"Фантастика 2026-84". Компиляция. Книги 1-21 - Агатис Интегра

Артём нащупал кобуру. Пистолет на месте. Мокрый. Вытащил магазин, пересчитал. Четыре.

Лена подтянула колени к груди. Смотрела на реку. Обломок крыла проплыл мимо. Медленно. Белый в темноте.

Минута.

Две.

Тишина. Река. Звёзды. Дыхание.

Потом — звук.

Тихий. Сначала — будто кто-то точит нож о камень. Далеко. Наверху, за соснами. Едва различимый за плеском воды.

Потом громче.

Шуршание. Тысячи маленьких когтей по камням.

Артём поднял голову. Лена замерла. Ваня перехватил обрез.

С обрыва. Из-за сосен. Из темноты между стволами.

Красные точки. Две, четыре, десять, сто. Как угли разворошённого костра. Мелкие, парные, неподвижные.

Потом — двинулись.

***

21:08

Запах пришёл раньше, чем звук стал невыносимым. Мокрая шерсть. Мускус. Кислое, будто скисшее молоко, только гуще, тяжелее. Запах тысячи тел. Запах голода.

Анна встала. Рёбра хрустнули. Сжала зубы.

— Спиной к спине! — скомандовала. Тот же голос. Центральный модуль МКС, перепад давления, трещина в обшивке. Тот же голос — «Всем в скафандры. Это не учения.» — Кругом! Встали!

Пятеро. Спина к спине. Круг.

Сара поднялась с камней. Одна рука рабочая, правая. Левое плечо не двигалось. Подобрала палку. Корягу, вынесенную на берег. Мокрую, тяжёлую.

Артём — пистолет в правой. Четыре патрона. Левая свободна. За поясом ничего. Камень под ногой — подобрал, сунул в карман.

Лена — ничего. Руки. Подобрала камень с ладонь.

Ваня — обрез. Два патрона. Приклад, дерево, тяжёлое.

Шуршание стало стеной звука. Не отдельные когти — сплошной гул, будто река вышла из берегов. Но эта река текла сверху, с обрыва, между сосен, по камням.

Красные точки заполнили темноту. Сотни. Тысячи. Берег от воды до обрыва, от сосен до сосен. Серая масса текла вниз, обтекая валуны, заполняя щели между камнями. Не масса — река. Не река — прилив. Густой, равнодушный, голодный.

Первая добежала. Размером с кошку. Мокрая шерсть. Глаза — два красных огонька. Прыгнула.

Сара ударила палкой. Крыса отлетела, врезалась в камни. Не встала.

Вторая. Третья. Пятая. Десятая.

Сара пела.

Тихо. Себе под нос. «Мо Ли Хуа». Вэй Лин пел эту песню в модуле Destiny, когда чинил фильтры CO2. Третий месяц на станции. Все ещё были живы. Все ещё верили, что вернутся.

«Мо ли хуа, мо ли хуа...»

Палка в правой руке. Удар. Удар. Удар. Левая висела плетью, плечо не держало.

Крысы лезли. По камням, по ногам, по спинам мёртвых крыс. Зубы, когти, вес серых тел. Сара сбросила двух с бедра. Одну раздавила ногой. Палка сломалась.

Громче. Песня — громче. Голос срывался, хрипел, но не умолкал.

«Мо ли хуа, мо ли хуа...»

Упала на колено. Крыса на плече — том самом, раненом. Зубы в повязке. Сара не крикнула. Подняла голову. Вверх. На звёзды.

Там — точка. Маленькая, яркая, ползущая по чёрному небу. МКС? Спутник? Самолёт? Неважно.

— There, — прошептала. — Home.

Упала.

Анна видела. Не крикнула. Челюсть свело. Хруст.

Камень в руке — ударила крысу. Точно в череп. Космонавт умеет работать в условиях, когда тело отказывает. Арктические учения 2019 года. «Иногда попытка спасти всех убивает всех.» Сейчас — некого спасать. Можно только драться.

Подобрала корягу. Тяжёлая, узловатая. Обеими руками — рёбра взорвались болью. Удар. Ещё. Ещё.

