Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

в эти годы в прошлой реальности, но здесь он реально пёр как бульдозер. Заводы строились один за другим, а уже построенные почти постоянно находились в процессе расширения… И это было вполне объяснимо – Россия бурно росла, а Альфред не только и даже не столько зарабатывал деньги, – он был гениальным управленцем и талантливым инженером и получал удовольствие не только и даже не столько от результата, сколько от процесса.

Но в той, прошлой истории он очень долго накапливал ресурсы для рывка. Потому что в его распоряжении было всего лишь небольшое семейное предприятие, которое он, естественно, активно и неустанно развивал, но-о-о… это же было всего лишь семейное предприятие. Здесь же ему почти сразу же после переезда удалось получить доступ к ресурсам, превосходящим те, что были в его распоряжении дома, не менее чем на порядок. А нынче этот разрыв ещё больше увеличился! Потому что в настоящий момент в его распоряжении было как бы не больше ресурсов… любых – денег, людей, домен и станков, рельсокатальных станов и плавильных печей, паровых машин, железных дорог, коксовых батарей, а также ещё много и много другого, нежели тогда, когда в той, прошлой истории его начали именовать «стальным королём». И это точно произошло гораздо позже нынешнего времени[110]…

– …Но вот дом для семьи ты должен построить. Большой. Потому что детей от тебя должно быть много. Ибо хорошие гены… кхм… хорошую наследственность надо множить. А внуков ещё больше. Я на это сильно надеюсь.

Крупп слегка уставился на него, и бывший майор, усмехнувшись, пояснил:

– Потому что считаю, что для счастья моих детей надобно, чтобы вокруг них было как можно больше умных, талантливых, честных и успешных людей… иначе им будет жить в этом мире гораздо тяжелее. А ведь нашей с тобой крови такую огромную страну осваивать – от Ревеля до Калифорнии. Ловишь мысль?

– М-м-м… да, – задумчиво кивнул Альфред.

– Ну тогда давай – начинай строить дом и успокой жену. А деньги на это найдём. – И Данька двинул соратнику кулаком в плечо…

В отличие от Донецка, в Александровске всё было отлично. Заводы работали, новые – строились, старые – расширялись, причём бóльшая часть продукция напрямую шла за границу – в балканские и причерноморские провинции Османской империи, Сербию, Венгрию и даже в южные провинции Австрии. Но не только. Альфред развернулся по полной и сумел выйти ещё и на рынок Леванта, Египта и Королевства обеих Сицилий. Доля поставок, которую удалось отжать, там была пока небольшой, но лиха беда начало!

В Александровске бывший майор пробыл неделю, посетив с визитами и обедами как дом Круппа, где и познакомился с его молодой супругой, оказавшейся, как он и предполагал, весьма горячей и своенравной… так и ещё пять наиболее значимых семей города. В трёх из которых, кстати, главы работали на его предприятиях. Ну и сам дав один приём. Увы, без хозяйки… После чего двинулся дальше.

Железную дорогу из Москвы уже дотянули до Екатеринослава, сиречь Днепропетровска… или Днепра, как его переименовали власти «независимой Украины», реально полностью превратившие себя в пошакалье ЕС и Америки. Так что до Питера он добрался всего за четыре дня. Потому что ещё из Александровска телеграфом вызвал в Екатеринослав свой салон-вагон. Причём до Екатеринослава он доехал на «безрельсовом поезде», как здесь именовали «автопоезд» из тягача с калоризаторным двигателем и двух-трёх прицепов для перевозки людей, устроенных по типу вагонов конки. Только без империала. Маршрут от Александровской пристани до Екатеринослава этот «автопоезд» проходил за девять часов, имея по пути шесть остановок помимо начальной и конечной… За это время им навстречу попалось ещё семнадцать подобных поездов, из которых, правда, только два были такими же пассажирскими. Остальные везли грузы.

И Данька, чьи мысли чем дальше, тем чаще скатывались на будущую войну, внезапно вспомнил, что читал о том, что во время Русско-турецкой войны 1877–1878 годов, закончившейся освобождением Болгарии, русская армия использовала паровые тягачи – рутьеры. Так вот – тягачи с калоризаторным двигателем точно должны оказаться не хуже. А, скорее, даже лучше…

Дома он оказался перед самым началом Филиппова или Рождественского поста. Так что ещё успел насладиться домашними разносолами. А на следующий день отправился к императору.

Пора было отчитываться о сделанном и намечать следующие задачи. До Крымской войны, если она начнётся приблизительно в те же сроки, как он и знал, оставалось всего шесть лет – оглянуться не успеем!

Эпилог

– Давай-давай – дави, опрокидывай… Скорее! – Джузеппе Ризо, коренной палермитанец и владелец столярной мастерской, навалившись изо всех сил, повалил-таки на мостовую здоровенную чугунную рекламную тумбу и выпрямился, вытирая пот. Трое его соратников, также принявших участие в её опрокидывании, дабы она стала основой спешно создаваемой баррикады, тоже разогнулись и принялись обтирать лица от пота. Над городом плыл перезвон колоколов, навевая воспоминания о «Сицилийской вечерне»[111]… Тем более что они были весьма прозрачны – нынешнее восстание, как и то, далёкое, так же поднялось вроде как против французов. Потому как правящий Королевством обеих Сицилий Фердинанд II принадлежал к Бурбонской династии.

Дела на Сицилии последние пару-тройку лет шли не очень – кризис, безработица, безденежье, продолжающиеся несколько лет подряд неурожаи, почти уничтожившие платежеспособный спрос… всё это привело к тому, что людей охватила безысходность. Всё больше и больше народу выбирало эмиграцию. Как в Неаполь, Рим и соседние регионы, так и за границу. Причём в последнее время кроме уже привычных САСШ часть народа начала выбирать для переселения восточное направление. А именно – Российскую империю. Ехать туда было гораздо ближе, к тому же корабли до южных русских городов ходили напрямую из Палермо и Катании. Плюс цена на билет была очень и очень щадящей… Потому что эти корабли в первую очередь были предназначены для поставок в Королевство продукции южных русских металлургических и механических заводов, принадлежащих князю Николаеву-Уэлсли, о котором по всей Европе ходило множество слухов один другого причудливей. А переселенцев они забирали скорее по пути, дабы не идти домой недозагруженными, нежели собираясь как-то на них зарабатывать… Но это направление, при всех выигрышах, было пока не особенно популярным. Потому что, по рассказам уже переселившихся, русские, в отличие от американцев, которым было по большому счёту наплевать на прибывающих иммигрантов, кроме как нещадно их эксплуатируя, сразу же выставляли переселившимся жёсткие требования по поводу непременного и возможно более быстрого освоения прибывшими русского языка и обучения детей в русских школах. Что нравилось далеко не всем. Сицилийцы в основной своей массе считали, что семья –