Всадники Перна - Энн Маккефри

появился слуга с едой. Показав на стол, Джексом попросил слугу забрать грязную одежду, чтобы ее постирали и хорошо проветрили. Он потягивал горячее вино, чувствуя, как оно обжигает горло, и вдруг понял, что Лайтол вернется в холд лишь через несколько часов. Он не сможет предупредить опекуна о своих намерениях. Но ждать было незачем: он вполне мог обернуться и до возвращения Лайтола. Внезапно он застонал, поняв, что бухта находится по другую сторону мира и солнце, в котором он так нуждался, чтобы избавиться от болезни, к тому времени уже зайдет за горизонт.

«Все равно еще долго будет тепло, – заявил Рут’. – Я в самом деле туда хочу».

– Ладно, ладно, полетели!

Проглотив остатки подогретого вина, Джексом потянулся к поджаренному хлебу с сыром. Голода он не чувствовал, более того, от запаха еды его начало мутить. Скатав меховое одеяло, чтобы защитить кожу от песка, он закинул небольшой мешок на плечо и направился было к выходу, собираясь предупредить слугу. Но решил, что этого будет недостаточно, вновь вернулся к столу, чувствуя, как мешок бьет по ребрам, и, написав короткую записку Лайтолу, оставил ее на видном месте между кружкой и тарелкой.

«Когда мы полетим?» – жалобно поинтересовался Рут’, которому не терпелось искупаться и поваляться в теплом песке.

– Иду, иду! – Джексом еще завернул на кухню, взяв немного пирожков с мясом и сыра на случай, если ему вдруг все же захочется поесть.

Главный повар поливал жиром жаркое, и от его запаха Джексома снова затошнило.

– Батунон, я оставил лорду Лайтолу записку у себя в комнате. Но если увидишь его раньше, скажи, что я отправился в бухту искупать Рут’а.

– Нитей в небе больше нет? – спросил Батунон, занеся черпак над жарким.

– Истреблены дочиста, все до единой. Хочу смыть вонь с обеих наших шкур.

В глазах Рут’а вспыхнул полный упрека желтый огонек, но Джексом не обратил на это внимания. Взобравшись на шею дракона, он небрежно затянул упряжь, которую тоже требовалось вымыть и высушить на солнце, – и очень порадовался, что успел ее застегнуть, с такой поспешностью Рут’ взмыл в воздух. Едва поднявшись в небо, дракон унес их в Промежуток.

Глава 13

Бухта на Южном континенте.

Пятнадцатый Оборот, седьмой день седьмого месяца – седьмой день восьмого месяца

Джексома разбудило прикосновение чего-то мокрого, скользнувшего по лбу и носу. Он раздраженно смахнул помеху с лица.

«Тебе лучше?» – В голосе Рут’а ощущалась тоскливая надежда, удивившая его всадника.

– Лучше? – Еще не до конца проснувшись, Джексом попытался приподняться на локте, но не смог даже пошевелить головой, которую будто заклинило.

«Брекка говорит, чтобы ты лежал спокойно».

– Лежи спокойно, Джексом, – приказала Брекка. Он почувствовал, как на его грудь легла ее ладонь.

Где-то неподалеку послышалось журчание воды, затем на его лоб вновь легла мокрая тряпка, прохладная и ароматно пахнущая. Его щек касались две обитые чем-то мягким колоды, упиравшиеся в плечи, – вероятно, чтобы он не мог двигать головой из стороны в сторону. Что тут делает Брекка?

«Ты был сильно болен, – сообщил Рут’ с тревогой в голосе. – Я очень беспокоился. Я позвал Брекку. Она целительница. Она меня услышала. Я не мог тебя оставить. Она прилетела с Ф’нором на Кант’е. Потом Ф’нор полетел за другой».

– Я долго болел? – Джексома повергла в ужас мысль, что ему требуется уход аж двух сиделок. Он лишь надеялся, что «другая» не окажется Диланой.

– Несколько дней, – ответила Брекка, но Рут’, похоже, имел в виду более долгое время. – Теперь все будет хорошо. Лихорадка наконец миновала.

– Лайтол знает, где я? – Джексом хотел открыть глаза, но помешал компресс на веках. Он попытался его сдвинуть – перед глазами заплясали разноцветные пятна, и он, застонав, вновь зажмурился.

– Я же велела тебе лежать спокойно. И не пытайся открыть глаза или сдвинуть повязку, – сказала Брекка, слегка шлепнув его по руке. – Естественно, Лайтол знает. Ф’нор сразу же ему сообщил. И я дала ему знать, когда у тебя миновала лихорадка. С Менолли случилось то же самое.

– Менолли? Как она могла подхватить от меня простуду? Она же была с Сибеллом.

Неподалеку явно был кто-то еще, поскольку говорить и смеяться одновременно Брекка никак не могла. Она начала спокойно объяснять, что у него не простуда, а болезнь, которую южане называют огненной горячкой, и первые ее признаки похожи на простуду.

– Но я ведь поправлюсь?

– Глаза тебя еще беспокоят?

– Мне даже не хочется снова их открывать.

– Пятна? Будто смотришь на солнце?

– Именно.

Брекка погладила его по руке.

– Это нормально. Да, Шарра? Сколько это обычно продолжается?

– Пока не пройдет головная боль. Так что не открывай пока глаза, Джексом. – Шарра говорила медленно, растягивая слова, но речь звучала столь глубоко и мелодично, что Джексому стало интересно, в самом ли деле она столь же хороша, как и ее голос. – в чем он, впрочем, сомневался. – Не смей смотреть по сторонам. У тебя ведь все еще болит голова? Что ж, держи глаза закрытыми. Мы нашли самое темное место из всех возможных, но ты можешь навсегда повредить себе зрение, если будешь неосторожен.

Джексом почувствовал, как Брекка поправила компресс.

– Менолли тоже заболела?

– Да, но мастер Олдайв сообщил, что лекарство ей хорошо помогает. – Брекка поколебалась: – Естественно, она не сражалась с Нитями и не уходила в Промежуток, а твою болезнь это лишь усугубило.

Джексом застонал:

– Я уже бывал в Промежутке с простудой, и ничего мне не делалось.

– С простудой – да, но не с горячкой, – сказала Шарра. – Держи, Брекка. Готово.

Он почувствовал, как ему в губы вложили соломинку. Брекка велела ему сосать, поскольку голову поднять он не мог.

– Что это? – пробормотал он.

– Фруктовый сок, – столь поспешно ответила Шарра, что Джексом насторожился. – Всего лишь фруктовый сок, Джексом. Твое тело нуждается в жидкости. Лихорадка тебя иссушила.

Сок был прохладным во рту и настолько безвкусным, что Джексом даже не смог понять, из каких он плодов. Но именно такого ему сейчас и хотелось – не слишком кислого, чтобы не раздражало рот и горло, и не слишком сладкого, чтобы не тошнило на пустой желудок. Допив, он попросил еще, но Брекка ответила, что пока хватит и нужно попытаться заснуть.

– Рут’? С тобой все в порядке?

«Теперь, когда ты снова стал собой, я могу поесть. Я далеко не уйду. Незачем».

– Рут’? – Встревоженный мыслью, что его дракон перестал о себе заботиться, Джексом неблагоразумно попытался приподнять голову и тут же ощутил дикую боль.

– С Рут’ом все в полном порядке,