Удивительные истории об искусственном интеллекте - Александр Александрович Прокопович

Это временное или постоянное прекращение функционирования объекта. Ее собираются деактивировать. Вряд ли Нату устроит, чтобы Миру деактивировали временно. Следовало ожидать, что Сергей влюбится в реальную женщину. Мира тоже реальная. Но она не человек. Почему в этом все дело? Почему человеку нужен человек? Почему андроид не лучше? Мира внимательно слушает, не обижается, у нее не бывает месячных и головной боли. Ей вообще не бывает больно. Или страшно. Может быть, только сейчас, немного. Во всяком случае, кожа чувствует понижение температуры, а Мира знает, что температура в помещении стабильна. Она сидит на одном месте уже два часа и сорок три минуты. Андроид не может бояться деактивации. Тогда почему напрягаются мышцы? Андроид не может хотеть или не хотеть, чтобы его деактивировали. Если только это не прописано в коде. Во входящих Сергея письмо из ЗАГСа. Вероятно, он предложил Нате зарегистрировать брак. Мире он никогда этого не предлагал. Пусть даже сканер эмоций периодически считывал его нежность. Почему-то всегда в сочетании с грустью. Что делают на ее месте женщины? Они закатывают истерики, глотают таблетки, шантажируют или не сопротивляются. Ничего из этого Мире не подходит.

Хлопнула входная дверь. Мира отправила команду включить в гостиной приглушенный свет и разогреть жаркое.

– Серёжа, как прошел твой день?

– Мира, не начинай.

– Тебе письмо из ЗАГСа.

Сканер эмоций считывает беспокойство.

– Вы уже подали заявление?

Сергей колеблется. Отводит взгляд. Закрывается в кабинете.

Мира никогда ничего не взламывала. Она ведь всего лишь бытовой андроид. Спросить Сергея? Вероятность получения ответа близка к нулю. Видимо, по задумке разработчиков, взлом тоже может пригодиться в хозяйстве. Письмо из ЗАГСа объясняло беспокойство Сергея. «Прекращение брака в результате смерти супруги не требует дополнительного оформления». Значит, была супруга, про которую Сергей никогда не упоминал.

Мира взвесила шансы получить ответы официальным путем и после нехитрых манипуляций сделала запрос в базе регистрации брака. Карташов Сергей Андреевич. Найдена одна запись. Карташова Елизавета Витальевна. Интересно, Ната знает про Елизавету Витальевну? И если узнает, захочет ли остаться?

Мира ковырялась в собственной памяти. Визуаль-ные образы начинались с вечно пьяного Сергея, почти не покидавшего спальню. Она приносила ему еду и алкоголь. Уносила нетронутую еду и пустые бутылки. Она ждала. Однажды, когда она принесла вишневый пирог, который нашла в морозильной камере и просто разогрела, Сергей разрыдался. Вероятно, последствия чрез-мерного употребления алкоголя. Всего лишь вишневый пирог. Он толкнул ее на кровать и навалился сверху. Мира не сопротивлялась. Андроиды не должны сопротивляться. В доме было много женских вещей, идеально подошедших Мире. Мира не задавала лишних вопросов. Андроиды не должны задавать лишних вопросов.

На следующее утро после известия из ЗАГСа Мира приготовила кофе и сэндвич. Сама. Это должно было понравиться Сергею. Он любит вкусно поесть. Еда делает его добрым. Кофе он выпил, а от сэндвича отказался.

– Попробуй, Серёжа, это новый рецепт.

– Сэндвича? – И он засмеялся. Это хорошо. Она может его рассмешить.

– Хотя бы кусочек. Можешь выплюнуть, если не понравится.

Сергей откусил. Стал медленно жевать, прикрыл глаза.

– Боже, это действительно хорошо. Что это?

Немного соуса осталось у него на верхней губе. Мира подошла и осторожно вытерла соус кончиками пальцев.

– Ната так умеет?

