Станция "Глизе" - Мария Павловна Лунёва

— Он влюбился, — шепнула Фиомия, сделав большие глаза.

— Я тоже, — шепнула ей в ответ. — Только ему пока не говори.

Она моргнула и хихикнула.

Зейн прекрасно меня услышал. Его плечи опустились, и он выдохнул.

— В столовую и на мостик. Пора разбираться с этой станцией и сваливать. Не люблю я рисковать понапрасну.

Глава 25

В столовой мы не задержались. Там обнаружился только Карлос. Этот крысеныш сидел с таким несчастным видом, что захотелось пристукнуть. Знала ведь прекрасно, что вся беда у него в том, что своровать и перепродать нечего.

Я таких, как он, еще с интерната ненавидела.

Лишь бы чего к рукам прибрать. О других они никогда не думают, тянут свои липкие ручонки ко всему, что плохо лежит. Надо оно им или нет — а украсть, загнать кому-нибудь, выгоду поиметь.

Взглянув на него, Зейн звучно цокнул и, видимо, не желая ни мне, ни себе портить настроение еще больше, взял бульон, мне — овощи и вывел в коридор.

Я не сопротивлялась, сама не желала сидеть и таращиться на Карлоса. Бесил.

Рихарда так и вовсе видно не было.

Сидит, наверное, горемычный в своей каюте и, слезы утирая, договор читает.

Урод! Это хорошо, что у нас Зейн оказался, а если нет? Вот как лететь обратно, совершая гиперпрыжок, когда моториста нет? Это сюда добирались, все выставили спецы в космопорту, потому что мы были погружены в сон.

А назад как?

Вот урод, как есть! Козлина!

— Ты зло сопишь, Эль, — заметил Зейн. — На меня злишься, да? Наверное, есть за что.

— Откровенно говоря, не за что, — я как-то даже усмехнулась. — Поразил и впечатлил со всех сторон. Рихарда вспомнила. Придушила бы…

— Успеется, — ровно произнес он. — Пусть еще подышит.

Я взглянула на него, не понимая, шутит или серьезен.

Его длинный хвост, выглядывая из-за туники, нервно отплясывал. Я уже поняла, что белья нижнего котик мой не носил. А вот в штанах сзади имелся специальный кармашек, чтобы эта пикантная деталь его тела не болталась в штанине.

Что там Фиомия говорила — подол платья вечно хвостик задирал. Представила эту картину и улыбнулась.

— А крематорий ваш все еще работает? — спросила тихо.

— Сейчас нет, а так на него одна надежда. Хоть как-то прокормит первое время. Мне сейчас на службу возвращаться никак. Сестру спасать нужно, не разорваться же.

— Угу, — я кивнула своим мыслям. — И много тел привозят?

— Да, в основном с черных клиник и притонов на станциях. Но за уничтожение тела платят нормально.

— И молодые девушки бывают? — я все развивала мысль вслух.

— Да, Эль, бывают. Я понял, о чем ты. Тело я найду… Мозг… И операция… Нужен врач.

— У нас есть, и вроде неплохой.

— Хайян? — он приподнял бровь.

— В моей голове что-то живет, Зейн. И наш врач это вычислил, но вот что странно, удивилась я одна, только сейчас это поняла. А он нет. Совершенно нет…

— Та-а-ак, а вот об этом потом мне все расскажешь и подробно. А пока станция… Сделать все, ради чего прибыли.

Зейн снова зло цыкнул. Он окончательно откинул образ положительного хвостатого мальчика. И вот странность — стал для меня более понятным.

Смотрела на него и верила, что вот такого ночью за хвост подергать — милое дело. Вполне в моем вкусе мужик. Улыбнулась.

— Она тебя разглядывает, — сдала меня Зейну Фиомия.

— И как? Я ей точно нравлюсь? — он поджимал губы.

— Кажется, да, — глазки этой белобрысой мелочи просто светились довольством.

У братика появилась подружка, и она свидетель развития отношений. Никто ее не гонит, не задвигает.

— Передай ему, что особенно я в восторге от хвоста, — подыграла я ей.

— Угу… Слышал, Зейн, твой хвост в ее понимании — полный отпад. Он все же рассмеялся.

Выдохнув, я взяла его под руку. Но он тут же выдернул конечность, и не успела я сообразить, в чем дело, как меня приобняли за талию и притиснули к боку.

… Вот так дружной троицей и зашли на мостик. Там уже сидел Крас и поглаживал кота. Вскинув голову, он взглянул на нас и кивнул.

— Быстро это ты, конечно, парень, но вижу, свое не упустишь, — размяв шею, он перевел взгляд на монитор. — Первый шлюз открыт. До вхождения в него осталось семь витков по орбите. И моторист наш так и не явил себя.

— Он там вообще жив? — я отделилась от Зейна и прошла на свое место.

Рыженький котейка Краса проследил за мной, как-то недовольно мяукнув в сторону Зейна, спрыгнул с колен своего хозяина и забрался на мои ноги. Потоптавшись, увалился, нервно подергивая хвостом.

— Ну что ты, друг, такой недовольный. Зейн вполне достойный молодой человек. Сила, ум, решимость — все при нем. Не стоит так откровенно выдвигать ему ультиматум, — подшутил над своим котиком Крас.

Я же опустила руку на этот недовольный комочек шерсти и пригладила. Помещение наполнило громкое урчание. Такое счастливое и довольное.

Зейн тоже прошел к своему креслу и завалился в него, сложив ногу на ногу.

— Ладно, раз уж ты и без меня все ломанул, то чего координаты швартовки не выставил?

— Э нет, парень. Я просто облегчил тебе немного жизнь, а дальше сам. Мое дело маленькое — выстроить маршрут до Глизе, а дальше все сам.

На скулах Зейна снова заходили желваки, но он смолчал.

— Эль, помоги ему с ядром, — скомандовал Крас, и я подчинилась, не стала сдавать своего хвостатого. Чем меньше о нем знают, тем лучше.

Дальше все было обыденно. Зейн мягко выходил на стыковку. Я методично диктовала ему данные о состоянии ядра.

Котик урчал, Крас, кажется, дремал.

Его веки приподнимались, лишь когда я протягивала руку и брала очередной овощ из своего завтрака.

— Почему нормально не поели? — все-таки не выдержал он. — Запретить вам кусочничать, что ли? Есть же столовая, там и подогреть можно. Для кого все делалось? И посидеть нормально. Все у вас, у молодых, на ходу, а потом здоровье никакое. И, Эль, хватит грызть одну зелень. Ты мясо когда в последний раз ела?

Услышав вопрос, пожала плечами.

— Мясо — это нужный белок. Чтобы на обед я его в твоем контейнере увидел.

— Нет, ну вы как отец, — возмутилась я.

Котейка урчать перестал и взглянул на меня сердито и осуждающе. Еще и Зейн развернулся.

Нет, ну насели втроем.

— Ладно, — я развела руками. — Что началось-то? Фиомия?

— Сама не съешь, братишка впихнет, — тяжко выдохнула она. — Здесь спорить с ним бесполезно.

В