Многоликий странник - Кирилл Шатилов

Они всегда были с нами и указывали нам путь. Тот же Дули вовсе не спасался бегством от шеважа, когда отправился на Мертвое Болото, как нам всем рассказывали в детстве. А Адан отнюдь не сгинул в бурунах Бехемы, когда решил переправиться на другой берег.

– Нет? Но тогда…

– Сам Ворден узнал правду незадолго до своей гибели. Так что тебе тем более простительно многого не знать. Но если ты будешь разговаривать с теми, кто не боится думать, и будешь думать сама, тебе постепенно откроется много замечательного. Кому выгодно внушать простым вабонам – которые, кстати, если ты еще не забыла, зовутся полностью михт’вабоны, – так вот, кому выгодно внушать нам, что Бехема непреодолима, что вокруг нас нет никого, кроме наших заклятых врагов – шеважа, что мы зажаты между Бехемой и Пограничьем, точнее, Мертвым Болотом на веки вечные? Дули в какой-то момент осознал, что его роду грозит вырождение, и решил спасать свое семя, покинув замок, где остались обе его жены, и оправившись на дальний край Пограничья.

– Вы сказали «обе жены» специально? – переспросила Орелия. – Все знают про одну – Рианнон.

– Вторая жена тоже известна. Правда, как его сестра.

– Лиадран?!

– Могу поклясться, что одна из них была похожа на уже знакомую тебе сову. Хотя и не скажу, какая именно. Если верно, что от брака Дули и Рианнон берет начало род Ракли, Хейзита и ваш, то ответ очевиден. Дули же ничего этого знать наверняка не мог, а потому оставил обоих.

– И погиб?

– Скорее всего. В отличие от своего предка Адана, который покорил Бехему из любознательности. А если и погиб, то по пути обратно. Теперь его пример должен вдохновить вас и тех, кого я уже назвал.

– Как бы мне убедить их выслушать меня? И как самой быть убедительной? Вы совершенно отказываетесь мне помочь, вита Ривалин?

– А я разве не помогаю? Вы только что узнали столько, сколько потребовало от меня целой жизни. По-вашему, это не помощь?

– Вы – поразительный человек! Но вы бросаете меня в самый нужный момент.

– Самый нужный момент, боюсь, еще не наступил, моя дорогая. А вот когда он наступит, тогда и посмотрим. Я не прощаюсь.

И с этими словами он скрылся в толпе пляшущих гостей. Орелия осталась одна.

Ненадолго.

– Надеюсь, вы не откажетесь составить мне пару? – осведомился тот, чьим вниманием она совсем недавно так страстно хотела овладеть. – Танцор из меня некудышний и тем не менее…

– Бириней, отведите меня к Локлану, – оборвала его на полуслове Орелия, предвидя какую-нибудь глупую шутку на предмет слепоты ее предыдущего «партнера». – Он пришел?

– А вы настолько были увлечены своим одиночеством, что не заметили главного?

Орелия с такой злобой пронзила Биринея взглядом, что тот растерянно отпрянул и закашлялся. Кто-то из танцующих задел его плечом. Он даже не заметил, восхищенно глядя на девушку, словно видел ее в первый раз. Потом оглянулся, нашел в вихре голов того, кого искал, протянул Орелии руку и уверенно увлек за собой. Она надеялась, что сразу окажется с глазу на глаз с Локланом, однако Бириней не мог не воспользоваться всеобщей толчеей и не протанцевать с ней положенного круга. Орелия хотела возмутиться, но тут вспомнила призыв Ривалина не слишком торопить события, чтобы не привлекать лишнего внимания, и сама потянула Биринея на второй круг. За это время светлая копна кудрей попалась им раза три. Локлан танцевал без устали, и всякий круг рядом с ним оказывалась новая партнерша. Если бы музыка ни закончилась, Орелия смогла бы изловчиться и оказаться в его объятьях. Но, увы, в танцах наступила пауза, и нужно было искать иных путей.

– Я с ним не знакома, – напомнила она про свою просьбу, поскольку Бириней остался стоять на месте, явно ожидая продолжения. – Или вы снова меня обманули, и он знает вас не инача как «эй ты, прогуляйся-ка с моим другом Вилом»?

– Ах да, я и забыл! Идем, раз тебе так неймется.

– Грубость вас, между прочим, не красит, – заметила Орелия.

– Вам виднее. Локлан! К тебе тут гости.

Тэвил, какого рожна так орать, подумала девушка. Мне сейчас особенно не хватает лишних ушей!

В следующий момент ее встретила такая располагающая улыбка из-под кудрявой челки, а голубые глаза смотрели на нее так спокойно и дружелюбно, что она невольно отбосила всякие страхи и, видя, что Локлан, о чудо, один, заявила как нечто само собой разумеющееся:

– Покажите Вилу то, что отрыли сегодня на берегу Бехемы ваши землекопы. Эта штуковина спасет вас и нас всех.

Локлан вопросительно посмотрел на Биринея.

– Она хотела вас увидеть. Ее зовут Орелия.

– Об этом мне известно, – усмехнулся юноша. – Красива и, видимо, умна. Но вот насколько годится на роль советника? Почему я должен тебя слушать, Орелия?

– Потому что если вы этого не сделаете, то победят посланцы Квалу.

– Посланцы?

Тэвил, ну почему я не могу говорить так же связно, как Ривалин! Откуда мне взять силы? Как заставить себя выслушать?

– Вас могут обвинить в убийстве Вордена.

– Что ты сказала? – Локлан воззрился на Биринея. – Ты что-нибудь знаешь?

– Хелет Локлан, Ворден умер несколько часов назад. – Орелия не смотрела на отвечавшего, но по голосу чувствовала, что тот крайне смущен. – Вы были заняты, и вам, наверное, не успели доложить.

– Не успели доложить! Я не был занят! – Локлан теперь смотрел на девушку гораздо более внимательно. – Ты говоришь, что его убили? А почему же Бириней сказал, что он умер?

– Спросите Биринея. Но когда человека убивают, он обычно умирает.

Локлан не улыбнулся. Было очевидно, что он о чем-то усиленно думает, словно пытаясь вспомнить.

– Почему ты решила, что в смерти старика обвинят меня?

Как же трудно быть убедительной с чужих слов! Повторяя их, ты не можешь избавиться от мысли, что тебя разыграли, и теперь ты вынужден городить полную чушь, пороть отсебятину, выкручиваться…

Помощь приходит, когда ее меньше всего ждут. Не слишком церемонно расталкав гостей, к ним подошел, судя по всему, один из эльгяр Томлина. Вручил Локлану свернутую грамоту и удалился. Ни приветствия, ни поклона. Бириней первым пришел в себя от такой наглости и хотел было двинуться следом, однако юноша жестом остановил его. Он раскатал грамоту на колене и пробежал глазами послание.

– Отец завет меня в замок.

– Не ходите! – всплеснула руками Орелия. – Там вас как пить дать ждет засада. Еще неизвестно, кто написал это письмо.

– Я, конечно, не настолько хорошо знаю почерк отца… хотя… с другой стороны… Что ты там говорила насчет находки землекопов? Бириней, найди-ка мне, кстати,