Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

— Даже если не лжет… Я в любой момент снова могу стать чудовищем — я не могу не пить, и я не знаю, кто подливал мне зелье.

Клер сказала очевидное:

— Значит, надо искать.

Грег кивнул:

— Надо… Как жаль, что в вашей истории я везде опоздал.

Клер не удержалась от злой шутки — она вырвалась раньше, чем женщина подумала:

— Даже о том, что не успели задержать?

— О нет, это единственное, за что я бесконечно благодарен Мюраю. С вами я не успел.

Она взяла Грега за руку — когда ты мальчишка, многое можно, в отличие если ты лера:

— А, может, и жаль. Если бы я оказалась у вас на допросе, вы бы остановились. Вы же настоящий офицер, а не как Джеймс. Вы бы не тронули женщину. И тайна зелья вылезла бы раньше.

Он качнул головой:

— И все равно, хорошо, что вам удалось бежать. Может, сменим тему? Она стала немного натужной…

— Давайте, Грег. — согласилась Клер. Она узнала главное — тут в катакомбах Грег, чтобы ни говорил о себе, не опасен.

— Так… — он задумчиво посмотрел в свод пещеры: — Что вы думаете о книге Генри «О клерках и капусте»?

— Думаю, её стоит почитать… — уклончиво сказала Клер — ей было стыдно признаваться, что три года она провела не читая.

— Я могу вам её подарить? — неожиданно просил Грег, пугая Клер. Она заставила сердце успокоиться — это не могло быть тем, чем казалось. Только все равно не удержалась и уточнила:

— Грег, это ухаживание?

— Почему бы и нет? — с невероятной серьезностью сказал Грег.

Клер удивленно приподняла брови:

— После того, что я вам рассказала о себе?

— А что вы такого сказали, что мешает мужчинам ухаживать за красивой девушкой?

— То, что я не девушка и не вдова. Я даже с нерой Ренар боялась заговаривать, чтобы не нарваться на отповедь. Меня не пустят ни в один приличный дом. Даже к нерам в дома я не рискую заходить, чтобы не узнать о себе много… Хорошего. Вы, правда, считаете, что стоит ухаживать за такой лерой? Учтите, я не из тех, кто бежит по первому зову. Вам не обломится, как говорят в порту. Пусть я пала, пусть я изгой в обществе, но я…

— …храбрая, гордая, сильная, уверенная, невероятная, красивая, восхитительная лера. Жаль, что мне, как вы сказали, не обломится даже если я сделаю вам предложение… Так я не могу вам подарить книгу?

— Нет, — резко сказала Клер. — Давайте лучше помолчим. Я уезжаю сегодня днем. Навсегда.

Грег отрицательно качнул головой:

— Вы не сможете уехать.

Дуло потенцитового револьвера уверенно смотрело ему в лицо:

— Только попробуйте мне помешать, Блек! Я не шучу.

Он вздохнул:

— Ошибка, Клер. Я имел в виду, что тоннель закрыт — железнодорожное сообщение временно невозможно. Только это…

Клер дрожащими руками откинула в сторону барабан, проверяя, чтобы камора револьвера была пуста — иногда револьверы сами стреляли. Убедившись, что пули нет, она вернула барабан на место, поставила револьвер на предохранитель и убрала его обратно в карман:

— Простите, это все темнота и тишина. Она и меня сводит с ума.

Грег деликатно спросил:

— Можно просьбу?

— Попробуйте. — честно сказала Клер. Она не была уверена, что захочет её выполнять.

— Не бегите дальше. Вы в Аквилите три года. Тут ваши друзья, тут ваши приятели. Тут знакомые, даже простая подавальщица в забегаловке знает вас. Стоит ли бежать отсюда, лера Элизабет Агнес Клер де Бернье?

— Можно я не буду отвечать на этот вопрос?

— Это не допрос. Да и на допросе у вас есть право не отвечать. Пойдемте дальше — у нас еще куча работы, Элизабет. Красивое имя…

Глава 50 Причины говорливости Клер

Ночь вошла в свои права. Подморозило. Ветер с гор принес холод, превращая лужи в лед и в иней одевая деревья и кусты. Зимой в Аквилите всегда так — периоды сырости и дождей внезапно сменяются морозами и обильными снегопадами. А пахло все равно весной — нарциссы в парках продолжали цвести, хоть лепестки и побило морозами. Было тихо, звездно — ни облачка на небе, — и темно. Город смолк, город замер в болезненном оцепенении, город вслушивался в дыхание провала, который, как раковая опухоль, разъедал городские улочки, откалывая от них все новые и новые куски, с тихим шорохом съезжавшие в разрастающуюся яму.

Брок, выбравшись из катакомб через проход в музее Естествознания, замер в дверях, закрыв глаза, и долго, старательно дышал, прогоняя прочь воспоминания о затхлых тоннелях катакомб. Все же, когда над тобой небо, а не каменный свод, даже дышится легче, и плечи сами распрямляются — темнота подземелий больше не давит на них. Хотя груз ответственности за случившееся, Брок никогда не сможет с себя снять — это по его следам сюда в попытке разбогатеть пошел Фейн. Возможно, именно его неумелые действия по добыче самородного потенцита и привели к обрушению. Было противно от самого себя — он все же проболтался на допросе о потенците. Он подставил Эвана и Вики, а ведь они верили в него… И что теперь предпримет Блек? Думать о том, что может последовать дальше, было страшно. Эван за такое может отправиться вслед за Броком на расстрел. Если узнают о том, что и Вик была в курсе, то… И она очень рискует. Небеса, и как с таким жить? Словно его прежних ошибок с тем же самородным потенцитом мало…

— Почечуй? — раздался уточняющий вопрос, разбивая приступ самоедства. Одли, как раньше, встречал Брока после трудного задания — стоял, прислонившись к холодной, каменной стене, отгораживающей Поля памяти, и грел руки в шерстяных, видавших виды перчатках о стаканчик с кофе. На стене мелком была написана уже надоевшая всем фраза «Кто убил Яна?». Никакого Яна, уже проверили, никто не убивал…

Все так и не открывая глаз, Брок отозвался:

— Полный…

— Прорвемся? — Одли оторвался от стены и, сорвав несколько подмороженных сизых ягодок терна, подошел ближе, отряхиваясь от инея, осыпавшегося на него с колючих ветвей.

Брок открыл глаза, но смотрел не на друга — смотрел на огромный освещенный множеством мощных электрических фонарей провал, нарушающий принцип светомаскировки. Наверное, с небес провал выглядел как маяк, как приглашение вражеским дирижаблям — бомбить тут. На фоне звездного неба были хорошо видны поднятые тревоге тяжелые акулы-дирижабли — они патрулировали вдоль океана и Ривеноук. Справятся ли они, если Верния сегодня решит сровнять город с землей?

— Эй, рыжий, прорвемся же? — повторился Одли.

Брок честно ответил:

— Неуверен.