Фантастика 2026-169 - Алексей Аржанов

Дерево не ответило — роса уже расходилась по нему, и на разговоры сил у него не осталось. Но мне почудилось, будто листва на нижней ветке едва заметно шевельнулась, хотя ветра не было.

Солнце меж тем совсем завалилось за лес, на запад, туда, где лежали поля Вернера и куда год за годом утекала краденая сила моего дуба. Я невольно горько усмехнулся. Дуб ведь так и сказал — живка уходит на закат. Прямее не скажешь.

Что ж. Пора было завернуть этот закат вспять.

Я закинул сумку на плечо и зашагал прочь от поляны, в сторону Преславицы, к дому старой ведуньи, покуда не стемнело окончательно.

Глава 9

Свет в окне у матери Руфи ещё горел, когда я подошёл к её дому. Значит, ещё не спит. Успел! Не зря тащился в такую даль.

Я несколько раз постучался в дверь. Вскоре половицы заскрипели под шаркающими шагами, потом громыхнула щеколда открывающейся двери.

— Ну и кого принесло? — Дверь немного приоткрылась. Старуха сощурилась, разглядела меня и удивлённо выдохнула. — А, это ты, Войцех. Ты чего в такой поздний час пришёл?.. Случилось чего?

— Случилось, — ответил я. — Пусти, разговор есть.

Руфь недовольно пробормотала что-то себе под нос, но пропустила меня внутрь. Я зашёл в зал и достал из сумки книгу, раскрыл на столе на нужной странице и указал пальцем.

— Мне нужно полностью перевести эту страницу.

— Подожди немного, дай сесть хотя бы, — она медленно доковыляла до лавки, кряхтя опустилась. Только потом протянула ладонь. — Давай сюда. Поднеси свечу поближе. Ничего не вижу.

Я взял свечу, стоявшую у окна. Поднеся её ближе, я вновь указал пальцем на страницу, где русло живки было перечёркнуто крестом, а вокруг вился мелкий узор из значков.

— Крест этот помнишь? Ты мне в прошлый раз подпись под ним переводила. А теперь мне вот это надо, — я обвёл пальцем вязь вокруг. — Всё, что кругом идёт.

Старуха наклонилась к странице. Молчала долго. Я уж думал, задремала над книгой, но она вдумчиво старалась перевести написанное. И чем больше вникала в смысл, тем сильнее хмурилась. В конце концов она подняла на меня глаза.

— Зачем тебе это? — спросила старуха.

— Долго объяснять, — сухо ответил я. — Мне жизненно необходимо узнать, что здесь написано.

— Так дело не пойдёт, — нахмурившись, отозвалась она. — Врываешься ко мне посреди ночи, так ещё и просишь, чтобы я тебе переводила страницу за страницей. Войцех, мы же договаривались, что ты будешь ко мне приходить раз в неделю, чтобы учить язык. А ты чуть ли не каждый день ходить зачастил. Сегодня заявился посреди ночи, а завтра что будет?

Да, конечно, я уже нарушил приличия. Мне приходилось врать, чтобы скрыть от других людей свою силу. Но сейчас я упёрся в тупик. Без старухи мне было не понять смысла написанного. Нужно было идти на какой-то компромисс.

— Рядом с моим участком есть древний дуб. Только это не обычное дерево, — я пристально посмотрел в выцветшие глаза матери Руфи. — Этот дуб региональный узел живки, питающий всю округу. И, к сожалению, он погибает. Если я ничего с этим не сделаю, то фронтир постигнет такая же участь, что и центральный округ. Во всём виноват новый владелец этих земель, Юлиан Вернер. Он использует имперское удобрение, вытягивающее из этих земель всю живку. Я хочу перенаправить поток жизненной эссенции в другую сторону, чтобы дерево выжило. Без твоей помощи мне эту беду не одолеть.

Я ожидал, что мать Руфь начнёт в очередной раз нести какую-то чепуху или отнекиваться, мол, мне это знать без надобности. Или, может быть, что написанное не имеет никакого отношения к моей беде. Но после моих слов её лицо из хмурого сделалось добродушным. Словно я сказал какое-то волшебное слово.

— Русло, значит, отвести, — проговорила она негромко. — Войцех, ты хоть соображаешь, за что берёшься? На-ка, прочти сам, что за крестом стоит. Умеешь же по чуть-чуть. Вот эту строку давай.

Я наклонился к странице. Вязь была написана мелко, строки лепились друг к дружке, половину прочитанного я додумывал по смыслу.

— «Затворили русло», — выдавил я по слогам. — А тут не пойму. Вот это что значит?

— Спящее, — ответила мать Руфи. — Затворили русло и тем же самым затворили спящее. Так тут написано.

— Это как? Погоди, то есть эти два дела связаны меж собой? — переспросил я.

— Судя по всему, так и есть, — старуха перевернула страницу. — Не знаю, что древние имели в виду под «Спящим», но тревожить его сон явно не стоит. Если ты задумал затворить русло, ведущее к Вернеру, то неизбежно столкнёшься с ним.

Меня будто холодной водой окатило. Значит, у меня не получится перенаправить русло живки, не потревожив древнее чудовище. Если я буду бездействовать, то дуб просто засохнет на корню. Вернер же день ото дня всё шире засевает свою землю.

— А что там сидит? — поинтересовался я.

— Здесь ничего об этом не написано, — старуха ткнула в книгу. — Но одно тебе скажу, Войцех. Если древние решили лишить эти земли живки, то на то были веские причины. Единственное, что тут поминается, кроме «Спящего»: не подходи, не трогай, вовеки не тронь.

Давным-давно местные старейшины перекрыли русло живки, ведущее к месту, где и спало это чудище. Судя по всему, оно сильно зависит от жизненной эссенции. Как и все остальные существа этих земель.

Нужно внимательно ознакомиться с картой. Может, найдётся способ провести жизненную эссенцию другим руслом. Я перевернул страницу, где было нанесено расположение русел в округе.

Видно, я в лице переменился, потому что старуха прищурилась.

— Дошло, стало быть. Оттого и не хочу тебе помогать с этим делом. Чтобы перенаправить русло, много ума не надо. А вот чтобы в нужную сторону, уже постараться придётся. Хорошо понимать, что и как делать. Русло оно как весенний лёд. Мороз держит, ходи по нему, не бойся. А пригрело, трещина побежала. А куда она поползёт, про то нам с тобой знать не дано. И выберется из-под земли этакое, чему и древние даже слов не нашли.

— То есть лучше будет, чтобы фронтир постигла та же участь, что