Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

– Т-ты ч-ч-его?

Алекс несколько раз моргнул, после чего выложил зубочистку, забытую кем-то на барной стойке.

Перед ним стояла Вишенка. Она перекрасила волосы в ярко-оранжевый цвет, проколола нижнюю губу, сделав аккуратный пирсинг, и носила исключительно панковские гады.

Откуда столь разительные изменения?

Ах да, она что-то говорила… последние недели две-три, ну или сколько там прошло с первого тура турнира… чертов каламбур.

Вроде как она познакомилась в тиндере со старшеклассницей, игравшей в гаражной пост-маг-панк-хэви-апокалипсис-рок-группе. И одно только это описание жанра заставляло Дума чувствовать себя не на двадцать один год, а на все двадцать девять. Иными словами – глубоким стариком.

– Прости, – промямлил Алекс и повернулся к залу.

Вечером пятницы, как обычно, в “Шхуне” было не протолкнуться. Самая разношерстная публика предавалась распитию алкогольных напитков, игре в бильярд или дартс, пыталась завести знакомства с противоположным полом, ну и просто приятно проводила время.

Алексу в этот вечер приходилось примерять на себя роль вышибалы. Примерно раз в месяц “Шхуна” становилась приютом для заблудших душ, носящих синюю форму с серебряными звездами на груди.

Фараоны собирались здесь, чтобы отпраздновать чей-то день рождения или повышение. Просто так уж получилось, что центральный офис доблестных стражей правопорядка находился в паре кварталов от “Шхуны”.

Вот и в этот вечер, оккупировав половину “Шхуны”, они поздравляли какого-то сухого мужика лет сорока с получением звания лейтенанта и должности начальника их доблестного отдела.

Ну и, разумеется, люди, работавшие по ту сторону границы, разделявшие этот мир на черное и белое, носили под сердцем серые души. Порой бывало так, что Думу действительно приходилось их разнимать.

Благо будучи трезвым, разобраться с парой пьяных, чья реакция и скорость были замедлены соотносительно разогнанным эмоциям, труда особого не составляло.

Да и чего греха таить, эта часть работы нравилась ему настолько, что компенсировала все неудобства и минусы бытия подсобного работника в “Шхуне” и обитания на ее чердаке.

– Эй, Алекс! – Вишенка помахала у него перед лицом тем самым мокрым полотенцем, которое и познакомила пару секунд назад с шеей залипавшего коллеги. – Ты под кайфом или что?

– Нет, – слегка печально вздохнул Дум, – я больше по выпивке… и сейчас, бездна мне свидетель, я бы хотел напиться и…

– Потрахаться, – Вишенка закончила за Алекса, одновременно с этим толкнув по барной стойке бокал пива. Тот нашел свой приют в руках одного из офицеров в самом конце зала. – Слышала это неоднократно. Сколько ты там уже воздерживаешься?

Учитывая, что за окном небо окончательно поглотила могильная масса туч, по улицам стелился низкий туман, а легкие куртки сменили тяжелые плащи, то в Маэрс-сити пришла осень. Со всеми из нее вытекающими – в прямом смысле слова. Запах в городе магов по осени стоял тот еще.

Да и туристов почти видно не было. Некоторые, самые отчаянные, подтянутся на Самайн (Хэллоуин в простонародье) чтобы запечатлеть регулярный парад темных – шествие через проспект Мерлина – главную артерию города, берущую начало у помпезного, в стиле имперского ампира, здания Городского совета и вплоть до Центрального парка (привет “Большому яблоку”).

Когда-то, будучи ребенком, Алекс разок принимал в нем участие. Ехал на плечах Робина и размахивал флагом с символом Бабы-яги. А над его головой летали призраки. Самые настоящие.

В этот день, тридцать первого октября, граница между миром мертвых и живых истончается. Причем по всему миру. Но настоящие “дыры” появляются именно в Атлантиде. Весь остров переходит на военное положение. Жизнь ведь на целом континенте не ограничивается одним лишь Маэрс-сити.

Мелких городков, фермерских хозяйств и даже деревень на Атлантиде предостаточно.

И, собственно, если бы не шествие темных во главе с посланником Совета теней, то…

Алекс даже думать об этом не хотел.

Слишком много проблем принес бы и светлым, и темным прорыв призраков в реальный мир. И если кто-то думает, что призрак – это просто оттиск души умершего, то сильно ошибается.

Ну или – не очень сильно.

Это на самом деле оттиск. Но не души. А так сказать – предсмертной эмоции. И они не всегда бывают спокойными или нейтральными. Ну и чем сильнее были эмоции, тем могущественнее окажется призрак.

Будучи сведущим в некромантии, Дум вполне себе представлял, на что способны эти существа. И особенно те из них, кто был пропитан жаждой мщения.

Хорошо, если к отдельному человеку или конкретной семье. А если ко всему человечеству? И это только людские призраки. А теперь представьте себе, что за создание может вызвать предсмертные эмоции, скажем, орка-наркомана? И это отнюдь не большой Зефирный человек, которого смогут побороть четыре ботаника и зеленый полтергейст…

– Да что ж такое-то! – Вишенка пощелкала пальцами перед самым носом Алекса. – Что с тобой сегодня такое? Или так волнуешься перед вторым туром?

Ах да. Второй тур. Послезавтра. На Арене – главном спортивно-развлекательном комплексе Маэрс-сити. Огромном стадионе, где выступают такие музыкальные легенды, как леди Жель, группа “Поп-Флойд”, реппер Литтл-Мефисто и прочие, имен и названий которых Алекс даже не знал.

Из-за Робина и Анастасии он слушал исключительно олдскульный рок первой четверти века или из числа “динозавров” двадцатого столетия.

Увы, в современном мире рок окончательно умер. Ну или дергался в конвульсиях предсмертной агонии где-то в глубоком андеграунде.

По официальной статистике его теперь слушали меньше, чем симфонические оркестры в филармонии, куда за один билет на самый последний ряд можно было отдать вплоть до баснословной суммы в семьсот пятьдесят кредитов.

Так что масштабы трагедии были, так сказать, налицо и…

– И вот он такой сегодня уже весь вечер!

Алекс помотал головой и пару раз моргнул. Вроде он только что стоял в зале и наблюдал за празднующими фараонами, а теперь пребывает в святая святых “Шхуны” – на кухне.

Там, где Диглан творил свою магию. Как в прямом, так и переносном смысле, потому что кроме одноногого пирата здесь больше никого не было, а все столовые приборы, резавшие, рубившие, разливавшие, жарившие, перчившие, варившие и так далее – двигались самостоятельно.

Сам же Диглан лишь ходил от одного блюда к другому и дегустировал.

В “Шхуну” приходили не только за алкоголем, но и за вкуснейшей кухней.

– Спасибо, что согласился, Алекс, – благодарно кивнул шеф.

– Да не за ч… погоди! На что это я согласился?!

– Сводить моего сына Арчибальда завтра в парк аттракционов. Я-то не могу. Сам знаешь. Проверка санпинщиков припрется. Придется разговаривать и на лапу отлизывать кровные кредиты.

– Арчибальд… – начал вспоминать Алекс. – Это тот десятилетний шкет, который остался у тебя от брака?

– Не шкет, а