Газлайтер - Григорий Володин

Она смотрит на меня, глаза холодные, как лунный свет.

— Дампиры, — отвечает коротко. — Покров Гестии прятал нас от них. Но ты все испортил.

Я хмыкаю.

— Значит, это я виноват, — говорю. — что ты поставила жизни своих подданных на защиту одной магической тряпки? Почему вы вообще выбрали столь неподходящий для жизни мир?

Терпение Дианы подошло к концу и она отбрасывает всякую вежливость:

— Мне незачем перед тобой оправдываться, смертный. Отдай покров добровольно — и так и быть я подумаю, вернуть ли тебя обратно в твои Багровые Земли.

Я усмехаюсь.

— Нет, мы заключим сделку. Ваша амазонка пыталась уничтожить Молодильный сад. Это было опрометчивое действие. Теперь я знаю чего ты хотела сделать перед нашими переговорами. И требую, чтобы вы не трогали Сад вообще.

Её глаза вспыхивают яростью.

— Ты самоуверен, смертный. И зря. Очень зря.

Небо темнеет, и я слышу шорох крыльев — вокруг начинают спускаться амазонки на грифонах, десятки их.

Я смотрю на Диану со скепсисом.

— Высший Грандмастер, множество Даров… Почему же ты не схватишь меня сама?

Диана отвечает злым шепотом:

— Не люблю марать руки о мужчин.

— А о дампиров? — спрашиваю.

— Что? — Диана вскидывает брови.

Не успевает она удивиться — как наверху на скале показываются силуэты. Десятки дампиров в туманных доспехах. Они воинственно орут при виде амазонок и прыгают вниз формируя туманные техники — мечи и копья.

Амазонки схватываюся с дампирами. Диана оборачивается, и земля под ногами дампиров оживает — из почвы вырываются шипастые лианы они хватают первых дампиров, сминают их, разрывая в клочья. Диана, окружённая ледяным вихрем, буквально крошит нападавших, её зеленые волосы светятся.

Я, отвернувшись, быстрым шагом иду на опушку и запрыгиваю на Пыхтиша, следом ко мне за спину запрыгивает и Маша. Минотавр, ведомый моей рукой, фыркает и рвётся вперёд.

— Маша, держись!

Мы подскакиваем к Красивой. Она ещё в человеческом облике, пытается преобразиться, но золотой обруч на её руке светится всё ярче — держит её, не давая принять истинную форму.

Я тянусь, схватываю артефакт и рывком срываю его. Металл разлетается, вспышка ослепляет.

— За мной! — кричу.

Красивая мгновенно переходит в облик тигрицы. Она прыгает рядом с нами, а мы с Машей, мчась на минотавре, прорываемся сквозь хаос битвы.

Сзади ревёт Диана, лианы и ледяные пики вздымаются, перемалывая дампиров. А вообще красивый остров ведь. Может, мне его заполучить?

* * *

Дикий яблоневый сад, Темискира

— Гадство! — рассерженная Диана оглядывается. — Филинов ушёл! Он провёл меня!

Тишина после битвы звенит, как натянутая струна. Поляна усеяна телами разорванных дампиров, осколки их туманных доспехов медленно рассеиваются. Диана стоит посреди сада — внешне спокойная, с ровным дыханием, но внутри всё клокочет. Буря ярости и раздражения рвётся наружу, и только привычная холодная выдержка удерживает её от вспышки.

— Ну и что, Ксанфа? — спрашивает она одну из амазонок. — Где он?

Худая телепатка, нахмурившись, отвечает по мыслеречи:

— Он хорошо спрятался, Госпожа! Я не могу его найти.

Диана тихо шипит. Изморось вокруг превращается в снежинки, а лианы под её ногами вздрагивают, чувствуя её раздражение.

— Надо же было попасть на мой остров мужчине — и именно настолько хитрому и лживому! — кажется, полубогиня уже успела забыть, что сама хотела обмануть короля Данилу. Конечно, никто из амазонок тактично этого не упоминает сейчас.

Диана достаёт связь-артефакт — тонкий диск из полупрозрачного камня. Едва касается поверхности, и та вспыхивает мягким золотом.

— Диана-младшая, — произносит Диана холодно. — Слышишь меня?

С той стороны раздаётся сердитый голос:

— Да, прабабка.

Полубогиня переводит взгляд на море — туман над волнами уже рассеивается под ветром.

— Я готова заключить сделку, — говорит она наконец, медленно, подчёркнуто спокойно. — И на этот раз честно. Филинов получит всё, что он хочет. Но насчёт Молодильного Сада пусть он сперва выслушает меня. Сад нельзя восстанавливать.

Глава 7

Багровый дворец, Нема

Гумалин Трезвенник подзывает Шипуна ближе, складывает руки за спину и с видом мастера, что уже сто раз проходил через подобное, произносит с лёгкой насмешкой:

— Вот так, красный, надо эти железки обкатывать. Смотри внимательно и не тяни лапы раньше времени.

Он подводит бритого казида к ряду стоящих неподвижно Живых доспехов. Каждый корпус уже очищен от прежнего содержимого, блестит свежей полировкой.

— Трупы я уже вынул, — добавляет Гумалин с деловым удовлетворением. — Осталось артефакты загрузить, чтобы эти железки дальше работали на славу нашего шефа. Тогда будут как новенькие.

Шипун, разглядывая свои бывшие марионетки, хрипло спрашивает:

— И как ты это делаешь, белый?

Гумалин усмехается, поправляет ремень с инструментами и качает головой:

— Слушай, красный, мы, белые казиды, не только молотками махать обучены. У нас и своя алхимия есть, и тонкости всякие, что вам, красным, редко по душе. Берёшь магическую соль, заливаешь прямо внутрь доспеха — она прожигает металл там, где нужно, открывает гнездо. Потом в эту дыру кидаешь артефакт, фиксируешь, и всё. Дальше Живой металл сам исцелит брешь за счет энергии артефакта.

Он показывает всё на примере гиганта — огромного прессорукого, с массивными поршнями вместо рук. Стальные болванки у того размером с цистерну.

— Вот и всё, красный, — произносит Гумалин, проверяя стыки. — Пару-тройку деньков — и он готов, как с завода.

Шипун приподнимает бровь, задумчиво хмыкает:

— Белый, это же несколько дней он будет обесточен, выходит?

Гумалин кивает:

— Да, красный, так и есть. Пару дней ему нужно отлежаться.

Шипун, не отступая, продолжает рассуждать вслух:

— Если добавить немного катализатора из «рычащей» кислоты, восстановление пойдёт быстрее. Энергия будет браться из кислоты. Максимум несколько часов — и Доспех снова на ногах. Тогда король Данила не останется без наших железных дровосеков даже на время.

Гумалин задумывается, потом цокает языком:

— Красный, ты…ты соображаешь… А ведь мысль здравая. Так и сделаем. Только дозу подберём точно, чтоб не переел металл.

Шипун довольно усмехается, проводит пальцами по броне Доспеха и говорит:

— Магическая соль у тебя тоже хитрая штука. Хорошая находка, белый.

Они принимаются за дело: Гумалин измеряет порции соли, Шипун смешивает катализатор, они вливали смесь по кругу, наблюдая, как по корпусам доспехов пробегают едва заметные искры восстановления.

В этот момент дверь распахивается, и в мастерскую заходит королева Лена.

— Гумалин, насколько