Клан Волка - Анна Кондакова

Ну а я, улучив момент, пригнулся и проскочил прямо под ним, рванув напрямую к верхолётам. Саблин и Котов побежали туда же.

— Хитре-е-ец!! — В спину мне ударил шквал ветра.

Я еле удержал равновесие и продолжил бежать. Теперь тяжесть брони лишь мешала. Десять метров... восемь... пять... три... Лестница трапа блеснула впереди, и дело было почти сделано: мне оставалось лишь вскочить на подножку.

Котов подал мне руку.

— Дава-а-а-ай! Хватайся!

Но тут его рука внезапно отдалилась — Небесный Корабль пошатнулся. Под шквалистым порывом ветра его начало кренить вбок с вершины.

Бородинская завопила от ужаса.

— Мы падаем! Надо взлетать!

Вот же мать вашу!

Грёбанный воздушный маг! Он довольно хохотал мне вдогонку, а его буря достигала пика, стаскивая несчастную машину вниз по склону.

Смех моего противника смешался с гулом ветров. Я рванул следом за верхолётом и ухватился-таки за руку Андрея Котова. Его самого в это время держал Егор-Глыба. Они оба чуть не вывалились из проёма, но тут подоспел Платон Саблин.

Втроём они удержали меня.

— Тяж-ж-жёлый, зар-р-р-р-аза! — пропыхтел Котов.

Да, сейчас я был тяжёлым — наполненное астральное тело давало мне плотную броню.

— Ставьте фла-а-а-аг! — рявкнул я. — Исидора!!! Он в моём рюкзаке!!! Там же заклинание телепо-о-о-о-о-о-о...

Верхолёт опасно накренился, готовый перевернуться набок, его обшивка застонала и затрещала.

— Фла-а-а-а-а-г! — продолжал орать я, цепляясь за Котова. — Иначе мы не взлетим!

Котов, Глыба и Саблин наконец втянули меня на борт.

В ту же секунду донёсся крик Исидоры:

— Есть! Поставила!

Шквал ветра тут же оборвался, воздушный маг прекратил атаку, но верхолёт всё равно продолжал крениться набок. Я снова соскочил на трап, давя весом на край машины, чтобы не дать ей окончательно рухнуть, а сам завопил:

— Взлетайте!

Ответом мне стал уже выкрик Якова:

— Приготовиться к взлёту!

Через несколько секунд зашумели лопасти, и небесный Корабль начал приподниматься от земли. Я заскочил на борт, и парни тут же подняли трап.

Машина продолжала подниматься. Гора внизу уменьшалась, Мёртвое озеро сверкало голубизной и сияло, будто прощаясь с нами. На склоне горы стоял воздушный маг и со странной улыбкой смотрел на взлёт Небесного Корабля.

Наши взгляды встретились. Я поднял руку и уважительно кивнул магу. Он кивнул в ответ, чуть склонив голову и как бы говоря: «А ты неплох. Передавай привет своему учителю».

Когда верхолёт поднялся метров на пятьдесят, в небе прозвучала сирена.

— Внимание! — объявил милый женский голос. — Второй маршрут «Путь наверх» пройден последним отрядом! Всего в испытании выбыла одна команда! Третий курс, средне-слабая группа! А теперь приготовьтесь к следующему маршруту! Внимание! Приготовьтесь к следующему маршруту!

Значит, четырём другим командам всё же удалось проскочить воздушного мага.

Уже внутри салона я смог чуть расслабиться. Перевёл дыхание и потёр лоб, поглядев на остальных. Вокруг пьедестала, где стоял наш флаг, собрались все, кроме Якова — он сейчас пилотировал.

Бледная и немного нервная Исидора уже держала в руке стержень с заклинанием телепортации, который достала из моего рюкзака.

— Мы готовы отправляться дальше, но... — Девушка замялась, покосившись на остальных, не менее бледных и нервных. — Но скажи нам, Кирилл... что это было? Такая техника Витязя никому из нас недоступна, её даже в Академии не преподают. Это для очень сильных магов. Как ты смог покорить её?

Я окинул взглядом отряд и ответил:

— Тренировал отдельно, так уж вышло.

— Это ведь та самая техника, которой пользуются ниуды, верно? — припомнил Котов.

— Да, это именно она. Наполнение астрального тела.

— Меня беспокоит, что думают судьи по поводу того, что мы постоянно меняем правила, — нахмурилась Исидора.

А вот Бородинская внезапно заулыбалась.

— А чего все испугались? Радоваться надо. У нас такой командир, что я... — Она подмигнула мне. — А давай всё-таки встречаться, а? Заметь, я предложила второй раз. Это дорогого стоит, между прочим.

Её заигрывания заставили отряд засмеяться.

Исидора протянула мне стержень с заклинанием телепортации.

— Ну что? Отправляемся на третий маршрут? У нас осталось часов девять, не больше. И мне страшно подумать, куда нас перенесёт.

— Надеюсь, не в Котлованы, — мрачно пошутил я.

— Хоть бы это был пляж, — вздохнул Котов, устало навалившись рукой на пьедестал.

Я прошёл в кабину пилота и отдал стержень Якову.

— Раз ты пилот, то доставь нас до третьего маршрута.

Тот с тревогой посмотрел на стержень, аккуратно взял его, но прежде чем сунуть в жёлоб, пробормотал:

— Молю бога Бартла, пусть он спасёт наши души и придаст нам сил.

(Никогда не замечал за ним такого).

Яков ещё раз глянул на меня и дожал стержень до конца, вогнав его в жёлоб панели управления. Я остался в кабине, рядом с пилотом, пока он набирал скорость. Мы полетели над островом, затем — над морем, за нами безотрывно следовали машины с судьями и журналистами. Интересно, что они говорят про наш отряд на этот раз.

Через пару минут полёта Яков крепче стиснул штурвал и прошептал:

— Ну всё. Прыжок...

Стоило ему это произнести, как по всему корпусу затрещало, синие молнии блеснули в иллюминаторах, а в следующее мгновение через стекло я смотрел уже совсем не на ночное море...

Эпизод 18

На секунду я опешил.

Это была деревня Ютака.

Наш верхолёт телепортировался и полетел прямо над домами, вдоль главной улицы, в сторону площади — той самой, где когда-то мне довелось побывать на кровавой свадьбе Дэйчи Исимы, поесть рогаликов, убить чароита, выкрасть свой атлас и познакомиться с Маямото.

Вся моя жизнь в Ютаке вспомнилась так ярко, будто это было вчера.

И та маленькая школа, и знакомство с Мичи Хегеварой, и просиживание штанов у лачуги Галея на его мусорном коробе, и драка с Горо Исимой в овраге, и пилотирование под присмотром Мидори, и покраска статуй вместе с Джанко Ян…

Я даже улыбнулся, увидев крышу дома семьи Хегевара, в котором жил почти месяц.

— Тебе не кажется это странным? — неожиданно прозвучал голос Исидоры за спиной.

Девушка появилась в кабине пилота и встала позади меня, тоже разглядывая деревню за стеклом.

— Ты о чём? — нахмурился я.

— Почему никого нет?

— Ночь вообще-то. Все спят.

Я внимательнее вгляделся в вереницы домов, освещённых полной луной, и тёмные окна. Пока мне ничего не показалось странным — сейчас глубокая ночь, и народ просто спит.

— А вот и люди! — Я указал на площадь.

Там стояли три девушки с факелами. Их было видно издалека. Вместе с ними находился мужчина, но без факела, и в темноте я никак не мог распознать его лицо.

— Кажется, это те, кто и