Газлайтер. Компиляция. Том 1-41 - Григорий Володин

— Я правда достойна столь высокого титула?

Интересный вопрос. А сам-то я достоин быть королем-регентом да еще конунгом в довесок? Кто бы мне сказал… Впрочем, я никого и не спрашиваю.

Ну а леди ожидает утвердительного ответа. Не буду же ее разочаровывать.

— Ещё как, леди, — заверяю. — Ваши качества великолепны. Это решение даёт вам возможность держаться самостоятельно, без оглядки на лорда Питона. Вы давно заслужили ответственной работы.

Гюрза опускает взгляд, пальцы едва заметно дрожат.

— Но лорд Питон остаётся моим отцом и главой рода, — произносит она тихо, будто сама себя убеждает. — А пока я незамужем, формально всё ещё часть его дома. Он потребует, чтобы все контракты Провинции я заключала через него. Он не отпустит власть так просто.

Ой, да кто его вообще спросит.

— Род — это, конечно, святое, — киваю я, — но сейчас у вас конкретные полномочия леди-губернатора, которые я, как регент, возложил лично. И в их рамках вы не обязаны отчитываться перед Питоном. Наоборот, это будет считаться преступлением. Всё, что касается Провинции, — решаете вы. И только вы. Ну и я как регент.

Она поднимает голову, взгляд становится чище, увереннее — кажется, наконец поняла, о чём я.

— Хорошо, король Данила, — улыбается она радостно и потянувшись берет меня за руку. — Спасибо вам!

Слегка пожимаю в ответ тонкие серые пальчики.

— Работайте, леди, — добавляю.

Вообще я сделал ход конём. Гюрза — женщина самостоятельная, и леди-губернатор из неё получится именно такая: с характером, с зубами и без привычки слушаться отца когда есть выбор. Питон, конечно, будет кипеть, но на публике не покажет — слишком дорожит репутацией. Он скорее притворится, будто всё это часть его плана, будто он сам получает с этого выгоду, даже если внутри его корёжит от ярости, что родная дочь не пляшет под его дудку.

А остальная знать, конечно же, начнёт шептаться: мол, Данила и Питон играют заодно, крышуют друг друга, всё у них взаимовыгодно. Пусть думают. Пусть подозревают. Чем больше догадок — тем меньше правды.

В итоге каждый видит то, что хочет, а я получаю то, что нужно. В общем, играю в интриги дроу. Хех.

Смущенная Гюрза собирается ответить, но дверь со стуком распахивается, и в зал заходит Лакомка — вся сияющая бриллиантовыми сережками и лучезарной улыбкой:

— Мелинда, пора на свадьбу! — сообщает она бодро. — Ой… я помешала? — альва оглядывает нас с леди-дроу, а Камила хитро улыбается.

Гюрза смущенно убирает пальцы из моей ладони.

— Меня просто назначили леди-губернатором…

— Поздравляю, леди, — кивает Лакомка и смотрит на меня. — Гришка скоро венчается, мелиндо! Если не поторопимся в портал, то не успеем!

Я встаю, поправляя на ходу пиджак и бабочку.

— Бежим-бежим, — и подаю руку Камиле. — Леди-губернатор, удачно попрощаться с отцом, — на прощание подмигиваю Гюрзе и она отвечает предвкушающей улыбкой. Похоже, Питону достанется на орехи.

Втроем с альвой торопимся в портальный зал.

* * *

Нема, Багровые Земли

Лорд Угля и Лорд Хлопка поехали в одной карете. Требовалось кое-что обсудить. Некоторое время вчерашние враги просто сидели, не глядя друг на друга, будто переваривали произошедшее.

— Ну что думаешь? — наконец нарушил тишину Лорд Угля. Он медленно откинулся на спинку кресла, сцепив пальцы, и посмотрел в потолок, словно искал там ответ.

Лорд Хлопка покрутил кольцо на пальце, наблюдая, как металл поблёскивает в тусклом свете закатного солнца.

— Да ничего, — протянул он. — Леди Гюрзу мы устранить не можем — за нее отомстит Питон. Или тебе, может, мало одного регента, который как кость поперек горла?

Лорд Угля поморщился.

— Этот регент всего лишь смертный, — сказал как-то неуверенно. — Человечишка.

— Не факт, не факт, — задумался Лорд Хлопка. — Люди не управляют тысячами Демонов. Да и к тому же этот «человечишка» распугал наши с тобой хваленые войска как детей. Да и назначение леди Гюрзы тоже неспроста.

Взгляд Лорда Угля потемнел.

— Говори прямо.

— Филинов нас переиграл, — сказал Хлопка без обиняков. — Ещё и заставил задуматься — не сговорился ли он с Питоном?

— Думаешь, сговорился?

— Кто же его знает! А иначе какой резон ставить его дочку во главе богатой Провинции?

Лорд Угля стиснул подлокотник кресла, губы сжались в тонкую линию.

— Если Филинов с Питоном сообщники — беда, — выдохнул он глухо. — Тогда нам уже не сделать из смертного марионетку на троне.

— Да тут и без Питона перспектив маловато, — добавил Хлопка, глядя в окно. — Опять же эти чудовища непонятные, которые как снег на голову свалились на наши войска…. А вдруг Филинов их призовет в наши поместья?

Они оба замолчали. Только тиканье часов да скрежет колес нарушали тишину. Лорд Угля впервые за долгое время почувствовал волнение за родню. Обычно его жены и дети сидели в безопасности за высокими стенами, и никакие войны лорда их не трогали. А тут нарисовалась тревожная ситуация. Какой-то человечшка оказался угрозой пострашнее сидящего рядом Лорда Хлопка.

— Нужно держать дистанцию, — наконец тихо сказал Лорд Угля. — И наблюдать. Пусть регент думает, что мы покорны.

— До поры, — согласился Лорд Хлопка. — А потом посмотрим, действительно ли, он смертный.

«А еще нужны провокации, — подумал про себя Лорд Угля. — Поссорю-ка парочку лордов, доведу их до боестолкновения, и посмотрю, как отреагирует Филинов. Снова задействует тех чудовищ или предпримет что-то другое?»

Он и не догадывался, что в этот самый момент Лорд Хлопка обдумывал точно то же самое. Всё-таки лорды-дроу — порода одна: интригуют одинаково, даже не сговариваясь.

* * *

Поместье Ссил’Заратин, Нема

Лорд Питон сидел в своём кабинете, уткнувшись в бумаги, когда в дверь раздался осторожный стук.

— Войди, — коротко бросил он, не отрывая взгляда от документов.

Дверь открылась, и в проёме появилась Гюрза. Питон не поднял головы, не пригласил присесть — словно вовсе не заметил её. Она стояла молча, скрестив руки на груди, выжидая. Минута тянулась за минутой, стрелки часов ползли медленно. Так прошло почти четверть часа.

Наконец Питон отложил ручку, аккуратно сложил бумаги, словно нарочно затягивая паузу. Только после этого поднял взгляд на дочь. Уголки губ изогнулись в холодной, недоброй усмешке.

— Ну что, доченька, — протянул он