— Ближе! — крикнула. — Не расходиться!

Крысы лезли по ногам. Когти рвали штанины. Зубы — в ткань, в кожу, в мышцу. Анна сбросила одну рукой. Вторую раздавила ботинком. Третью ударила корягой.

Десятая.

Двадцатая.

Рёбра больше не болели. Или болели так сильно, что перестали существовать. Только руки. Только коряга. Только удар за ударом.

Серёжа.

Мысль — коротко, между ударами. Серёжа. Шестнадцать. Любит физику. Хотел стать космонавтом. Хотел. Если ты где-то есть. Мама дралась до конца.

Ноги подогнулись. Крысы облепили от щиколоток до колен. Мокрые, тёплые. Анна упала на колено. Встала. Ударила. Упала снова.

Больше не встала.

Лена стояла перед Ваней. Спиной к нему. Руки — пустые, исцарапанные, в крови.

Крыса прыгнула ей в грудь. Лена схватила — голыми руками, за загривок — и швырнула в темноту. Вторую — ногой. Третью — камнем. Пять лет рядом с ними. Знала, как устроены их челюсти. Знала силу укуса. Знала, что перегрызают стальной провод за двенадцать минут. Знала, что это конец.

Но стояла.

— Ты что помирать собрался! — крикнула назад, Ване, который замешкался. — Стреляй давай!

Крысы лезли по рукам. Зубы в предплечья, в запястья. Лена отдирала их и швыряла. Каждую. По одной.

Ваня стрелял за её спиной. Два выстрела. Два. Оба мокрых патрона сработали.

Лена упала, когда крысы добрались до горла. Упала на Ваню. Накрыла собой.

Ваня выбрался из-под неё. Обрез пустой. Перехватил за ствол. Приклад тяжёлый, ореховый. Бил. По серым телам, по красным глазам, по визжащей массе.

Приклад раскололся.

Кулаки. Содранные ладони. Костяшки — в крысиной крови. Бил и кричал. Не слова — звук. Ярость, чистая, без примеси.

Упал.

Артём стрелял.

Первый выстрел — крыса на плече Лены. Мимо. Нет — попал. Крыса дёрнулась, отвалилась.

Второй — в гущу. Визг. Отхлынули на секунду. На секунду.

Третий. Четвёртый. Пусто. Магазин. Щелчок.

Пистолет перехватил за ствол. Бил рукояткой. Как кистенём. Тяжёлый ПМ, хорошее оружие, когда патронов нет.

Видел, как упала Сара. Видел, как упала Анна. Видел Лену — над Ваней, как щит. Видел Ваню — кулаки, крик, тишина.

Один.

Как тогда. У могилы. Но тогда — молчал. Две недели. Сейчас — рычал. Звук из горла, не человеческий, не звериный. Просто звук. Тело дралось, когда голова уже знала.

Руками. Хватал, рвал, швырял. Серые тела, горячие, живые. Их было слишком много. Десятки на каждого. Сотни. Тысячи на берегу. Серая река, залившая камни от воды до обрыва.

Максим. Кулачок над водой. Тёмные волосы. Течение забрало. Пустые руки.

Снова. Снова не удержал.

Голос брата в голове.

«Верю, братишка. Верю.»

Артём упал на колени. Крысы лезли по рукам, по спине. Быстрые, голодные. Он обнял землю.

Руками — по гальке, по мокрым камням. Будто искал. Будто Максим — где-то здесь, внизу, в темноте, в камнях, в воде.

Конденсат на потолке бункера. Капля — на лоб. Духота. Сто сорок человек дышат одним воздухом. Мать считает шаги вслух. Раз. Два. Три. Падает.

Нож в руке Максима. Тяжёлый. Рука на плече — «Идём, брат. Я рядом.»

Праворульная «Тойота». Лена на заднем сиденье. Запястья стёрты верёвкой. Глаза — сухие. Не плачет. Разучилась.

Подвал. Арматура. Семеро. Темнота пахнет мочой и страхом. Маленькие руки тянутся