге ранее. Лин, всплеск видела?

— Да. Локальный подскок по каналам проверки. Синхронизация с техсетью. Почерк капитолийский.

— Они открыли короткий канал, чтобы проверить «аварию». Мы его подцепили. По докладам и маршрутам запросов связь отметила сектор: промышленный кластер на окраине Третьего, отдельный ангар. Гражданских линий нет. Только военный контур.

Он поднял руку и провёл в воздухе невидимую линию — как будто перед ним действительно висела карта.

— Потом подпольная сеть Третьего передала шифр от людей Боггса. Коротко: «живы, ангар миротворцев, перевозка утром». И ещё — подтверждение, что на них ошейники.

Он не стал объяснять, откуда это известно. И так было ясно, как в таких местах узнают правду: слишком быстро и слишком поздно.

— Восьмой, Десятый… — напомнил Пит. — Там уже видели такое. «Ценные» пленные — на публичную казнь, в Капитолий. Взрывчатка в ошейниках, а терминал управления у командира смены.

Слова падали сухо, как камешки.

— Плутарх сверил это с расписанием грузовых поездов. Такие грузы любят отправлять на рассвете: меньше глаз, легче перекрыть районы. После погрузки охрана сменится, как и контроль — станет централизованным. До ошейников будет уже не добраться.

Он помолчал, давая им собрать в голове картинку.

— Вывод простой: у нас одно окно. Пока они в дистрикте и пока управление ошейниками локальное. После погрузки окно захлопнется. Скорее всего — навсегда.

В отсеке стало ещё тише.

Пит посмотрел на Рейка. Тот сжал губы и уставился в пол между ботинок, будто там было написано решение всех проблем.

— План тот же, что утвердили, — продолжил Пит. — Подходим к сектору. Дальше работаем по тем правилам, которые уже знаем. Кодовые сигналы помним: «Тень» — всё чисто, «Стена» — замерли, «Вода» — отход.

Он говорил спокойно, без попытки подбодрить или запугать. Просто ставил шаги один за другим.

— Я иду один. Использую слепые зоны и логику их периметра. Если потребуется, локально подкину «аварию» на второстепенном узле — так, чтобы они открыли ещё один короткий канал ближе к ангару. Лин по всплеску уточнит нам точку их содержания.

Лин кивнула. Ей не нужно было ничего записывать: всё важное она уже прокрутила в голове по нескольку раз.

— Тихо снимаю наружные посты. Без выстрелов, без возни, насколько возможно. Дальше — командир. Через него — к терминалу ошейников. Рука, карта или код — что будет. Вхожу в систему. Отключаю, блокирую, перевожу в безопасный режим — так, чтобы они не смогли взорвать ошейники даже если догадаются.

Он не уточнял, откуда знает, как устроены такие системы. Лишние слова дробят цель. А она должна быть цельной.

— Потом — к Боггсу. Забираю людей. Веду через старый коллектор к точке эвакуации. Там узко, сыро и скользко, но это не основные линии. Значит, шанс есть.

— А мы? — тихо выдохнул Рейк и тут же откашлялся, словно хотел проглотить вопрос.

Пит посмотрел на него без осуждения.

— Вы — снаружи. Лин слушает эфир. Ты и Нова держите внешний периметр. Без самодеятельности. Джоанна — с вами.

— Прекрасно, — буркнула Джоанна. — Как воспитатель на тихом часу.

Пит не отвлёкся на комментарий.

— Гейл держит ховеркрафт готовым. Если вдруг придётся вступить в контакт, внешнее кольцо не «героически побеждает всех противников». Ваша задача — дать мне и «четыреста пятьдесят первому» время уйти в коллектор, и затем уйти. Но это крайний случай. Если всё пойдёт как надо — вы до конца операции останетесь тенью, которая нас и заберет в конце.

Он сделал короткую паузу и добавил:

— Ещё одно правило.

Взгляды повернулись к нему, как на щелчок выключателя.

— Четыре часа. От момента посадки. Если к этому времени нет сигнала и я не вернулся — улетаете.

Тишина стала плотнее, почти вязкой.

— Это не жестокость, — ровно сказал Пит. — Это единственный способ, чтобы кто-то вернулся вообще.

Он не уточнил «живым». И так было ясно.

— Вопросы?

Никто не ответил.

Только Гейл, не отрывая взгляда от приборов, бросил через плечо:

— Подлёт — семь минут.

Пит кивнул больше себе, чем ему, и снова закрыл глаза. План в голове окончательно встал на место, обрёл вес. Дальше думать было уже не о чем — оставалось только делать.

***

Глухой сектор Третьего встретил их влажной темнотой.

Когда стелс пошёл на снижение, за иллюминаторами вместо сплошной черноты появились редкие отсветы — то ли от далёких прожекторов, то ли от окон служебных построек. Внизу лежал промышленный массив: тёмные прямоугольники ангаров, светлые пятна бетона, узкие полосы дорог, по которым, казалось, никто не ездил уже много лет.

Гейл вёл машину вдоль периметра так, чтобы ни один стационарный датчик не увидел их как цель — только как каприз ночного воздуха, очередную помеху. В какой-то момент он почти завис в неподвижности, и только лёгкая дрожь корпуса выдавала работу двигателей на минимальной тяге.

— Место, — тихо сказал он. — Видишь?

Он не показывал пальцем — просто чуть сместил нос ховеркрафта, и в иллюминаторе проступило пространство между двумя глухими стенами: узкий сервисный проезд, где когда-то бегали погрузчики, а теперь встык стояли два ржавых контейнера и