Станция "Глизе" - Мария Павловна Лунёва

семьи и любви. Я пытался, Эль… Но ты пришла в мою постель сама… А дальше… Я уже не владею собой. Я не хотел трогать… Лишь смотреть и немножко помечтать о такой малышке… — Его голос упал до шепота. — Но ты скользнула под мое одеяло, обняла и поцеловала. Назвала меня по имени и попросила согреть. Прости, Эль, но я не отпущу. Я буду греть тебя в своих объятиях.

Слушая его, я улыбнулась. То, что он обещал, уже делало счастливой.

— Грей, — прошептала, — мне нравится быть в твоих руках, Зейн. Безумно нравится.

Глава 22

Мы так и лежали. Я на животе, а он сверху, поддерживая свое тело на локтях. Вроде и неудобно должно было быть, но нет. Я чувствовала тепло его тела.

Тяжесть. Силу.

И ловила себя на том, что счастливо улыбаюсь.

И вроде как о будущем думать нужно, но не хотелось. Совершенно.

— Зейн, а старше… Это насколько? — пробормотала.

— Да лет десять точно, — его дыхание снова разбилось о мои волосы.

— И хорошо, со сверстником я уже обожглась разок.

— Осторожнее, Эль, плутоновцы еще и безумно ревнивы. Найду же этого смертника и зажму где-нибудь в подворотне.

— Не будь дикарем, — я зевнула. — В твоих руках и правда очень тепло. Интересно, почему я в первую ночь пришла именно сюда?

— Хвост впечатлил, — его смешок вызвал у меня мурашки. — Ты так и сказала. Большой, сердитый и сильный. А еще с хвостиком.

— Да-а, — моя улыбка стала шире. — Идеальный мужчина.

— Я это услышал, — он пошевелился, — и запомнил.

— Не уходи, — пробормотала, чувствуя, что тяжесть исчезла.

— И не подумаю, — Зейн развернул меня и потянул на себя. — Но мне больше нравится, когда ты лежишь на мне. Вся такая расслабленная. С закрытыми глазками. А еще ты сопишь, Эль. Первую ночь ты провела со мной почти до подъема. Я за десять минут до сигнала перенес тебя на твою койку. А так не хотелось. Но понимал: проснешься и испугаешься меня. Ты тогда в столовой так странно на нас смотрела. Испуганно и зло.

— А потом ты услышал меня в шахте… — припомнила я.

— Испугался безумно. И это было так странно. Знакомы два дня, а ужас испытал, словно мое там визжит от страха. Хвост дыбом встал. Быстро все, Эль, я понимаю. Но… уж как вышло.

— Но я не такая, — напомнила ему.

— Я знаю, детка, будем считать, что я тебя нагло соблазнил.

— И вещи потом выдашь, желательно до пробуждения Фиомии.

— Угу, — пробурчал он, проведя подушечками пальцев по моему позвоночнику. — Завершим все дела на Глизе и будем думать, как дальше. Боюсь, что многого пока тебе предложить не могу. Я бросил службу. Ушел с хорошего места на большом межзвездном фрегате. Но все же со мной тебе будет лучше. Одену, накормлю и на улице не останешься. Со мной будешь. Не отпущу. И никаких клубов и уж тем более спаррингов.

— У-у-у, какой тиран, — я тихо рассмеялась.

— Сам в шоке, — он выдохнул и обнял меня сильнее. — А смотреть нужно, к кому в койку ложишься под бочок. Мы с Плутона ребята конкретные.

— Запомню на будущее.

Он поднял руку и шлепнул меня по попке. Не больно, но все же.

— Эй… — фыркнула на него.

— Я ревнивый, Эль. Действительно, ревнивый. Тебе только шлепок и грозит, а соперника порву.

Испугаться бы, а я потерлась о его грудь щекой. Меня так давно никто не обнимал. Не говорил, что нужна.

— Может, еще и полюбишь со временем, — съязвила я.

— А ты еще не поняла, да? — он усмехнулся, жестко как-то. — А Крас сообразил. Он и правда непрост. Хорошо людей просчитывает, качественно и быстро.

— Ты о чем? — я шире раздвинула ноги и оседлала его бедра. Так было удобнее лежать.

— Эль, я влюбился в тебя. И наш странный инженер-навигатор это мгновенно просек. Мутный он, и доктор этот. Тремор его рук… Он не постоянный. Только во время волнений. Нервное. А что может так сильно давить на человека на "Фениксе"? Чего ему дрожать? И холод этот. Он не плутоновец, как переносит такие температуры на постоянке? Нарушение метаболизма? — Зейн, казалось, сам с собой разговаривает, но я его слушала внимательно. — Вряд ли. Привычка такая? Скорее всего, он в реале со станций за Нептуном. А больнички там все или серые, или откровенно черные. И кто же наш док?

— Ну, специалист он хороший, — пробормотала я, нежась в его объятиях.

— То-то и оно. Что он забыл на Глизе?

— А ты? Что ты там забыл? — поймала я его на вопросе.

— Пока неважно, — голос Зейна вмиг стал тяжелым и суровым.

Я по интонации поняла, что тема закрыта и обсуждению не подлежит. Может, в иной ситуации и возмутилась бы. И обиделась… Но сейчас я настолько устала, что не отреагировала. Только пробормотала:

— Злюка.

— Нет, Эль, просто разговор тяжелый. Но от него мы не уйдем. А тебе нужен отец?

— Угу, — промурчала, чувствуя, как подкатывает сон. — Хочу похоронить его нормально. Хотя, скорее, убедиться, что его и правда больше нет. Говорят, что я видела его смерть. Был звонок. Но я совершенно ничего не помню. Меня вызвали к директрисе интерната, там были законники. Они расспрашивали меня, а я поверить не могла, что папы больше нет. Дышать не могла. Жизнь мгновенно обратилась в пепел. Было будущее и нет его. Все стало вмиг неважным. Диплом получила только потому, что директриса встряхнула пару раз. Я стала уходить в клубы, выходила на ринг. Позволяла девчонкам избивать себя. Всем нужны деньги, они старались, развлекали публику. Заработала сотрясение и загремела в больничку. Появился бывший, сообщил, что ему невеста больная на голову не нужна. Я отпустила. Отдала подаренное обручальное кольцо.

— И вот так сразу не нужна стала? — голос Зейна стал совсем ледяным. Он гладил мои волосы, пропуская прядки сквозь пальцы.

— У меня был отец. Ученый с именем. Это немного больше, чем ничего, как у остальных девчонок. Это я потом поняла. А когда стала как все, то и не нужна. Да и чудила я. Ходила по комнате. Вроде и спала, но уборку наводила. Ну, ты и сам знаешь…

— Как же мне повезло, что какой-то урод сам убрался с дороги, — его рука легла на мой затылок и сжала. — Спи, Эль. Завтра тяжелый день. Что-то мне подсказывает, что просто на станции не будет. Если прошлый экипаж мертв, то его кто-то порешил. Среди них был или маньяк-серийник, или психопат с больной головой. Но убийца, скорее всего, все еще