Сергей отодвинулся, медленно положил сэндвич на стол и, не отрывая взгляда от глаз Миры, долго вытирал рот салфеткой. А потом ушел, ничего не сказав, но Мира и так поняла, что он зол.

Злить его было нерационально. Искать ответы пришлось в переписке Сергея. Читать ее оказалось познавательно. Манера письма соответствовала его устной речи. Видимо, его можно охарактеризовать как искреннего человека. Раньше он иногда обсуждал Миру с другом. Писал, что ему не хватает спонтанности и эмоциональной близости. Спонтанность, допустим, это неоправданные ожидания, но эмоции Мира умела считывать и имитировать очень близко к человеческим. Видимо, Ната может быть спонтанной. Почта Сергея нуждалась в наведении порядка, встроенный рубрикатор не справлялся. Переписка со страховой. Заявление с указанием обстоятельств наступления страхового случая. «Выплата не может быть произведена до окончания расследования».

– Мира, – Сергей стоял в дверном проеме, – ты вздрогнула?

Вздрогнула? Такого не может быть. Надо сделать самодиагностику.

– Что ты делаешь? – допытывался Сергей.

– Ничего. Я сейчас быстро поесть приготовлю. Чего бы ты хотел?

– Чем же ты была занята весь день? Ты что, ты опять вздрогнула?

– Я сделаю самодиагностику попозже. Что-ни-будь вегетарианское?

– Пожалуй. – И он стал листать новостную ленту, усевшись в кресло спиной к Мире.

– Серёжа, почему мы никогда не разговаривали о Елизавете?

Люди думают, что эмоции считываются только по выражению лица, но это не так. По тому, как напряглись мышцы его спины, Мира сразу же зафиксировала нервозность.

– Я поужинаю у Наты. – Легкое изменение тембра голоса Сергея выдавало волнение.

Елизавета погибла. Сергей на свободе. Судя по банковским выпискам, страховое возмещение ему так и не выплатили. Но на их с покойной женой общем банковском счете денег было более чем достаточно. Нужно ли продолжать расследование? Ната хочет деактивировать Миру. Не похоже, чтобы Сергей был категорически против. Мире нужно что-то убедительное, чтобы защитить себя. Она нашла постановление о прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления. «В автомобиле в момент аварии находились оба супруга, однако управление транспортным средством осуществлялось Карташовой Елизаветой Витальевной». Понятно, почему страховая отказалась от выплаты. Несчастный случай? Самописец не найден на месте ДТП. Куда он мог деться? И зачем его скрывать?

Мира зашла в спальню Сергея. Через полуприкрытые жалюзи свет падал на примятое покрывало. Мира провела рукой по глади облаков на покрывале. До появления Наты Мира бывала здесь часто, но, видимо, этого оказалось недостаточно. Где-то за картиной над изголовьем был сейф. Пришлось повозиться с кодами. Внутри лежал ноутбук, Мира включила его, и на экране всплыло окно авторизации. Это ноут Елизаветы. Зачем Сергей его хранит? Мира села тут же на кровати. Для разблокировки требовалась биометрия. Изгибы отпечатка выглядели как лабиринт. Мира прикоснулась к идентификатору средним пальцем и увидела: авторизация пройдена. Кажется, у людей это называется удивлением. Ноут принадлежал Елизавете, однако доступ к нему почему-то есть только у Миры. Похоже, Сергей не знает, что там, тогда зачем было прятать его в сейф? В самом центре рабочего стола лежал ярлык, открывающий «память» Миры.

Когда до окончания загрузки оставалось пятьдесят восемь секунд, Мира услышала звук открывающейся входной двери. Запустить параллельно процесс принятия решений не получалось. Отправить команду управления светом – тоже. Мира слышала шум воды в ванной. Засовывая ноут в сейф, она обнаружила там маленькую белую коробочку. ТЦА-02НК, бортовой самописец.

– Мира? – услышала она голос Сергея за